— Ну что началось то? Нормально же разговаривали. — Улыбнулся я. — К тому же у меня уже давно не было других дам кроме Юли.
— Да-а-а. Очень давно. Месяца два или три? — Протянула Яшка скорчив дурацкую физиономию.
— Больше. Года пол точно. А может и меньше… — Задумчиво сказал я. — Как бы там ни было, а по меркам моего возраста, это больше чем вся жизнь. Я практически святой освободившийся от пороков! — Парировал я.
— Ага, мы с Вадимом каждую ночь слышим как ты своей святостью одариваешь Мышкину. — Хихикнула Яшка.
— Как будто вас неслышно. — Ухмыльнулся я вогнав её в краску. — Всё, прекратили обсуждать личную жизнь. Принимай заказ.
Я стал перечислять длинный список того что желаю видеть на столе. Сначала Ярослава слушала и кивала головой, потом начала записывать, а в финале ошалело смотрела на меня.
— Виктор Игоревич, ну ты то совесть имей. Я с таким заказом и за неделю не управлюсь.
— Одна да, но у тебя в распоряжении все кухарки переселенок и монголок. Вперёд. Вербуй людей и готовьте. — Сказал я и посмотрев на часы добавил. — У вас три часа.
— Не люблю я эту организаторскую деятельность. — Фыркнула Яшка направляясь к выходу с кухни.
— Не любишь, но сама вызвалась выискивать таланты для работы на наших фармацевтических фабриках.
— Ага, вызвалась. Теперь ты знаешь о моих способностях организатора и завалишь вот такого рода работой. Пойди туда, собери тех, приведи этих. — Бухтела Яшка.
— Не забывай что за подобные просьбы я щедро плачу. — Весело сказал я, взял со стола яблоко и укусил его за красный бок.
— Тут не поспоришь. — Улыбнулась Яшка. — Через три часа всё будет готово. Только мы с Вадимом тоже будем приглашены на званый обед. — Пропихнула она своё условие.
— Это даже не обсуждается.
Да, весёлая жизнь. То враги исчезают один за другим. Кто-то отправляется кормить червей, кто-то в дурку. То друзья появляются из ниоткуда. Сначала Квазар, теперь Любава. И всё же я рад, что друзей у меня становится больше.
Кстати, а Любава полностью потеряла свои силы или она до сих пор может исполнять желания? Нужно с этим разобраться после того как девочка освоится. Зазвонил мобилет, вырвав меня из размышлений.
— Виктор Игоревич, доброго денёчка! — Радостно выпалил Панфилов. — Как и договаривались, я переоборудовал прачечную. Туда идеально встал стол для настольного тенниса и я жду вас сегодня вечером у меня в гостях.
— Надеюсь вы тренировались? Потому что я собираюсь разнести в пух и прах, всех кто решится выйти против меня.
— Вот это настрой! Мне нравится. Тогда сегодня в восемнадцать часов я вас жду. И да, ваши друзья уже ответили согласием. Все прибудут и мы устроим большой турнир! — С воодушевлением сказал Панфилов и повесил трубку.
Отличный он человек. Всегда придёт на помощь, при этом ненавязчивый и не требует вернуть в сто крат больше чем занял. Проклятье… Я совсем забыл про Любаву, не оставлять же её одну в первый день жизни. Хотя, что мне мешает взять её с собой? Всё равно я собирался представить её как свою сестру. Вот и повод подвернулся.
Доев яблоко, я направился к лестнице где меня перехватил Тихон Тихонович.
— Племяш! Что за кипишь? Яшка там моих девчонок увела, говорит пир готовить будут. У нас гости?
— Да… Гости… — Я задумчиво улыбнулся и кивнул в сторону кладовки, где возился Степан. — Идём. Кое о чём попрошу вас обоих.
— Надеюсь это не связано со строительством новой теплицы? — Настороженно спросил дядя, который судя по всему уже утомился от монотонной работы.
— Не переживай. Всё намного интереснее. — Хмыкнул я и кашлянув привлёк внимание Степана.
— Виктор Игоревич, могу чем то помочь? — Спросил стари… Тьфу, твою мать. Привык что Степан всегда был стариком, а тут на меня смотрит сорокалетний мускулистый мужик волосы которого лишь слегка подёрнуты сединой.
— Да. Есть одна просьба.
Я изложил суть произошедшего и попросил моих родичей подтвердить что у меня была родная сестра, которую спрятали и вытерли из родовых документов, так как боялись мести Картаполовых.
Что и говорить, родичи были шокированы. Мало того что объявилась сестра которой не существовало, так ещё она оказалась древним артефактом. Но моя затея не вызвала сопротивления, скорее наоборот. Все сразу поняли почему я хочу скрыть эту информацию для мира и согласились помочь.
— Выходит у меня теперь есть племянница? — Подмигнув спросил Тихонович.
— Есть. И она невероятная красотка. — Сказал я и увидев что у дяди блеснули глаза, добавил. — Но в нашем роду инцесты не приветствуются.
— Племяш, ты чего такое говоришь? Мне и переселенок хватает, зачем мне… — Начал оправдываться Тихонович.
— А-ха-ха! Тихон Тихонович, по вашему пошлому взгляду было заметно что вы заинтересовались новой госпожой. — Расхохотался Степан.
— Да идите вы! Накинулись на инвалида! Коршуны проклятые. — Наигранно возмутился дядька и сложил руки на груди.
— Ага, только этот инвалид шпыняет монголов как котят. — Хмыкнул я и добавил. — Кстати, у нас появился новый боец, с которым тебе будет интересно сразиться. Думаю он тебя приятно удивит.
Увидев как я хищно улыбаюсь, дядя ответил точно такой же улыбкой.
— Ты про квакуху что ли? Видел я этого зеленомордого. Договорились зарубиться в ближайшее время. Но что-то мне подсказывает что он струсил. Я предложил подраться здесь и сейчас, а он ответил что у него режим, который нарушать нельзя. — Насмешливо сказал Тихонович.
— Бежать ему некуда. Рано или поздно, точно схлестнётесь. — Философски подметил я представляя что Квазар сделает с дядей в открытом столкновении.
Наш разговор прервала Ярослава за которой следовал десяток красивых женщин. Завидев меня они тут же стали кланяться, а парочка из них смущённо захихикали когда Тихонович послал им воздушный поцелуй. Интересно как много времени пройдёт, прежде чем Тихонович увеличит род Дубровских?
На кухне закипела работа. Гремели ложки, поварёшки, шкворчало масло, Ярослава раздавала указания. Примечательно то что второй раз ей повторять не приходилось. Видать набрала опытных хозяюшек, которые знали с какой стороны за поварёшку держаться.
Пока блюда готовились, я поднялся на второй этаж и присвистнул. Любаву нарядили в чёрное бальное платье. Серебряные волосы девушки контрастировали с платьем, придавая ей образ непрошибаемой сердцеедки. Забавно что внутри этой сердцеедки таилась перепуганная лань.
На лице Любавы красовалась растерянность. Она смотрелась в зеркало, приподнимая подол юбки, чтобы увидеть туфли. Любава кружилась у зеркала, заставляя юбку порхать в воздухе.
Я отметил, как ловко она стоит