— Стой! — выдохнул Бас. Растопырив руки, будто хотел поймать беглеца в объятия, он двинулся навстречу. Пытался заступить дорогу, хотя ноги уже сбивались с шага — полусогнутые, они ещё несли Баса, но готовы были отказать в любой момент. — Стой! Отдел ви-контр…
Не снижая скорости, человек легко, будто играючи сбил его плечом. Бас с размаху полетел в лужу, поднимая фонтан брызг. Очки отлетели в одну сторону, рация — в другую. Эксперт заворочался в ледяной жиже, словно жук, перевёрнутый брюхом кверху. Руками он лихорадочно шлёпал вокруг в поисках очков и рации.
С трудом перевернулся, стал на колени. Нашёл очки! Наскоро обтёр, водрузил на нос, продолжая разгребать жидкую грязь в поисках рации — есть! Водонепроницаемый чехол позволял прибору работать даже в таких условиях.
Оглянулся — чёрт, уходит! — беглец достиг перрона и с ходу запрыгнул в электричку. Тут же двери схлопнулись, щелкнув уплотнителями. Гудок прорезал пелену дождя, стылое пространство над вокзалом и путями, будто крикнула улетающая птица. И поезд тронулся, застучал колёсами, прогудел ещё раз на прощание…
Себастьян поднялся. Его шатало. Стоя по щиколотку в луже, — вода лилась с одежды ручьём, — превозмогая себя, просипел в микрофон:
— Он ушёл! Запрыгнул в электричку и двинул обратным маршрутом! Сообщите начальнику отдела — срочно нужна машина!
Да, нестандартный попался парень! Где это видано, чтоб тягун рванул не в город, а из города?! С изрядной дозой витакса за пазухой! А то, что доза была неслабой, говорил весь его опыт, все его чувства вопили — этот чёртов тягун скачет зайцем с парой мешков картошки на плечах!
И разглядеть-то его толком не успел: молодой, судя по живости характера. Тёмная куртка с капюшоном, джинсы. Лица не разглядел совсем. Высокий, хоть и сутулился на бегу, жилистый. Хорошая лёгкая фигура, Себастьян даже позавидовал слегка — ему б такую! И вроде даже что-то знакомое показалось в движениях… Померещилось, наверное…
Далеко вору, конечно, не уйти. Краденный витакс, — несбалансированный, несовместимы с полем, требует сброса, требует конденсатора! А ви-клети — не павильоны с пивом в розлив, на каждом углу не стоят. Тем более подпольные. Значит, что? — значит, далеко он не поедет, всё равно будет стремиться в город.
— Машину! Срочно дайте машину, пропади оно всё пропадом! — орал Бас в рацию.
— Есть! — откликнулся динамик. — На привокзальной площади, около стоянки такси.
Эксперт припустил из последних сил. Проскочил здание вокзала насквозь, выскочил на площадь. Сбоку от жёлтых машин с шашечками на бортах прижался тёмно-синий фургон с полицейской эмблемой. Рядом топтались патрульные, кажется из третьей пары, той, что контролировала прилегающую к вокзалу территорию.
— Едем! — просипел Бас, задыхаясь, втискивая слабеющее тело в фургон. — Дорога, что рядом с путями!..
Патрульные запрыгнули следом. Фургон, взрыкнув двигателем, тронулся, начал разворачиваться. В окно Бас увидел, как невдалеке мнутся сотрудники усиления, с длинными, похожими на дубинки сканерами в руках. Толку от них теперь мало, а вот ещё одна патрульная пара не помешала бы.
— Отпустите группу усиления, — обернулся Бас к полицейскому, с трудом переводя дыхание. — И где остальные патрули?
— А хрен их знает, — зло отозвался тот, доставая рацию. Звали его, кажется, Петром, Себастьяну уже приходилось работать с ним раньше. Нормальный парень. — Контролёры чудят, проверяют кого-то…
Он зыркнул на своего партнёра, тот сидел с независимым видом.
— Оба? — удивился Бас.
— А кто им указ? — огрызнулся кажется Пётр.
— У нас инструкция, — спокойным голосом проговорил контролёр. — Если во время проведения операции появляются подозрительные объекты, мы обязаны их досмотреть.
— Чёрт с ними, — отвернулся Бас. И подвинулся к пожилому водителю: — Гони, батя! Нужно поспеть за этой электричкой. Тягун далеко не поедет. И включай печку на полную, промок и промёрз я до костей…
4
Это ж надо было случиться такому невезению — сразу же на выходе нарваться на ищейку!
Двигаясь в плотном людском потоке, Вик не разглядывал стеной стоявших слева и справа пассажиров. Наоборот, он привычно сгорбился, натянул пониже капюшон куртки и смотрел себе под ноги. Но острый укол под ложечкой, там, где тугим шаром висел чужой витакс, спутать не мог ни с чем.
Ловчий был где-то рядом, очень близко. Опасно близко. Недоделанный тягун, обделённый, убогий человечишка, ставший цепным псом полицаев — ищейка, вынюхивающая честного вора. Хорошо хоть, встречаются они столь же нечасто, как и сами тягуны.
Природа распределила нас поровну, считал Вик, дав одним странный талант тащить прямо из поля, а вторым — редкую способность чувствовать первых. Только поэтому и живо тягачество — не напастись ищеек на все вокзалы, супермаркеты и кинотеатры.
Но вот сегодня не повезло. Его унюхали сразу, и он это знал.
С толпой приезжих вор прошёл на перрон. Впереди маячило двухэтажное здание вокзала с часами на башенке. Вик собирался обогнуть его и выйти прямо к стоянке такси. Просачиваясь между снующими пассажирами, которых на перроне становилось всё меньше, лавируя в людском потоке, он забирал по плавной дуге вправо. Намеревался проскочить в узкий проход между вокзалом и шеренгой ларьков, торговавших всякой всячиной.
Мельком отметил, как за ларьки протопал смешной парень в мокрой насквозь куртке и круглых запотевших очках. Парень нахохлился под дождём, скукожился, — да льёт как из ведра! — и на миг почудилось что-то смутно знакомое — то ли в фигуре, то ли в очках… Но за ним след в след направлялся замызганный мужик с бутылкой, торчавшей из кармана. Эх, мне бы ваши заботы, ханурики!..
Вик был почти у цели, когда в нешироком пространстве прохода неожиданно материализовался патруль. Двое, как обычно — полицай и контролёр с жезлом. Напряжённые, всматривающиеся в залитый дождём перрон, ищущие — перекрыли путь отхода.
Ясно, эксперт уже сообщил своим. Теперь те только и ждут, когда им укажут объект и крикнут «ату»: немедленно вцепятся мёртвой хваткой. Не сбавляя шага, с прежним выражением лица Вик круто поменял направление и зашагал к вокзальным постройкам — сознательно устремился туда, где больше людей, где сутолока и человеческая круговерть не прекращаются круглые сутки.
Проскочил в двустворчатую, хлопающую дверь. Оказался в центральном зале — здесь навстречу друг другу двигались люди. Два потока закручивалась водоворотом: мелькали мокрые лица, шляпы и кепки входящих, чёрные зонты схлопывались, будто умирали некие сказочные животные. Другие, с ещё сухими плечами и спинами, уходили в распахнутый зев выхода, в дождь. Укрыться здесь было немыслимо, слишком подвижной и текучей была эта изменчивая среда.
Вик метнулся в правое крыло, к кассам и буфету. Здесь ему показалось безопаснее: скука ожидания и беспредметный трёп за рюмкой водки, тоска очередей, дремлющие на чемоданах бедолаги, чьи поезда задерживались. Здесь затеряться было легче.
Но в следующее мгновение одёрнул себя — не глупи, Вик. Если ты уловил присутствие ищейки, — событие, вообще-то,