– Ты, наверное, просто хреново меня знаешь, Холтон. А вот если б ты меня знал, ты б в курсе был, че я не шибко люблю все эти… игры в молчанку.
Томас молча смотрел в красное лицо верзилы.
– Хотя я и так знаю, че ты делал у старого пердуна, – прошипел Стивен, встряхивая Томаса, чтоб тот смотрел ему в глаза, а не в сторону. – Ты ему магию мерял, так, Холтон?
– Ну, может, и так, – буркнул альбинос.
Дураку понятно, что Измеритель мог прийти в чародейскую лавку только для того, чтобы проверить наличие магического поля. Но Стивен подавал все так, будто только что совершил разоблачение века.
«Кретин, каких свет не видывал. Но рука тяжелая».
Внезапно Томас услышал звук, отдаленно напоминающий рев мотора. Сердце в груди застучало быстрей.
«Кто-то едет. Вот бы полиция…»
Звук становился громче с каждой секундой.
«Ну же… скорей…»
Томас с трудом сдержал победный возглас, когда самоходка характерного желтого цвета выскочила из-за дальнего поворота и устремилась к «стервятнику» и альбиносу.
«Такси. Боже, только не сверни никуда!..»
К счастью, Стивен был слишком увлечен разоблачением Томаса, чтобы обращать внимание на посторонние звуки, иначе наверняка утащил бы Измерителя в ближайшую подворотню и продолжил порку.
Альбинос украдкой облизал пересохшие губы.
Это был шанс, причем весьма неплохой. Надо только немного потянуть время, а потом оперативно поднять руку с оттопыренным большим пальцем, чтобы такси точно не проехало мимо.
– Че, кстати, с нашим предложением, Холтон? – Верзила снова встряхнул Измерителя. – Че ты решил?
– А че я должен был решить? – в тон ему ответил Томас.
«Стервятник» нахмурился, и Измеритель тут же проклял себя за легкомыслие.
«Сейчас он окончательно взбесится и вмажет мне еще разок, такси проедет мимо, а я останусь лежать на асфальте, закрывая лицо руками и считая новые удары, пока не отключусь…»
Желтая самоходка уверенно преодолела единственный перекресток на пути к Стивену и Томасу.
«Неужто хоть тут повезло?»
– В смысле – че ты должен был решить? – раздраженно переспросил бугай. – Я тебе предложение сделал, ты сказал, помозгуешь и согласишься. Ну так че намозговал?
– Мне… У меня… На меня тут до черта проблем навалилось, Стив… – с трудом подбирая слова, выдавил Томас. – В последнее время прям не продохнуть…
Он что-то мямлил и даже сам не особенно задумывался, – все его внимание было сосредоточенно на одиноком такси. С каждой секундой шанс на спасение становился все ближе, все реальней.
– Ты эта, зубы мне не заговаривай, Холтон, – предупредил бугай. – И куда это ты там все время косишься, а?
Сердце екнуло в груди у Томаса, и он, понимая, что тянуть дальше бесполезно, выкинул в сторону руку и возопил на всю улицу:
– Такси!
Судя по тому, как скрипнули тормоза, водитель тоже заметил Измерителя и тут же направил машину к тротуару. Поняв это, Стивен досадливо скрипнул зубами и с явной неохотой оттолкнул Томаса от себя. Профсоюз одобрял методы ручных громил ровно до той поры, пока все обходилось без свидетелей. Но если кто-то из дуболомов попадался «при исполнении», его тут же выставляли за дверь – во избежание проблем с полицией.
– Я вернусь, – пообещал «стервятник» и быстрым шагом устремился к ближайшей подворотне. Томас проводил его рассеянным взглядом, после чего медленно побрел к такси, на ходу оправляя растрепанный наряд. Голова слегка кружилась, но в целом Измеритель чувствовал себя неплохо. Приблизившись к самоходке, он уже взялся за ручку, когда водитель пробормотал:
– Постой-ка…
– В чем дело? – глухо спросил Измеритель.
Рука его сама собой опустилась.
– Тут эта… босс запретил нам вас… ну альбиносов возить, – сбивчиво ответил таксист. – Ты только не сердись, парень, мне-то лично дела нет, кто там бледней, кто темней… но если кто-то увидит, что я тебя везу, и шефу доложит, меня с работы попрут, такие дела…
Он, кажется, действительно чувствовал себя неловко, и Томас, без того вымотанный сверх меры, решил не упрямиться понапрасну.
– Вали уже, – буркнул он, отступая от автомобиля.
Водитель с виноватым видом отсалютовал альбиносу и нажал на газ. Скрипнув колесами по мостовой, такси покатилось прочь, а Томас, замерев на краю тротуара, с руками в карманах куртки, хмуро смотрел желтой самоходке вслед. Подобное, разумеется, с альбиносом приключалось не впервые.
«Хорошо хоть, Стивен не видел, как таксист меня отшил, а то бы наверняка вернулся и продолжил… убеждать…»
Вспомнив о «стервятнике», Измеритель бросил опасливый взгляд в сторону подворотни, которая поглотила верзилу, и быстрым шагом направился, куда шел изначально – на Коуби-стрит. От волнения разыгрался аппетит, и Томас решил, что непременно заглянет в какую-нибудь закусочную, желательно – крохотную, с тяжелыми шторами на окнах и столиками в темных, слабо освещенных углах. Уехавший таксист – это не так страшно и обидно, как дымящийся омлет и кружка пива, которые из-под самого носа уносит не в меру глазастый трактирщик.
«Господи, как же надоело жить в тенях…»
Одолеваемый невеселыми думами, Томас брел к улице, названной в честь генерала Коуби, отважного и безумно талантливого полководца…
«…который, как говорят, тоже терпеть не мог альбиносов. Хотя кто вообще нас любит?»
* * *Когда самоходка Нельсона подъехала к гаражу дядюшки Луиса, солнце уже практически покинуло свое укрытие за горизонтом. Сам дядюшка как раз возился под капотом любимой темно-бордовой «рейбез». Глядя на сгорбленную фигуру старика, Нельсон улыбнулся уголком рта. Он прекрасно помнил, как дядюшка носился с этим авто, когда только-только его купил. Все время по локоть в масле, с грязными разводами на лице – но серые глаза блестят, а губы вечно растянуты в улыбке.
«Хорошее было времечко…»
Заслышав знакомый рев двигателя, дядюшка обернулся. Нельсон, продолжая улыбаться, помахал ему рукой, однако Луис никак не отреагировал на приветствие – только бороду почесал тыльной стороной ладони.
«Подозревает что-то… ну ладно».
Проходимец припарковал самоходку напротив гаража у ветхого зеленого забора, потом заглушил мотор и спрыгнул с седла. Луис хмуро наблюдал за ним, неторопливо вытирая руки старой тряпицей. Лицо старика, как обычно, украшали масляные пятна самых причудливых форм.
– Дядюшка! – радостно воскликнул Нельсон.
Он раскинул руки, намереваясь обнять Луиса, но тот вдруг резво схватил племянника за правое запястье и прошипел:
– Так и знал, что ты снова туда полезешь…
Большой палец старика уперся прямо в черную точку складника. Проклиная себя за то, что позабыл надеть перчатки, Нельсон попытался высвободить руку, но дядюшка держал слишком крепко. Поняв, что вляпался, проходимец отвел взгляд в сторону и буркнул:
– Ну ты же знаешь – это единственное, что я умею…
– Уж мне-то не ври! Не умеет он ничего, ага…
Луис брезгливо, точно гадкую жабу, оттолкнул от себя ладонь с отметиной и, уперев руки в бока, хмуро уставился на племянника.
– Ну чего ты так завелся? – нехотя спросил Нельсон, понимая, что дядюшка ждет от него