— А с другой группой загонщиков тогда что? — спросил я.
— Если повезёт, то они смогут нас догнать, — сурово ответил Прохор. — Когда разберутся со своими монстрами. Пока будем двигаться к третьей опорной точке. Там неплохое место для боя. Не все местные обитатели могут долго выдерживать длинные забеги. Если нам повезёт, то тварь отстанет и мы сможем вернуться в обжитые земли через границу владения Разумовских. Конечно при условии, что Ярослав Константинович разрешит проход вооружённого конвоя через свои владения.
— С этим проблем нет, Прохор Александрович, — заверил собеседника я. — Сейчас мы все в одной лодке. Только я считаю, что такой способ отступления слишком рискованный. Мы можем по пути насобирать столько противников, что вряд ли справимся.
Словно в подтверждение моих слов, одновременно ожили два пулемёта на левой стороне транспорта. Следом к ним присоединился третий, находившийся в небольшой башенке. Все пассажиры тут же повернулись к окнам, чтобы понять, в кого стреляют дружинники.
Бойцы Кожедуба били короткими очередями по бредущему в отдалении стаду земляных буйволов. Причём делали это так, чтобы звери бросились бежать в сторону преследующего нас чудовища. В задней части броневика окон не было и что происходит позади мы не видели. К атаке подключились стрелки из пары следующих за нами вездеходов.
— Если повезёт, то это ненадолго отвлечёт монстра, — хмуро произнёс Прохор и жестом приказал стрелкам прекратить огонь. — Шустрый, что у тебя?
— Вижу наших, Кожан, — отозвался парень, сидевший в башенке. Я впервые услышал позывной Прохора и с интересом посмотрел на предводителя охоты. Кожаны были единственными летающими монстрами с аспектом земли. Такое сочетание давало им большие преимущества перед остальными сородичами. — Семьсот метров позади нас. Пытаются догнать колонну.
— С преследователем что? — тут же уточнил Кожедуб.
— Ничего не видно, Кожан. — коротко ответил боец. — Вроде чисто всё. Буйволы все ещё бегут…
— И то хлеб… — проворчал Прохор, но продолжить свою мысль не успел.
— Вот дерьмо!!! — внезапно заорал Шустрый. — Буйволы кончились! Хрен знает что это. Дайте бинокль кто-нибудь. Не видно ни хрена из этой амбразуры!
Быстряков быстро достал из чехла у своего кресла бинокль и протянул бойцу. Парень с минут всматривался в происходящее. Судя по мелькавшему за окном пейзажу, водитель гнал уже под семьдесят километров в час. Подвеска броневика пока справлялась, но мотало нас очень прилично.
— Ну⁈ — не выдержал Кожедуб. Однако, его подчинённый ничего не ответил. — Шустрый!
— Черный дым, Кожан… — голос бойца звучал глухо и обречённо. — Машина Бегунка пробила каток. И чуть отстала. Их накрыла чёрная волна. Что-то мелкое. Это не видно в траве. Они дали чёрный дым уже через три секунды…
— Слезай! — зло рявкнул Прохор и его подчинённый тут же скатился в салон. Место стрелка занял Кожедуб, которому парень успел передать бинокль. — Сколько до третьей опорки, Лёша?
— Километров пять ещё, — ответил из динамика общей связи водитель. — Что там, Саныч?
— Теневики, — бросил в ответ Прохор. — И стаю же ещё какую здоровую зацепили…
— Что это за монстры, Прохор Александрович? — осторожно спросил Быстряков. Парню было очень некомфортно. До такой степени, что он даже перестал это скрывать за маской презрительного безразличия. Я же при этом отчётливо понимал, что уйти от чудовищ у нас не выйдет. Мы преодолели уже больше десяти километров с момента старта, а преследователь так и сидел на хвосте. Многие другие твари уже давно бы отстали или переключились на другую добычу.
— Это смерть, Константин Игоревич, — негромко произнёс Калинин. Граф выглядел абсолютно спокойным и собранным. Никакой паники. Никаких метаний или тревожных взглядов. — Уверен, что вы прекрасно знаете, что существует множество разных аспектов магии. Чаще всего у одаренных встречаются стихийные. Немного реже — связанные с жизнью или смертью. Ещё реже пространство и ментал. А свет и тьма вообще встречаются среди людей исчезающе редко. Обладатели этих аспектов чаще всего становятся поистине выдающимися магами. В аномалиях всё примерно так же. Наша проблема в том, что мы напоролись на носителя аспекта Тьмы. Причём, насколько я понял, довольно развитого и старого. Теневики это разновидность арахнидов. В аномалии много видов пауков и каждый по-разному реагирует на разные аспекты. Мы встретили очень редкое и опасное сочетание.
— А если по ним шарахнуть огнём? — впервые с начала нашего бегства, подал голос Антон. Всё это время парень отстранённо пялился в окно, словно пытался скрыться от опасностей этого мира. Однако, всё оказалось совсем не так. — Все пауки издревле боятся огня. Особенно те, что носят в себе противоположные аспекты. Вода и тьма часто конфликтуют с огнём и светом. Это повысит урон от каждого отдельного заклинания. Мы с Ярославом Константиновичем можем создать достаточно большой фронт пламени, чтобы остановить продвижение противника или хотя бы защитить транспорт. На бортах вездеходов достаточный запас напалма…
— Мы имеем дело с монстром четвёртого ранга, ваша светлость, — перебил княжича Прохор. — К тому же, особенности этой твари лишают всякого смысла единый защитный фронт. Стоит одной особи пройти на нашу сторону, как всё будет кончено.
— Я не договорил! — жестко произнёс Антон. — Напалма у нас достаточно, чтобы блокировать прилегающую площадь. Мы в любом случае не сможем оторваться и должны принять бой. Если бы могли, то это бы уже произошло. Какой смысл терять людей без всякой пользы, Прохор. Прикажи своим достать огнемёты. Либо они выиграют для нас время и смогут остановить тварей, либо их задержат на достаточное время, чтобы мы могли организовать оборону.
— Это приказ сына главы рода? — сурово сдвинув брови, прямо спросил Кожедуб. По сути, Антон предлагал оставить всё наше сопровождение на убой, а самим уехать подальше. Я сильно сомневался, что дружинники смогут остановить чудовище обычным огнём, но время для нас они действительно выиграть могли. Другое дело, что княжич явно рассчитывал на что-то ещё, кроме своих сил в грядущем бою.
— Да! — не моргнув глазом, ответил Антон Алексеевич. — И я готов нести ответственность за это решение перед своим отцом. Не забывай, что с нами не только члены рода Антиповых и это обязывает нас действовать решительно, Прохор!
— У меня есть другое предложение, — пока Прохор и княжич сверлили друг друга взглядами, произнёс я. Антон тут же бросил в мою сторону колючий взгляд. Я был гостем