— Грязных денег? А что в них хорошего?
— Не знаю. По крайней мере, их очень уважают в Обыкновении. Я бы даже сказала, любят. Хорошо еще, что они не начали снаряжать сюда поисковые экспедиции.
— Правда?
— Люди говорят, что любовь к деньгам — это корень мирового зла. — Демонесса рассеянно посмотрела по сторонам.
— Тем не менее они вовсе не думают, что любовь к деньгам — это плохо, верно?
— Точно. Обыкновения — это такое ужасное место, которое внушает своим жителям любовь к злу.
— Так значит, их обет…
— Пенсы и центы, — кивнула головой Менция.
Гари уныло побрел дальше. Через несколько минут он наткнулся на странную вывеску, которая откуда ни возьмись появилась прямо перед его носом:
ИДЕШЬ СКВОЗЬ ТРЯСИНУ — БОЙСЯ СКОТИНУ.
А снизу было подписано:
ДА НЕ СКОТИНУ, А СОБАК!
— Не вижу ни трясины, ни скотины, ни собак, — сообщил Гари.
— Угу, — подтвердила Менция. — Возможно, здесь идет речь не о настоящих собаках. Знаешь, у путешественников порой возникают разногласия, и они начинают… брехать друг на друга, словно голодные псы.
Внезапно за излучиной реки спутники разглядели новую разновидность растений. Раздался приглушенный звук лая.
— Псиные деревья, — объяснила Менция. — Вообще-то они безобидные, если только ты не начинаешь тереться об их кору. Поверь мне, подобное ощущение гораздо хуже, чем укус настоящей собаки.
Однако буквально через несколько секунд между стволами показались настоящие псы.
— А я раньше думал, что в Ксанфе собак не бывает, — удивился Гари.
— Видишь ли, отсюда недалеко до границы с Обыкновенией. Порой эти злобные животные все же ухитряются проникнуть в Ксанф, а действие магии не успевает их своевременно нейтрализовать.
Тем временем свора продолжала медленно приближаться, непрестанно рыча и воя.
— Они вовсе не кажутся дружелюбными, — признался Гари.
— А нам-то что? Я — представитель класса демонов, а ты — вообще бездушный камень.
Не обращая никакого внимания на рычащих животных, путешественники проследовали мимо. Однако те не отставали, и вскоре горгулий и демонесса обнаружили себя в полном окружении.
Вокруг блестели белые клыки, с которых отвратительно капала слюна. Внезапно на середину дороги вышла рослая женщина.
Гари, не ожидая приветственного слова, решил задать вопрос:
— Кто ты такая и что тебе нужно, женщина?
— Меня зовут Догма, — ответила незнакомка. — И мне требуются ваши собачьи отметины… То есть пропуска. Иначе…
— У нас нет ничего такого, — заявила Менция.
— В таком случае им придется вас съесть.
— Только потому, что у нас нет какой-то отметины? — скептически возразил Гари. — Ну-ну, я посмотрю, что у вас получится. На первое — камни, на второе — едкий дым…
— Что же делать, — ответила Догма. — Я ведь настоящая догма, а потому обязана оправдывать свое существование.
— Значит, нам придется бороться, — с сожалением ответил горгулий. Честно говоря, он был очень миролюбивым созданием. — Тебя когда-нибудь кромсали каменные зубы? Нет? Настало время испытать это удовольствие!
Догма отпрянула.
— На самом деле мой характер не имеет ничего общего с именем. И что вы только за монстры? — с сомнением спросила она.
— Я — горгулий, — гордо ответил Гари, — и занимаюсь тем, что очищаю воду, которая течет из Обыкновении по реке Брачного Лебедя. И мне бы хотелось ускорить этот процесс. Вот я и отправился на прием к Доброму Волшебнику.
— Пес вас возьми, — отозвалась Догма. — Почему же вы раньше не сказали? А я думала, что вы хотите стать собаками.
— Это еще зачем? — удивилась Менция. — Кому может прийти в голову превратиться в столь ужасных животных?
Догма обернулась к своим подчиненным.
— Пропустите их, псы позорные! — проревела она. — Нам не нужны проблемы с горгулиями. Более того, кто же хочет, чтобы вода в реке оказалась наполнена одними фекалиями?! Тогда брачные лебеди улетят из наших краев и всех здешних жителей постигнет несчастье.
Псы, разочарованно воя, все же освободили дорогу, и путешественники беспрепятственно отправились дальше по сухому руслу реки. Однако стоило им избавиться от одной проблемы, как на них моментально свалилась другая.
— Неужели еще одни псы? — с удивлением спросил Гари, присматриваясь к приближающимся тварям.
— Нет, — ответила Менция. — Это волки.
— Какая же между ними разница? Я всегда полагал, что волки — это просто дикие псы…
— Только не в Ксанфе.
Как только стая волков ринулась им наперерез, путешественники были вынуждены остановиться.
— Что вам, в конце концов, нужно от нас? — спросил Гари, раздраженный беспрестанными препятствиями, встречающимися на пути. Он планировал засветло добраться до замка Доброго Волшебника, расспросить о гнетущих его вопросах и тут же отправиться обратно.
— Мы представляем собой Клан Волка, — ответила самая главная волчица, мгновенно приняв человеческий облик. — А я — волчица Виржиния.
— Волчица Виржиния! — прыснул со смеху Гари. — Да ты только посмотри на себя — настоящий волчий оборотень!
— Неправда, — ответила женщина. — Вчера мы были волками, и то же самое будет завтра. В мире практически ничего не меняется, смертные.
— Я имею в виду, — возразил Гари, ощущая кипящее в душе раздражение, — что вы способны изменять форму. Неужели непонятно: оборотни могут преображаться!
Предводительница непонимающе уставилась на горгулия.
— Ты говоришь о нас? Что за чушь?
— Да я видел это прямо сейчас своими собственными глазами!
— Сейчас, вчера, завтра… Какая разница, где и когда находятся волки? Когда-то давно, в прошлой жизни, каждый из нас был человеком.
— Какие же тупоголовые эти твари! — шепнул Гари Менции. — Нет, вы опять не поняли! Я имел в виду, что вы ненастоящие… Вы волшебные!
Виржиния предостерегающе затрясла головой.
— Никогда не говори так о волках! — зашипела она.
— Да эта баба просто дразнится, — прошептала Менция. Гари понял, что с него хватит.
— Я — тот горгулий, — начал он свою привычную тираду, — который живет на реке Брачного Лебедя и очищает воду, текущую со стороны Обыкновении. Для того чтобы ускорить этот процесс, мне нужно добраться до замка Доброго Волшебника.
— Я так и думала, — призналась Виржиния. — Иначе проклятые псы ни за что не пропустили бы вас через свой строй. Да, нелегкая же вам предстоит дорога…
— Правда? И сколько же она займет времени? — поинтересовался Гари.
— Без учета Провала — несколько дней.
— А что это такое — Провал?
— Как? Ты не знаешь такой простой вещи?
— Дело в том, — с чувством собственного достоинства начал объяснять Гари, — что я никогда не бывал за южными пределами границы. Так что же, в конце концов, это такое?
— Провал — это довольно широкая пропасть, которая пересекает весь Ксанф. Случилось так, что все жители нашей страны позабыли все, связанное с ним, из-за Забудочного заклинания, остались одни только сказки да предания. Честно говоря, ты выглядишь довольно тяжелым, чтобы перелететь на противоположный край Провала. Возможно, тебе так и не суждено добраться до Доброго Волшебника. Гари обернулся к Менции.
— А ты мне об этом даже не намекнула! — гневно закричал он.
— Не беспокойся, — ответила демонесса. — Я постараюсь решить проблему.
— А как же несколько дней дороги? Я намеревался вернуться домой засветло!
— Меня об этом никто не спрашивал.
— Но я не успею вернуться на место службы до начала первого дождя!
— И для