Американские производители фортепиано начинали бизнес, копируя немецкие технологии, но затем сами стали образцом для японских имитаторов, которых копировали фирмы из Южной Кореи. Последние, в свою очередь, были скопированы китайскими фирмами. Швейцарцы, известные мастера часового дела, заимствовали опыт лучших часовщиков Англии и Франции. Но и они спустя несколько столетий уступили значительную долю рынка японским, корейским, тайваньским и, наконец, китайским имитаторам, которые изначально конкурировали за счет цен, а затем добавили новые свойства и использовали новые технологии.
Имитация у биологических видов
Биологи определяют подлинную (или полную) имитацию как овладение новым типом поведения после наблюдения за кем-то другим, демонстрирующим его в рамках структуры «средства — результаты». Кроме того, в биологии различают и менее выраженные формы имитации, включая эмуляцию, когда целью являются только видимые результаты, и преднастройку реакции, когда действия повторяются не как осознанное средство для достижения цели. Другие формы копирования поведенческих типов, не достигшие уровня подлинной имитации, включают импринтинг, вид инстинктивных действий (как у утят, следующих за движущимся объектом), и подражание (также именуемое миметизмом), связанное с повторением поведения, типичного для определенного биологического вида.
В энциклопедии «Британника» мимикрией называется «внешнее сходство двух или более организмов, не имеющих тесной таксономической связи, предоставляющее определенное преимущество, например защиту от нападений хищников». Мимикрия широко распространена среди различных видов, от растений и насекомых до птиц и млекопитающих. Например, цветки lobelia cardinalis привлекают опылителей не потому, что содержат нектар, а потому, что напоминают цветки других растений, опыляемых колибри. Некоторые насекомые копируют внешний вид своих «невкусных» собратьев, снижая вероятность нападения хищников и птиц. Пауки приобретают окраску цветов для привлечения своих жертв[47]. Проведем параллель с маркетингом: потребители делают свои выводы о качестве и функциональности на основе схожести внешнего вида и поверхностных характеристик.
Для представителей животного мира имитация имеет важнейшее значение, поскольку определяет главные решения жизненного цикла. Например, при выборе партнеров самки, как правило, копируют видимые преимущества других особей, что является наилучшей стратегией с учетом существующего риска. По мере того как особи, делающие выбор первыми, улучшают качество отбора партнеров, их последователи также становятся более успешными, поскольку копируют лучшие примеры первых «экспериментаторов» и их имитаторов.
Однако со временем, когда имитаторы начинают составлять основную часть популяции, они теряют свои преимущества[48]. Это явление имеет четкие параллели в экономике, где преимущества первопроходцев (или инноваторов) и первых имитаторов размываются и исчезают после того, как их копирует большинство участников рынка. Том Ладлэм-младший, президент и генеральный директор компании Prologue и ветеран фармацевтической промышленности, отметил, что после выхода на рынок рецептурных препаратов шести-семи компаний возможности в части ценообразования практически исчерпываются[49].
Биологам также известны выгоды имитации. Например, они считают, что способность к имитации позволила большим человекообразным обезьянам выживать в неблагоприятной среде несмотря на физические изъяны и другие недостатки. Биологические виды — за исключением человекообразных обезьян, некоторых видов обычных обезьян, дельфинов и птиц (например, попугаев), а также самого человека — способны только на простые формы имитации: мимикрию, импринтинг и подражание. Они не могут реализовать более совершенные формы, например неявную имитацию, при которой копируется поведение, не поддающееся прямому наблюдению и требующее «стимулирования» посредством таких механизмов, как оценка перспективы.
Несмотря на то что последние исследования в области нейрофизиологии доказали наличие у макак зеркальных нейронов, позволяющих осуществлять копирование сложными, мультимодальными способами, считается, что большинство животных не обладает комплексными структурами средств и целей, лежащими в основе подлинной, или полной, имитации. Многие биологи считают, что именно способность к имитации выделяет человека среди других биологических видов[50].
Новорожденные дети настолько активны в имитации, что исследователи называют их «имитационными машинами». Последние исследования показали, что младенцы скорее не учатся имитации, а учатся посредством имитации, начиная познание методом проб и ошибок еще до рождения. После рождения они копируют выражение лица и звуки, а также моторику тех, кто о них заботится. Через шесть недель после рождения они уже способны на отложенную имитацию, т. е. они могут повторить действия, совершенные двадцать четыре часа назад. В три месяца первоначальная форма имитации младенцев сменяется более зрелой формой, включающей способность различать значение и степень значимости копируемого объекта.
Когда дети подрастают, имитация становится более сложной. Люди продолжают применять ее на протяжении всей жизни, наблюдая друг за другом в поисках ответов на вопрос, как вести себя в различных ситуациях. Неудивительно, что люди более склонны имитировать те действия, которые могут привести к положительным результатам. Сегодня это признают и экономисты[51].
Решение проблемы соответствия
Почему люди обладают способностью анализировать и синтезировать сложные типы поведения, необходимой для полной имитации? Она появляется благодаря мощным когнитивным и перцептивным способностям человека. От степени развития когнитивных способностей зависят объем имитационной деятельности и точность имитации.
В свою очередь, когнитивные способности необходимы для идентификации и решения проблемы соответствия, которую многие исследователи считают главной загадкой имитации. Дело в том, что визуальная система (наблюдение за действием) и моторная система (выполнение нового действия) имеют разные параметры кодирования, и задача заключается в том, чтобы преобразовать модель в копию, которая даст тот же самый полезный результат, который дает исходная модель. Ее решение требует нескольких этапов, от получения информации до понимания и преобразования в копию, обладающую узнаваемыми свойствами.
Для решения проблемы соответствия в реальности недостаточно просто «разобрать и собрать» элементы двух систем (модели и копии). Скорее, как и со всеми подобными трансформациями, нужно сохранить и при необходимости переосмыслить глубинные, а не буквальные значения. В свою очередь, такое переосмысление требует отличного понимания соответствующих условий внешней среды и ментальных моделей[52].
От инстинкта к интеллекту: новое определение имитации
Платон критиковал художников за то, что они способны повторить лишь «обличье» и поэтому далеки от истины. Он презрительно сравнивал художника с плотником, потому что художник находится в два раза дальше от оригинала. Платон считал, что искусство подражания является извращенной, замещающей деятельностью и им занимаются те, кто «не способен быть». Подобно ему, в прежние времена искусствоведы называли имитацию «механической и репродуктивной». Однако со временем они увидели, что имитация представляет собой нечто большее, чем просто копирование. Так возник более сложный и системный взгляд на имитацию, различающий различные ее формы. В их число входят подобие как полная идентичность, которой фактически невозможно достичь, подражание или аналог, о котором судят путем сопоставления с моделью, и представление, в котором нет ни идентичности, ни сопоставимости, но которое служит «символом и напоминанием о том, что оно представляет»[53].
Историки также начинали с негативной оценки имитации, однако со временем увидели, что она является творческой и интеллектуальной деятельностью и