К Декстеру-младшему.
***
Крестфилд. Одна лишь фамилия вызывает зависть, страх или гнев – зависит от того, с кем в Мэдисоне вы разговариваете. Им принадлежит почти полгорода, и они владеют всем самым крупным во всём округе. Проблем бы не было, если бы они постоянно жили здесь, но это не так. Это обычное расточительство – всё для шоу, этакий плюс к их театру, когда они приезжают в город, чтобы устроить ад.
Я слышал фразу: «Ничего личного. Бизнес есть бизнес».
Но разрушенные семьи и загубленные жизни – не обычное ведение дел. Игра с человеческими жизнями становится чем-то личным.
Однажды я приехал в поместье Крестфилд, и мне пришлось ждать у ворот, чтобы пройти через охрану. Когда я вошёл, то не мог избавиться от чувства отвращения ко всему этому. Здание и территория были огромны. Один только дом был в четыре раза больше, чем общественный центр. Никогда не пойму, как люди могут быть такими эгоистичными и жадными.
Я вылезаю из машины и направляюсь к дому, когда звонит телефон. На моём лице возникает улыбка, когда я вижу, что это Дженна. Провожу пальцем по экрану, чтобы ответить.
— Привет, будущий муженёк, — хихикает она.
— Будущая жена, — усмехаюсь я, подыгрывая ей.
— Ну… Как твои родители восприняли новость? — спрашивает Дженна с нервозностью в голосе.
— Отлично. Они очень рады, — отвечаю я.
Отчасти это правда.
— Серьёзно? Даже твой папа? — спрашивает она недоверчиво.
— Он воспринял это даже лучше, чем мама, — отвечаю я, подходя к большим французским дверям. Я закатываю глаза при виде скрытой камеры над дверью, прежде чем позвонить.
— Лучше, чем мама? А что не так с твоей мамой? — задаёт вопрос Дженна, немного повысив голос.
Я тут же жалею о своих словах. Дженна улавливает почти всё. Она похожа на ищейку, когда кто-то что-то скрывает. Она хорошо разбирается в людях.
— Мама думает, что это замечательно, — говорю я, надеясь сбить её с толку.
— Ты сказал, что лучше, чем мама. Значит, она, скорее всего, восприняла эту новость не очень хорошо, — выпаливает Дженна. — Мне казалось, что я нравлюсь твоей маме. Она против? — по десятибалльной шкале её паника возросла с пяти до десяти.
— Нет, всё было совсем не так. Она просто очень удивилась, вот и всё, — вздыхаю я. Надо же было сказать «лучше». Вот, к чему приводит одно маленькое слово.
Большие двери открываются, и горничная Крестфилдов с тёплой улыбкой жестом приглашает меня войти. Я благодарю её ответной улыбкой и вхожу.
— Сегодня вечером я приду со своими родителями на ужин, а твоя мама абсолютно против нашей женитьбы. Это ужасно! — говорит Дженна. Её паника растёт с каждым словом.
—Дженна. Моя мама любит тебя. Она любит твоих родителей, ужин будет фантастическим, я тебе обещаю. Но сейчас мне нужно идти. Я тебе перезвоню. Люблю тебя, — говорю я и кладу трубку, несмотря на её протесты.
— Мистер Кристофер Скотт? — спрашивает меня горничная немного неуверенно. Я знаю её уже много лет, но она всегда задаёт этот вопрос, будто не уверена в том, кто я.
— Как поживаете, мисс Альма? — улыбаюсь я, пока она ведёт меня по большой винтовой лестнице наверх.
— Чудесно. Не желаете чего-нибудь выпить? — спрашивает горничная до того, как мы подходим к двери в кабинет Декса.
— Нет, благодарю, — отвечаю я.
— Мистер Кристофер Скотт, — объявляет она, когда мы входим в кабинет Декстера, хотя он уже видит меня.
— Мне всегда кажется, что я должен поклониться, или что-то в этом роде, — произношу я насмешливо.
Я замечаю, что мисс Альма скрывает смех за покашливанием.
— Кивок и немного любезности вполне сойдёт, — сухо отвечает он, почти не отрывая взгляд от монитора.
— Вам ещё что-нибудь нужно, мистер Крестфилд? — спрашивает горничная.
— Это всё. Спасибо, — отвечает тот.
— Рада была вас видеть, мистер Скотт, — говорит она, прежде чем выйти из комнаты.
— Я вас тоже, — отвечаю я, подходя к столу Декса.
— Что же привело тебя сюда, племянник? Давно тебя не было слышно, — произносит он.
Я слышу удивление в его голосе, когда он откидывается в своём большом кожаном кресле. Я не понимаю, почему он всегда напоминает мне о нашем родстве, но думаю, что если бы не оно, то меня бы здесь не было.
— Крик Плейс. Просто оставьте всё как есть. Вы, ребята, владеете половиной Соединённых Штатов. Вам действительно нужен центр? — говорю я раздражённо.
Парень усмехается.
— Почему бы тебе не присесть, Кристофер? — спрашивает он, указывая на один из стульев перед его столом.
— Мне и стоя неплохо, — отвечаю я.
Я не собираюсь садиться и трепаться с ним. Мне лишь нужно, чтобы он оставил Крик Плейс в покое.
Декс хмурится.
— Уверен, Гвен научила тебя лучшим манерам, чем эти. Когда хозяин дома предлагает тебе сесть, ты делаешь это. Особенно когда просишь его об услуге. Ты улыбаешься и удовлетворяешь просьбу, — говорит он самодовольно.
Я делаю глубокий вдох и сажусь.
— Итак, как у тебя дела? — спрашивает он так, будто мы лучшие друзья.
Мы в лучшем случае дальние родственники. Это не всегда было так. Десять лет назад, после смерти моей бабушки, Декса отправили в школу-интернат, и всё лучшее от родителей будто осталось в прошлом.
— Превосходно, — коротко отвечаю я.
— Ты уже давно не посещал доктора Лайс, — произносит он обвиняющим тоном.
Я скрещиваю руки.
— Моя болезнь неврологическая, а не психологическая. Я не понимаю смысла моих походов туда.
— Она нейропсихиатр. Важно, чтобы ты виделся с ней, наряду с…
— Крик Плейс, Декс. Я здесь поэтому,— перебиваю я его.
Он отклонился от темы, а я не собираюсь проводить здесь весь день.
— Сначала мы обсудим это, — говорит парень спокойно, но в его голосе слышится раздражение, которое, я уверен, заставляет съёживаться его сотрудников.
Как хорошо, что я не работаю на него.
— Она одна из лучших в своей области. Ты проявляешь беспечность, игнорируя её опыт, — произносит он, а в его голосе слышатся нотки злости.
Я делаю глубокий вдох и подавляю желание послать его, сжимаю челюсть. Этот парень способен выявлять в людях всё самое худшее.
— Твой отец показывает своё невежество, уничтожая памятник истории – место, где помогают многим людям. Что он собирается делать? Построить парковку?! — взрываюсь я.
Декс в изумлении откидывается на спинку кресла.
— Послушай. Это важно для многих людей здесь, включая и нашу семью. Прежде чем он начнёт что-то, можешь передать ему, чтобы он просто оставил всё, как