Князь несколько дней готовил себя к встрече с адвокатом и к этому разговору, но всё равно ему было очень тяжело озвучивать решение, которое он принял накануне. Но это было единственное решение, которое имело хоть какие-то шансы оказаться в итоге правильным.
— Я не знаю, что для меня страшнее — лишиться головы или жить и наблюдать, как Романов сидит на престоле, — продолжил Константин Романович. — Думаю, второе. За эти несколько недель я уже почти смирился с тем, что меня ждёт исключительная мера. И с тем, что это не самое страшное, что может случиться. Дело ведь не во мне и не в нашем ордене. Романов — угроза всей эльфийской расе. Поэтому я пойду до конца. И я продам свою жизнь по самой высокой цене. По такой цене, которая, надеюсь, окажется для Романова неподъёмной.
Князь достал из-за пазухи несколько мелко исписанных листов бумаги, положил их на стол и сказал:
— Здесь расписаны указания для тебя и моих собратьев по ордену. Романов считает себя победителем, но у нас ещё есть шанс не допустить, чтобы он стал императором. Давайте это сделаем.
Адвокат быстро забрал со стола листы, спрятал их в карман и сказал:
— Я всё сделаю, согласно расписанным указаниям, Ваше Сиятельство! Не извольте на этот счёт переживать! Для меня великая честь помогать Вам лично и всему «Русскому эльфийскому ордену».
— Я верю, что ты справишься.
— Может, Вы хотите что-то передать Вашей семье?
— Я всё написал. Вызывай надзирателей.
Адвокат нажал на кнопку вызова охраны, расположенную на столе, и почти сразу же открылась дверь и вошли конвоиры.
— Эльфийское выше государственного, — негромко произнёс князь Седов-Белозерский.
— Эльфийское выше государственного, — повторил Дроздов.
— Прощай, Клим! — сказал магистр «Русского эльфийского ордена» и встал из-за стола.
Глава 4
Две с половиной недели пролетели совсем быстро — из-за невероятно плотного графика казалось, что прошло трое суток. Бывало, что за весь день мы с Милой не виделись ни разу, так как от большинства предметов меня освободили, и я ходил на занятия через день. И меня это угнетало — перед долгим расставанием хотелось провести со своей девушкой побольше времени. Но с другой стороны, я понимал: чем лучше подготовлюсь, тем больше будет шансов вернуться.
Милютин запретил до двадцать второго октября рассказывать Миле о том, что мне предстоит уехать — лишь за два дня до отъезда я мог ей об этом сообщить, разумеется, без подробностей. Так как врать и изворачиваться не хотелось, я решил просто сказать, что Иван Иванович попросил меня помочь и что в связи с этим мне надо уехать. Я был уверен: этого Миле будет достаточно, и ненужных вопросов она задавать не станет.
Утром двадцать первого октября мы провели с Гурьевым очередное занятие. По его окончании Егор Андреевич неожиданно объявил, что на этом моя подготовка закончена, и оставшиеся до отъезда два с половиной дня я должен потратить на то, чтобы хорошо отдохнуть и психологически настроиться на непростое испытание.
— Сейчас я тебя ещё раз отведу к источнику подзарядиться, — сказал наставник. — А после этого с чистой совестью передам в руки Ивана Ивановича. Иди переодевайся, я жду тебя на улице.
Гурьев ушёл, а я побежал переодеваться. Быстро сменил тренировочный костюм на штаны и футболку, и уже через пять минут мы с наставником шли к храму источника Силы. Я так обрадовался двум предстоящим свободным дням, что думал не об источнике, а о том, как проведу эти дни. А так как мне было велено хорошо отдохнуть, а лучшего отдыха, чем провести время с Милой, я придумать не мог, то решил уже этим вечером сходить с ней поужинать в кафе. Там же можно было и рассказать об отъезде.
Когда вошли в храм, я остался стоять у дверей, а Егор Андреевич подошёл к артефакту Силы — камню, вокруг которого Сила была сконцентрирована. Гурьев положил на камень руки и начитал заклинание. Как обычно, воздух вокруг артефакта заискрился, а сам он начал немного светиться. Гурьев подержал руки на камне около двух минут, после чего отошёл и кивком подал мне знак, чтобы я подошёл к источнику.
Я приблизился к камню, положил ладони на его гранитную поверхность и сразу же почувствовал, как источник наполняет меня своей энергией. По всему телу разлилась приятная теплота и появилась невероятная лёгкость. Я открылся Силе, и источник забрал у меня весь накопленный за последние дни негатив. И сразу же после этого меня наполнило ощущение безмятежности и счастья. Я чувствовал, как источник наполняет меня энергией, и не спешил прерывать этот процесс.
Перед тяжёлым и опасным заданием стоило зарядиться, как говорится, под завязку. Лишь когда у меня начали неметь кончики пальцев на руках, а свечение артефакта Силы уменьшилось, стало понятно — больше энергии мне в себя уже не вместить. Тогда я оторвал руки от поверхности камня и немного приподнял их. Затем сконцентрировался и представил перед собой свой шар Силы.
Буквально через несколько секунд над поверхностью артефакта закрутился вихрь искорок, как обычно, воздух вокруг них помутнел, и всё это собралось в небольшой шар, который быстро вырос до своих стандартных размеров и приобрёл привычный молочно-белый цвет. Шар висел примерно в тридцати сантиметрах над поверхностью артефакта и светился.
Всё было, как всегда, но одна маленькая деталь сразу же привлекла моё внимание — на шаре было две полосы. Я еле сдержался, чтобы не закричать от радости — артефакт отреагировал на мои эмоции более ярким свечением. Быстро взяв себя в руки, я поблагодарил Силу и убрал ладони от артефакта. Почти сразу же исчез шар.
— Судя по твоей счастливой физиономии, можно тебя поздравить? — негромко спросил, наблюдавший за мной со стороны, Гурьев.
— Можно, — ответил я.
— Ну тогда поздравляю.
Наставник подошёл к артефакту, положил на него руки, начитал заклятие, дождался, пока камень перестанет светиться, после чего кивком позвал меня на выход. Когда мы оказались на улице, он ещё раз сказал:
— Поздравляю! Успел-таки!
— Спасибо! — ответил я. — Это благодаря Вам и остальным наставникам, благодаря Вашим занятиям.
— У меня к тебе есть один вопрос… — произнёс Гурьев.
— Позавчера проверял, — ответил я, догадавшись, о чём наставник хочет меня спросить и не дав ему договорить.
— Позавчера у тебя, возможно, ещё не было нового уровня. Проверь-ка ещё раз!
— Прямо здесь? — удивился я.
— А что такого? — ответил Гурьев. — Тебе кто-то мешает?
— Нет. Не мешает.
Я прикрыл глаза, сконцентрировался и проделал все процедуры для скрытия активации Дара — сделал всё, чему меня учил наставник-менталист, и что