– Именно.
***
Трипольский, блёклое подобие прежнего деятельного выскочки, ждал его у лаборатории, как и договорились. Глаза Фарадея раскраснелись – он снова плакал. И Роман понимал его как никто. Последние сутки ему тоже хотелось выть. Противоречия рвали ум сворой бешеных собак, но он не подавал вида. Чего теперь. Верный выбор сделан – «человек» Макленнора убит.
Или всё же убит Майкл Бёрд?..
– Удивительно.
– Что? – Роман встал рядом и заглянул внутрь изолированной лаборатории, на лежащее на столе тело.
– Сколько лжи вокруг. Уверенности не может быть ни в чём. Решительно ни в чём. Порой чудится, – хихикнул Фарадей, – что весь мир наш – ложь. Долбаный квантовый суп.
Роман хотел спросить «а разве когда-то было иначе?», но промолчал. Пусть говорит. Ему надо.
– Сначала нас долго убеждали, что он есть, – продолжал Трипольский. – Трындели отовсюду. Потом – что нет. Затем я сам докопался, как мне казалось, до истины. Я видел чертежи и схемы, которых не видел никто. Они давали такую надежду! Удивительно просто... Квантовый мозг, устойчивая схема, где решена проблема охлаждения кубитов. Но вот загвоздка: всё это в голове «Осы», а не идеального с точки зрения физиологии андроида. Он, – Фарадей кивнул на тело, – не имеет отношения к тем чертежам.
– Уверен?
– Как сказал бы мистер Макленнор: «я уверен только в том, что мой кот знает побольше двух третей земного населения».
– Твой мистер Макленнор хорошо бы с Санычем поладил. Тот тоже порой доносит мысль через одно место. Доносил.
– Поладил бы, обязательно, – кивнул Фарадей. – Если бы Александр Александрович дожил.
– Не понял...
– Я... – он сомневался лишь секунду. – Понимаете ли, Роман Викторович... Я уверен, что он здесь.
– Кто? – уставился на него командир.
– Алан Макленнор. На Ясной. Видимо, Альянс сумел повторить «прыжок». Но лишь однажды. Я так считаю, – как ни в чём не бывало пояснил Трипольский, осмотрительно подбирая слова; полуложь сейчас казалась единственным вариантом пойти намеченным путём и притом избежать новой бойни. – Вы же слышали Иконникова. «Он не синтетик». Куда уж понятней. Да и смерть мистера Макленнора всегда вызывала у меня вопросы. Какая-то она... приуроченная.
– К запуску «Кондора»?
– Угу. Громкое «разоблачение», конец кровавой войны – кому он нужен? Ну умер, да и чёрт с ним. Не до него сейчас...
– Нестыковка, – обмозговывал мысль Роман. – Буров, когда столкнулся с ним, замял ему трубку газоотвода. Будь внутри Алан Макленнор, он бы задохнулся. Или выдал себя.
– Не смешите, командир, – без тени улыбки ответил Фарадей. – Этот человек создал его, – он кивнул за бликующий стеклопластик, – а вы говорите – трубка. Но...
Роман выждал. Он помнил слова Бурова про то, что не стоит ломать крылья ближнему. Пусть доскажет мысль.
– Но теперь я сомневаюсь даже в этом...
– То есть?
– Я сам путаюсь, Роман Викторович... – пожал острыми плечами Фарадей, изо всех сил соображая, чтобы не сболтнуть лишнего. – Я уже ничего толком не понимаю. Вот пример вам: проект, над которым работал мистер Макленнор. Я ведь верил, что ему удалось. Что он создал разум, наделил им ту самую «Осу», про которую я только что говорил. Я думал, что Фрэнки – его «человек». Потом меня замучили сомнения. Мозг, созданный им на основе квантового компьютера, едва ли уместил в себе полноценное сознание, это я понял недавно. Ему было б там... тесно. Я думал дальше. Если так, то зачем эта «Оса» нужна? С квантовым-то мозгом. А просто всё. Она – идеальный помощник в экстремальных условиях. Скафандр, защитник и друг, если хотите. Огромный ходячий боевой компьютер.
– А... Бёрд?
– Бёрд... Бёрд слишком сложен для земных технологий. Даже для гения мистера Макленнора, при всём моём уважении. Даже не представляю, что у него внутри!.. Вы же видели его. Мы все видели. Жили с ним. Ели. Пили. Шутили. Ругались даже. И воевали вместе. Вы с ним плечом к плечу бились с белотелыми, Роман Викторович. Он был похож на пластмасску с умной начинкой и жидким гелием вместо крови?
– Нет, – коротко ответил Роман и сглотнул.
– Вот. Это – «человек», несомненно.
– Но «человек» ли это Макленнора?
Лучшего подарка было не сыскать. Командир додумал сам, увёл разговор в сторону, а значит и полу-ложь удалась.
Теперь космопроходцы разговаривать начнут раньше, чем стрелять. Должны, во всяком случае. Ну и пусть след ложный, ведь сам Трипольский не на миг не усомнился, что Майкл – дело рук Макленнора и что квантовый мозг способен уместить полноценное сознание. Уж лучше так, чем не получить ответов всей жизни из-за чьей-то скоропалительности и собственной нерасторопности.
Лучше выяснить, что ты самонадеянный псих, чем недальновидный осёл.
– Его надо будет осмотреть. Вскрыть.
– Сделаю, – кивнул Трипольский с видом уставшего полицейского, вручную не раз душившего гидру мафии.
Это была не просьба, скорее просто констатация факта. Но уточнять Роман не стал. Пусть это будет он, Трипольский. Буров поймёт и даже согласится. Он питает почти отеческие чувства к пареньку.
В голове командира шевельнулась бредовая мысль.
– Алексей, ты говорил, что знаешь... китайский, так?..
– Да. А что?
– Да тут... – Роман посомневался, но лишь секунду. – Иероглифы. Вот, смотри. Шут знает, вдруг поможешь.
Мнемокадр перекочевал в голову Фарадея. Всего один, на котором наилучшим образом запечатлелись выведенные чем-то голубоватым непонятные загогулины. Ответ превзошёл самые смелые ожидания.
– Если... – Трипольский нахмурился, всматриваясь в мнемокадр. – Если немного подправить, то... то получится просьба.
– Какая ещё просьба?
– Дословно я бы перевёл как «пощади ребёнка». Или «пощади дитя». Где это?
– Около модуля в горах, – сухо ответил Роман. – Ладно, Лёша. Светлая всё-таки у тебя голова.
После этого разговора Роман надолго ушёл в себя. Такие случайности не случайны – чтобы едва забрезжившая догадка вдруг нашла косвенное подтверждение со стороны.
Если у американцев что-то получилось с «прыжком», то был шанс, что их, тридцать третью экспедицию, действительно забросили сюда всего лишь в качестве отвлекающего манёвра. Это объяснило бы кучу моментов – от состава, разбавленного зачем-то теологом и журналисткой, до отчёта по Ясной. Ведь о никудышности последнего Костя Корстнев просто не мог не знать! Это его работа!
Смущало одно: сам Роман имел доступ ко многим документам и темам внутри ЦУПа, да и не только. И уж если он блуждал впотьмах неведенья, то задуматься, что же за организация или человек были в том заинтересованы, стоило бы серьёзно!..
Теперь, когда в модулях частью систем