3 страница
Тема
что, возможно, хоть раз магическим образом ей удастся прочесть предложение как следует. Но слова, как всегда, были беспорядочны – не расположены в обратном порядке, как полагала Корделия, а беспорядочны, и когда она попыталась прочесть заглавие, то первые четыре слова получились правильно, а последние прозвучали как ругательство. Все засмеялись, и Элеонора, выронив книгу, выбежала из класса; учитель отправил ее к директору, а одноклассники продолжали дразнить ее этим ругательством.

Корделия заговорила тихим голосом:

– О, Элеонора… Прости меня. Но я не могу быть с тобой в классе.

– Нет, не можешь! Поэтому нечего притворяться, что ты можешь все исправить!

Корделия поморщилась. Брендан, забавляясь провалом сестры, решил было отпустить едкую ремарку, но прежде чем он смог это сделать…

– Что это? – воскликнула Элеонора.

Брендан и Корделия одновременно повернулись и увидели фигуру, метнувшуюся от одной из сосен в сторону дома. Промелькнувшая тень. Слишком быстрая для человека. Неподалеку от них машина просигналила на Си Клифф авеню.

– Наверное, это просто тень от машины, Нелл, – сказал Брендан. – Перепрыгнувшая с дерева на дом.

– Нет, не от машины. Это был человек. И он был лысый, – настаивала Элеонора.

– Ты видела лысого парня?

– Женщину. Старую женщину. Она смотрела на нас. А сейчас она за домом.

Брендан и Корделия переглянулись, каждый ожидал от другого гримасы в духе, какая же глупенькая эта Элеонора. Но они оба были абсолютно серьезны, как и сестра.

Дети посмотрели в сторону дома. Темный силуэт замеченной ими фигуры по-прежнему был там. Стоял и наблюдал за ними.

3

Брендан сделал глубокий вздох и попытался сохранять спокойствие и присутствие духа. Фигура оставалась неподвижной.

– Эй? – позвал он, сходя с дорожки и увлекая Элеонору за собой. Корделия последовала за ними. – Здесь есть кто-нибудь?

Он постарался придать голосу жесткость, но тот все равно звучал как у персонажа из «Улицы Сезам», а не как у Шварценеггера. Брендан откашлялся, пытаясь скрыть этот казус, пока они вместе с сестрами крались к дому.

Фигура оказалась просто старинной статуей. Готический ангел, высотой в шесть футов, высеченный из серого камня, покрытого зелеными и черными полосками. За спиной у него были сложены крылья, а руки протянуты вперед, но кисть правой руки была отломана. У ангела не была лица, подбородка и губ, ветры и влажность Сан-Франциско оказали свое разрушительное воздействие на скульптуру. Островки мха разрослись на месте глаз.

– Красиво, – сказала Корделия.

Брендан потер лоб и с удивлением обнаружил, что тот покрыт потом. Глупо, но он ожидал увидеть здесь фигуру, о которой сказала Элеонора, – лысую женщину, старуху. Он унесся в своем воображении и уже видел картинку, как эта старуха тычет в них пальцем и шипит: «Вот недоумки, которые собираются купить наконец эту развалюху».

– Видишь, Нелл? Это всего лишь статуя. Здесь никого больше нет, – сказал Брендан, положа руку на плечо Элеоноры.

– Она куда-то ушла.

– Это всего лишь игра теней. Обман зрения.

– Ничего подобного!

– Забудь. Ты просто испугалась.

– Не так сильно, как ты, – ответила Элеонора, убирая руку Брендана со своего плеча и указывая на мокрые потные следы, оставшиеся на одежде от его прикосновения. Но до того как Брендан успел возразить, чья-то рука схватила его сзади за шею.

4

– Помогите! – крикнул Брендан, извиваясь и брыкаясь изо всех сил.

– Уфф! – его отец упал на землю. – Боже, Брен, что с тобой? – спросил доктор Уолкер, поднимаясь на ноги и потирая крестец.

– Папа! Не надо так ко мне подкрадываться!

– Пойдем. Мама с Дианой ждут вас. Мы собираемся осмотреть дом изнутри.

Дети последовали за отцом. Брендан почувствовал ледяное дуновение, как только подошел к двери дома с табличкой «128», но в конце концов дом стоял на утесе. Каменный ангел настолько его зачаровал, что он почти упустил из виду – Дом Кристоффа дальней половиной действительно располагался на железных столбах, окруженных валунами на пляже далеко внизу. Под частью дома виднелась дюжина свай.

– Что это?.. – начал было Брендан, входя в дом. Но тут же был ослеплен красотой внутреннего убранства. Миссис Уолкер тоже была поражена и едва не потеряла свою маску переговорщика. Она была занята тем, что оглядывала антиквариат и рассматривала свое отражение в отполированных перилах. Доктор Уолкер тихо присвистнул.

– Ух ты, – сказала Корделия, – этот холл действительно можно назвать великим, и это ни разу не будет иронией.

– А это и есть великий холл, – сказала Диана. – Интерьер был восстановлен безупречно, прежние владельцы следовали оригинальному стилю. Неплохо для изъеденного термитами сарая, а?

Корделия покраснела. Холл был заполнен греческой керамикой – черной с красным рисунком и красной с черным («Копии, – подумала Корделия, – в противном случае им бы цены не было»), здесь же расположились железная стойка с завитушками для верхней одежды и мраморный бюст похожего на философа мужчины с волнистой бородой. Везде была подсветка, как в музее. Брендан задавался вопросом, как такое возможно – изнутри дом казался больше, чем снаружи.

– Этот дом предназначался для развлечений с самого момента постройки, – заметила Диана, делая широкий жест рукой.

– Кто здесь развлекался? – поинтересовалась Корделия.

– Леди Гага, – произнес Брендан с невозмутимым видом, стараясь скрыть беспокойство. «Сначала не оказалось таблички, потом эта жуткая статуя, а теперь дом с антикварной лавкой внутри…»

– Брен, – предупреждающе сказала миссис Уолкер.

– Никто не устраивал здесь вечеринок уже несколько лет, – продолжала Диана. – Предыдущими владельцами была семья, которая оплатила реставрацию. Они жили здесь недолго и после захотели съехать. Они переехали в Нью-Йорк.

– А до этого? – спросил Брендан.

– Пустовал десятилетиями. Некоторая отделка пришла в негодность, но, вы знаете, эти старинные дома строились на века. На самом деле этот был построен, чтобы плавать!

– Чего? – удивился Брендан.

– Вы шутите? – сказала Корделия.

– Первоначальный владелец, мистер Кристофф, хотел быть уверенным, что его дом выдержит не только землетрясение, которое довелось пережить ему самому. Поэтому в подвесном основании он разместил несколько баррелей воздуха. Если нечто подобное случится, дом спроектирован таким образом, что он упадет с утеса в океан и уплывет.

– Как же это здорово, – сказала Элеонора.

– Нет, это абсурд, – ответил отец.

– Напротив, доктор Уолкер, теперь по такому принципу строят дома в Нидерландах. Мистер Кристофф опережал свое время.

Диана провела семейство Уолкеров в гостиную, из которой открывался потрясающий вид на мост Голден Гейт. Брендану показалось, что этого не может быть – он думал, что мост должен быть виден с другой стороны дома, но потом понял, что они обошли дом по кругу, двигаясь по огромному холлу. Хрустальные вазы, алебастровые скульптуры и доспехи отвлекли его… как и каменный ангел, который, он знал, был там и протягивал свою руку с отломанной кистью, глядя сквозь мох.

В гостиной стояли стулья Честер, стеклянный кофейный столик с ножками из коряг и рояль «Стейнвей».

– Мебель продается? – спросила миссис Уолкер.

– Все продается, – улыбнулась Диана. – Все включено в стоимость.

Она отправилась дальше со всем семейством, кроме Брендана, который засмотрелся на вид из окна. Он вырос в Сан-Франциско и привык