— Когда успела соскучиться? — открывает для меня дверь машины, и я быстренько сажусь. — И суток еще не прошло, — продолжил разговор уже в машине. — Как же ты собираешься уходить из семьи и начинать жизнь на новом месте?
— Уходить из семьи? — приподнимаю брови, пристегиваясь ремнем безопасности.
— Да. Рано или поздно брат выпроводит тебя из дома. Сплавит какому-нибудь волку, — на больное давит. Я реально боюсь этого дня. Правда, пока брат не заводил об этом разговор.
— Хм, — скрещиваю руку на груди. — Я вижу ты любишь молчание только тогда, когда оно лично тебе нужно. Не на постоянной основе.
— Да, — вот так просто сознается.
— Что ж, в таком случае я беру паузу. Я хочу молчания, — это я вредничаю. — Человеку тоже иногда нужен покой.
— Да, кстати, каково это быть человеком среди нас? — а он не уступает.
Хреново, но выбирать не приходится. Я правда не выбирала какой рождаться, но все же я часть этого общества. И я рада быть той, которой являюсь.
— Мне комфортно в своем теле, — пожимаю плечами. — Мне ничуть не хуже, чем тебе, волк. Мне не нужна суперсила и суперзрение, чтобы чувствовать себя полноценной, — огрызаюсь я. — И для справки, мне не понравился твой вопрос.
— Мне тоже не нравится твой запах в моем доме, Эйлин. Но я готов терпеть его эту неделю.
Мда… Он еще и расист. Запах человека его не только смущает, но и раздражает. Что ж, не ожидала от него. Еще раз большое спасибо моему брату.
Глава 5. Любишь отдавать приказы? Люблю
Я уже пожалела, что поехала с ним. Однако, где в таком случае я взяла бы еду? Вот иду сейчас по торговому центру и жалею обо всем, что со мной случилось. В полном одиночестве. Волк же отпустил меня без присмотра. Он не лгал, когда говорил, что ему будет наплевать, если я сбегу.
Только куда мне бежать? К брату, который разорется и отправит меня еще куда-нибудь? И опять-таки подставлять его не хочу. Зачем разжигать конфликт на ровном месте? Вроде бы все не так уж и плохо.
— Ну и куда ты рванула? — доносится где-то позади меня, и я вздрагиваю, останавливаясь. — Я бегать за тобой, что ли должен? — обернулась, а там Адам с все той же миной на лице. Догнал меня.
Я не убегала, а просто вышла из машины и пошла в супермаркет. Он меня не останавливал, а теперь жалуется мне тут.
— Я бы быстро вернулась, — закатила глаза и пошла быстрее в торговый ряд. — Не убегу.
— Я тоже так думаю, — задумчиво протянул волк, продолжая идти за мной. — Хорошо, что ты понимаешь, что в этом нет смысла.
Хм…
— А ты разве не собирался куда-то ехать? — спрашиваю, между прочим. — Мы же тут не только из-за меня? — кладу пару йогуртов в корзину.
— Здесь? Из-за тебя, — произносит волк, кривясь лицом от моих покупок. Да, знаю, что они такое не едят. — Я собираюсь отвезти тебя домой, а потом поехать по своим делам.
Так даже лучше.
— Отлично. Тогда дай мне спокойно походить по магазину. Не стой над душой, — шиплю я. — Подожди меня у входа или в машине.
— Ну и ну… — волк впервые усмехнулся. — Не волчица, а все туда же. Любишь отдавать приказы?
Я оборачиваюсь к нему и встречаюсь с его прищуренными голубыми глазами. А он в общем-то ничего, когда не делает вид, что ненавидит всех вокруг. Возможно, мне только это кажется.
— Люблю, — выдаю я гордо, вздергивая подбородок.
— Но только не мне, — снова хмурится.
Разумеется, такому не по приказываешь, он же и сам приказать может. Подчинить и на задницу посадить. В нем это чувствуется. Я ошибалась насчет ласкового песика. Точно, ошибалась.
— Как скажешь, — гримасничаю я. — Тогда я очень скоро закончу здесь, а ты можешь ходить за мной, если тебе делать нечего.
Сработало. Волк что-то глухо прорычал и отошел от меня. Подошел к полке с шоколадками. Долго выбирал, а потом взял одну с клубникой. Волк любит сладкое? Вот это новость. Никогда не видела брата с шоколадкой в руках, он даже кофе пьет горькое.
Быстренько накидала к корзину что надо, и что не надо, после чего направилась на кассу. Адама нигде не было. Я его обыскалась. Все обошла, что только можно.
Обнаружила волка на улице, в машине, который довольно пускал дым из окна. Мог бы и сказать, что пошел в машину.
— Поехали, — села в машину. — Больше не попрошу тебя о поездках до конца этих семи дней, — и потянулась к заднему сидению, чтобы забросить на него пакет с покупками.
— Тем лучше, — завел машину.
Я думала, что волк просто выкинет меня у дома и дальше поедет, но он вошел в дом вместе со мной. Шел прям за мной, не отставая.
Он случаем не мазохист? Зачем быть так близко ко мне, если он так ненавидит человеческий запах?
— Все, можешь ехать, — ставлю пакет на кухонный стол. — Я тут сама справлюсь, и за домом послежу. И спасибо, что свозил.
Я должна была его за это поблагодарить. Это в моих правилах быть благодарной, когда мне делают что-то хорошее. Мог бы вообще не напрягаться.
— В общем-то у меня будет время на днях, смогу свозить тебя на встречу с твоим парнем. Брату не скажу об этом, если хочешь, — после его слов прекратила шуршать пакетом. — Что молчишь?
Хорошо, что я спиной к нему. Это просто замечательно. Готова поспорить вид у меня такой, будто на крючок попалась.
Какой черт меня дернул упомянуть о том, чего у меня нет? К тому же волк мог это почувствовать, или же у брата узнать. А сейчас он, как и тогда заметив меня у окна, проверяет меня на ложь.
— А это все неправда, — оборачиваюсь. — Я просто хотела воззвать к твоей жалости, что нельзя меня запирать в доме на целую неделю, — поставила одну руку в бок.
— Вот это напрасно, — отвел взгляд в сторону. — Сиди здесь, и после двенадцати не выходи из комнаты.
Адам разворачивает и пытается уйти, ничего мне толком не объяснив.
— Почему? — и главное не из дома, а из комнаты. Хм…
— Все просто, Эйлин. Потому что я так сказал, — даже голову не повернул, а через пару секунд я услышала хлопок двери.
Глава 6. Заставить захотеть
Ночь. Почти полная луна. Уже за полночь, а его нет. Как ушел, так и не возвращался. Ни номера на всякий случай не оставил, ни особых экстренных указаний не дал. Ничего.
Что я делала в его отсутствие? Дрожала от страха.
Да. Я — Эйлин Ловер, дрожала от страха в доме малознакомого мне оборотня. Разговор с братом по телефону никак меня не расслабил. Он лишь посоветовал мне делать все так, как говорит Адам.