14 страница из 18
Тема
Вы отвечаете и за двор, а там грязь как в свинарнике уже несколько недель.

Иван тупо уставился на нее. Потом посмотрел на собаку.

– Вы что, не понимаете по-шведски? В контракте с вашим работодателем черным по белому написано, что вы отвечаете за чистоту во дворе. Это безобразие.

Иван сжал кулаки и еле удержался, чтобы не ударить старуху.

– Я тебе не дворник, старая ведьма, – прорычал он. – Если хочется, можешь сама убирать это дерьмо.

2

Вода разлеталась из-под передних копыт лошади. Карлосу Шиллингеру приходилось напрягать мышцы всего тела, чтобы не упасть на песчаный береговой склон. Когда лошадь оказалась в воде, он распрямил спину и развернул животное против неторопливого потока. Он наслаждался возвращением домой, в Чили. Сразу после завтрака он оседлал свою любимую лошадь Рейну и отправился на прогулку, взяв с собой только Бруху. Все тело ломило от безделья после двух дней в Стокгольме, долгого перелета через Атлантику и еще более долгого путешествия в машине на юг, в Колонию Рейн. Наконец-то он дома.

Но Карлос не мог освободиться от мыслей, связанных с поездкой. В голове по-прежнему раздавался шум моторов и голоса суетливых беспокойных людей в Сантьяго. Мысли все время возвращались к стокгольмской встрече с Йозефом Булачом и Микаэлем Столем в комнате отеля в районе Центральной станции. Маркос не ошибся – они произвели впечатление серьезных и осведомленных людей. Особенно ему понравился Йозеф. Он рассказывал о подростках из Афганистана, Марокко, Сирии, которые болтаются на площадях и в парках. Как они прячутся от полиции, употребляют наркотики и становятся легкой добычей. Самое главное, что никто их не будет разыскивать, если они исчезнут. Это никому не надо.

Когда Карлос спросил о «трубопроводе», Йозеф обменялся быстрым взглядом с Микаэлем. Наркотики, в основном кокаин, поступали из Колумбии. Они с самого начала работали с большими партиями, товар доставляли на частных самолетах. Карлос попытался представить себе карту Европы, чтобы понять маршрут поставки. Но представить не получилось, и тогда он задал вопрос.

– Маршрут проходит через маленькие европейские аэропорты, там, где наземный персонал не лезет в наши дела.

На лице Йозефа появилась легкая улыбка.

– Мы перевезем ребят из Стокгольма в один из наших аэропортов на севере. Затем в Берген, в Норвегии, затем в Рейкьявик, в Исландии, а потом в Гренландию.

С каждом новым городом указательный палец Йозефа перемещался по столу, как бы обозначая будущий маршрут. Карлос невольно испытывал к нему симпатию. Было понятно, что Йозеф не болтун, дающий пустые обещания. Наоборот, говорил он по сути, был точным и внушал уважение. Это внушало доверие. Встреча продолжалась чуть больше часа. Прощаясь, они пожали друг другу руки. Маркос задержался, чтобы обсудить детали и оплату, а Карлос вернулся в свой отель.

Вода была уже на уровне колен лошади. При впадении небольшого притока слева образовалась запруда, заросшая тростником и окруженная тополями. Карлос дернул за поводья, и лошадь мгновенно повиновалась. Пока Рейна продвигалась вперед, несколько уток с криками поднялись в воздух и пролетели над ними. Бруха тявкнула и рванула вперед. Когда течение замедлилось, Карлос смог разглядеть каменистое речное дно, услышать стук подков о подводные камни. Он видел, как из-под копыт разбегались речные раки, а большие любопытные рыбы плавали вокруг на почтенном расстоянии. Карлос глубоко вздохнул, и легкие наполнились свежим воздухом. Выдыхая, он чувствовал, как последние остатки грязного, загазованного воздуха Сантьяго покидают его тело.

Карлос соскочил с лошади у кромки воды и закрепил поводья у седла, так чтобы лошадь не запуталась в них. Взял поклажу и поднялся на небольшую поляну, покрытую травой, у берегового склона. Положил седельные сумки в тень под тополем. Расстелил на земле одеяло. Достал пакет с едой и фляжку с водой. Пальцем прошелся по стволу дерева и обнаружил ржавый гвоздь, который сам забил тридцать лет назад. Повесил на него шляпу. Над гвоздем можно было разобрать инициалы – его и Рамоны. Карлос достал письмо, положил сумку под голову и растянулся на сером одеяле.

Это письмо – единственное, что осталось у него от Рамоны. Короткая прощальная записка, второпях написанная примерно в октябре 1984 года. Он жил тогда в Сантьяго, учился на врача в Католическом университете. Цыганская семья Рамоны жила в соседнем с Колонией поселке Санта-Клара. Пока Карлос был в Сантьяго, отец Рамоны отправил ее в Вальдивиа и насильно выдал там замуж. Поначалу Карлос пытался выкинуть ее из головы. Да и его отец не был бы в восторге от женитьбы сына на цыганке. Но прошло четыре года. Карлос так и не смог забыть Рамону, думал о ней постоянно, а когда здоровье отца пошатнулось, решил разыскать ее. Но ее уже не было в живых. Умерла от рака груди. Болезнь протекала стремительно, и все было кончено за несколько месяцев. В то время болезнь считалась почти неизлечимой, если не было возможности оплатить лечение в частной клинике. Осталась только могила на кладбище для бедных в Вальдивиа. И письмо, которое Карлос уже выучил наизусть.

Он прижал его к груди и закрыл глаза. Горы исчезли, вместо них появились красные и голубые точки. Звуки обострились. Гудели насекомые, Бруха лаяла и гонялась за птицами у запруды. Лошадь зашла в воду и утоляла жажду прозрачной водой. После смерти Рамоны Карлос регулярно ездил в бордель соседнего городка Лас-Флорес и утолял там сексуальные потребности с колумбийскими или перуанскими девицами. Перед посещением он звонил хозяину борделя дону Леонардо и требовал, чтобы его девушка ни с кем не трахалась как минимум две недели перед его приходом. Каждый день перед походом в бордель он тщательно мылся, ел только фрукты и пил только воду. Но сам по себе секс не доставлял ему удовольствия, по крайней мере, не того удовольствия, которое он испытывал с Рамоной. Иногда, особенно в последнее время, он развлекал себя мыслью о женитьбе. Не стоило бы большого труда найти себе подходящую молодую девушку в одном из близлежащих поселков. Такую, которая развлекала бы его, понимала его, ухаживала за ним и в любой момент готова была удовлетворить его желания. Да и для семьи девушки было бы большим счастьем выдать дочь замуж за главу немецкого поселения. Это раз и навсегда решило бы все их финансовые проблемы и повысило статус в глазах соседей. Но что-то удерживало его от этого шага. Может, память о Рамоне, а может быть, понимание того, что он предпочитает одиночество.

Карлос пододвинулся к краю. Открыл сумку и достал головку репчатого лука. Очистил его как следует от шелухи, прежде чем укусить. Луковица была приятной на вкус. Сок потек по щекам и подбородку. В

Добавить цитату