— Но где же Предтечи сейчас?
— Выдвинуто несколько интересных гипотез, но об этом ещё будет время побеседовать. А сейчас мы подошли к главному, ради чего, собственно, мы сегодня и встретились.
— ?
Голос Роаэль зазвучал торжественно и даже пафосно:
— От имени Правительства Содружества Свободных Миров я предлагаю Вам, Алексей Гардов, работу в качестве капитана Дальней Космической Разведки!
Алексей, только-только пришедший в себя после недавнего шока и вспомнивший про кружку в своей руке, едва не поперхнулся чаем.
— Шутишь?
— Нисколько.
— Но… почему именно я?
— В общем-то, все достаточно просто. Во-первых, ты бoльшую часть жизни прожил, можно сказать, на качелях. По этой причине у тебя настолько хорошо тренированный вестибулярный аппарат, что тебе нипочём и невесомость, и перегрузки. А это больное место большинства кандидатов в космонавты. Во-вторых, ты изучал и хорошо знаешь навигацию и мореходную астрономию, и для тебя не составит труда, после небольшой переподготовки, освоить астронавигацию. И, наконец, в-третьих, специфика твоей работы в качестве капитана крупного промыслового судна как нельзя лучше соответствует профессии косморазведчика. В отличие от всех других моряков, вы, рыбаки, ежедневно вынуждены работать как в двух-, так и в трёхмерном пространстве, принимать решения по поиску рыбы в условиях массы неизвестных факторов и отсутствия достоверной информации, полагаясь лишь на интуицию и опыт. Это вырабатывает уникальные качества, которые просто незаменимы для косморазведчика, и практически невозможно назвать другую профессию, формирующую их столь же эффективно. Касательно же конкретно твоей кандидатуры, нами учитывалось, что эти качества ты сумел развить в наивысшей степени. Это с одной стороны. А с другой… Откровенно говоря, сыграло свою роль и твоё нынешнее семейное положение. Вернее, отсутствие такового. С женой ты развёлся, дочь замужем. Мы посчитали, что тебе будет легче «поднять якорь», чем кому-либо другому.
— И это все?
— Нет, не все. У нас есть специальные методики, позволяющие определять профпригодность того или иного кандидата. Мы провели скрытое тестирование. Результаты… — Роаэль на секунду запнулась, подыскивая выражение. — Результаты весьма специфичны.
— Вот как? И чем же? — заинтересованно спросил Гардов.
— Скажи, в твоей жизни происходили события, которым трудно подобрать рациональное объяснение? Нечто такое, что выходит за рамки обычных причинно-следственных связей?
Алексей призадумался. В памяти всплыл один эпизод из его капитанской практики, случившийся еще на заре его капитанской карьеры. Тогда они работали в ревущих сороковых широтах близ чилийского побережья в последние годы правления Пиночета. Преследуемый межсезонным безрыбьем, он решился на отчаянный шаг и повел свой траулер в запретную двухсотмильную зону, углубившись в нее миль на восемьдесят. Трое суток они ловили «по потребности». В ночь на четвертые сутки Гардов, почти не покидавший мостика, прикорнул в своей каюте. Вдруг посреди ночи будто неведомая сила сорвала его с постели. Поднявшись в рубку, он приказал немедленно выбирать трал и следовать на выход из зоны. Едва они пересекли границу экономической зоны, как капитаны четырех оставшихся на месте промысла траулеров, рискнувших, как и он, повести свои суда в этот рискованный набег, сообщили о всплывшей подводной лодке и появлении вертолетов береговой охраны. Дальнейшая судьба этих капитанов была плачевна… А Алексей позже не смог объяснить ни своим штурманам, ни самому себе, почему он тогда принял столь внезапное решение…
— Да, такое случалось. — Он вкратце рассказал о вспомнившемся эпизоде.
— Я так и думала. Наше тестирование выявило у тебя наличие колоссального латентного паранормального потенциала, причем, настолько огромного, что мы даже усомнились в своих методиках…Обычно этот потенциал проявляется в стрессовых ситуациях, когда мозг испытывает максимальные нагрузки, что и подтверждается твоим рассказом.
— Паронормального? Ты меня пугаешь, — рассмеялся Алексей.
— Не бойся. Испугались, скорее, мы. Таких результатов нам получать еще не доводилось, хотя на Земле мы работаем не первый год. — Роаэль испытующе взглянула на него, и Гардов вновь поразился странной изменчивости выражения ее глаз. — Так что ты скажешь?
Алексей задумался, поймав себя на мысли, что воспринимает предложение на полном серьёзе и озабочен лишь уточнением чисто практических вопросов.
— Состав экипажа косморазведчика? Срок переподготовки? Длительность рейсов? Возможность посещать Землю?
— Состав экипажа — один человек, он же командир. И, конечно, искусственный интеллект корабля. Управление автоматическое, один человек вполне справляется, и нет необходимости рисковать ещё одной жизнью. Срок переподготовки — около трёх месяцев. Посещение Земли — без ограничений, но по согласованию с руководством. Что касается длительности рейсов, то разброс бывает достаточно большим, в зависимости от решаемых задач. Но в любом случае она меньше принятых у вас в рыболовецком флоте шести месяцев.
— Хорошо. Но вот по поводу трёхмесячного срока переподготовки…
— Всё верно, ты не ослышался. Наши технологии обучения отработаны до совершенства.
— Что ж, тогда последний вопрос. У вас что, не хватает своих кандидатов?
Роаэль неожиданно смутилась.
— Видишь ли, в нашем обществе более престижны другие сферы человеческой деятельности. Например, философия, наука, искусство, музыка. Считается, что косморазведка — это слишком… приземленно, что ли.
Гардов усмехнулся:
— Тогда уж, скорее, слишком заоблачно. Значит, непопулярная профессия, на которую приглашают гастарбайтеров со стороны?
— Так принято считать в нашем обществе. Хотя лично я уверена, что дело тут в другом. У нас почти нет людей, которые могли бы справиться с такой работой. Им просто неоткуда взяться. На литературных диспутах необходимые для этого навыки не выработаешь. А профессий, подобных твоей, у нас давно нет. Так что все эти разглагольствования о непрестижности есть лишь подсознательное стремление к самоутверждению, нежелание признаться самому себе, что это не по силам, что такой вид деятельности никогда не будет доступен данному имярек.
— Ты действительно так думаешь?
— Иначе не пошла бы в косморазведку. Все эти снобствующие позёры… — По лицу девушки пробежала какая-то неуловимая тень. — Это не по мне. Я родилась на космической базе и без космоса не представляю своей жизни.
— Вот как. Что ж, Эль, я согласен. Побуду гастарбайтером.
Роаэль немного растерянно и даже чуточку недоверчиво взглянула на него:
— Вот так сразу? И ты даже не просишь времени на обдумывание?
— Ты сама недавно говорила об особых качествах капитанов-рыбаков. Среди них — умение принимать мгновенные решения. Но есть одно условие.
— Условие? Какое условие?
— Ты должна попробовать мою уху. У себя на Леге ты точно никогда не едала ухи по-капитански!
Глава вторая
— Я ваш Наставник, Алексей, — обратился к нему