— Старший лейтенант Дроздов! — округлил глаза Шароев.
— Ах, оставьте, капитан…
— Дрозд! — покрутив пальцем у виска, замахнулся на коллегу я.
— Портрет Владимира Александровича Колокольцева приладим вот к этой стене, — громко крикнул капитан Шароев, — а Владимира Владимировича Путина — к этой. Здесь свет очень удачно падает.
Смеяться мы пошли в другую комнату. Там я своей команде и рассказал о первом нашем деле.
* * *Для начала я принял решение прозвонить старшему следователю по особо важным делам подполковнику юстиции Корниенко В.Ю… Нужно было понять, какие основные версии решило отрабатывать следствие, ну и познакомиться с непосредственным руководителем следственной группы.
— Здравствуйте, Виолетта Юрьевна. Разрешите представиться, начальник отдела оперативного розыска УВД майор Чапаев. Хотел бы получить информацию по покушению на убийство сотрудников ППС. Мне поручено под вашим руководством заниматься этим резонансным делом, — мужественным баритоном представился я, жестами приказывая своим коллегам заткнуться.
— Очень приятно, Андрей… Андрей Васильевич. Ну, что же, подъезжайте, оговорим наши совместные действия по этому, как вы правильно выразились, резонансному делу. Я ещё не успела папку с первичными показаниями открыть, а мне уже… сами понимаете. Так что жду вас, — приятно удивив мягкостью тембра, ответила Виолетта Юрьевна.
— Виолетта Юрьевна, у меня к вам встречное предложение. Времени на поиски преступников мне дано по минимуму, а перемещаться по Москве в это время — просто непростительная трата сил, времени и ресурсов. Вы сказали, что у вас есть уже папка с предварительными показаниями и первичными осмотрами мест преступлений, а у меня не то что показаний, у меня даже папки нет. Верите? У нас сегодня первый рабочий день. Вышлите, пожалуйста, на мой электронный адрес всё, что у вас есть, и я начну работать. А я, со своей стороны, обязуюсь держать вас в курсе всех дел, касающихся розыска.
— Обещаете, Андрей Васильевич? — строго спросила «важнячка».
— Как до сих пор неженатому человеку, мне трудно что-то обещать красивой женщине, но, поверьте, таких, как вы, я не обманываю. А если серьёзно, как вы считаете, товарищ подполковник, какая версия должна быть в приоритете? — задал последний вопрос я, вытянув губы в трубочку.
— Думаю, нужно обратить внимание на людей, которых задерживал патруль в ту ночь. Обратить внимание на правомерность задержания, допросить содержащихся под стражей и уже отпущенных после разбирательства, — уверенно ответила старший следователь. — Спасибо, Виолетта Юрьевна, мне очень важно ваше мнение. Адрес электронной почты я уже сбросил, — вильнул хвостиком я.
— И вам… Андрей Васильевич… а вы, правда, не женаты?
— Врать не буду, Виолетта Юрьевна, о моём разводе два с половиной года назад весь Главк частушки сочинял.
Может быть, слышали? «Не ходите, девки, за Чапая! Он всегда на службе, а кровать пустая!» Всего хорошего. Мой статус — убеждённый холостяк.
Во время всего диалога мой личный состав молча пил кофе, хрустел сухариками и гордился сообразительностью своего шефа. Через десять минут все материалы предварительного следствия по делу об убийстве и покушении на убийство сотрудников ППС были на мониторах наших компьютеров. Я решил тут же выдать каждому «сеньке по шапке».
— Ну что, «чапаевцы»? Покажем господам белогвардейцам, как работает отряд имени героя революции? Начинаем прямо сейчас. Сбор в восемнадцать тридцать — здесь, потому как в девятнадцать у меня первый доклад. Слушать внимательно. Дроздов, ты занимаешься нападением на двух сержантов на озере у посёлка Чёрные Воды. Место преступления. Свидетели. Когда, где и кто обнаружил «пепсов»? Результаты вскрытия, если уже есть. Время и причина смерти Тищука. Состояние сержанта Иванченко? Прогнозы врачей? Характер телесных повреждений. Пошёл, Ваня, не задерживайся. Времени в обрез!
Дрозд было рванул со своего места, но потом остановился и с недоумением спросил:
— Ни фига себе объёмчик… Командир, не успею! Это ж в три точки… А на чём, Васильич? Мне «дежурку» дадут?
— Шароев, колёса есть? Отлично! Светлана, ключи от своего «мини» отдай Ивану. Всё, Дрозд, я тебя не вижу, — махнул рукой в сторону двери я.
Подтягивая на ходу падающие с него форменные брюки, Дрозд выбежал в коридор. И пока он бежал, тараня собой кабинетных полицейских, мы ещё не раз слышали эхо голосов:
— Простите… виноват.
— Аккуратней, мужчина в погонах…
— Тю, чёрт… А кто это?
— Чапаевцы какие-то…
Видно, начав заряжаться от меня, Шароев с Лядовой, с нетерпением заёрзали на своих стульях в ожидании указаний, украдкой поглядывая друг на друга.
— Шароев, работаешь со Светланой. Вам выяснить все обстоятельства задержания и по возможности допросить всех задержанных «пенсами» в ту ночь. Я имею в виду в период с восемнадцати часов субботы до двух ночи воскресенья. Кого, за что, как производилось задержание, куда кого повезли? Попробуйте дёрнуть дежуривших в это время в полицейских околотках. В каком состоянии привезли? Были ли жалобы? — набрасывал я вопросы своим сыщикам.
— Андрей Васильевич, а вы и правда верите, что жалобы задержанных кем-то фиксируются? — с удивлением задала вопрос Лядова.
— Я не верю, Света, но вдруг среди циников найдётся «правдоруб», — неуверенно заметил я, прекрасно понимая, что дежурные смены будут стоять «насмерть», но «пепсов» не сдадут.
— Шеф, а можно мы сначала ко мне домой подскочим, я переоденусь. А то как-то… — простонала Светлана, стягивая с шеи кроваво-красный шарфик.
— Ни в коем случае. Не слышу топота копыт, коллеги! Кстати, Евгений, а ты со следователем Корниенко сталкивался? — как бы между прочим поинтересовался я. И после его кивка головой задал наводящий вопрос:
— Ну и как?
На этот вопрос капитан Шароев обнял воздух руками и прочертил ими две полусферы.
— Так, Шароев… У меня два ответа на твою шараду. Снежная баба или жопа! — секунду подумав, предположил я.
— Так и есть, Васильич! — насупив брови, ответил Евгений, не уточняя.
— Так! Почему я вас ещё вижу? Магомедыч, в нашей конной дивизии пешком не ходят! — открыв перед сотрудниками дверь, гаркнул я, уже забыв, о чём спрашивал у Шароева.
Лядова улыбнулась, подтянула свою юбочку-карандаш выше коленок и первой выбежала в коридор. Шароеву это понравилось, и, стараясь не обгонять Светлану, кавказец бодро рванул на выход. Ну а я двинул в направлении нашей районной больницы. Там в травматологии лежал раненый старший экипажа изуродованных «пенсов» лейтенант Стариков. Судя по сегодняшней медицинской справке, Виктор Иванович находился при памяти. А его память ой как нам была нужна.
* * *Честно говоря, травматологическое отделение в больнице — самое популярное среди сотрудников моей профессии. И людей, работающих там, мы уже воспринимаем не как «докторов айболитов», а как коллег. Взять хотя бы заведующего отделением Михаила Ивановича…
— Извините, а в какой палате можно найти Старикова Виктора? Он к вам в воскресенье поступил, — спросил я у дежурной медсестры, перекладывающей с места на место коробочки с таблетками.
— А чего его искать? — прогудело над головой. — Его уже и без тебя нашли. Здорово, Чапаев!
Передо мной стоял тот