Доктор сказал про ранения. Те, что попали в торс, углубились всего на несколько сантиметров, хотя ткани в животе мягкие. Мягче, чем мышцы бедра. Значит получилось?
Когда сержант открыл стрельбу, я быстро сообразил, что к чему. Подал энергию в ядро и хотел спрятаться, но распахнутая дверь и лежащий на полу мужик не оставили шансов. Тогда-то я и выплеснул в ядро энергии больше, чем оно могло принять. И вместо переработанной энергии, которую я обычно добавляю в движения, выплеснул наружу чистую. Получается, я создал вокруг себя что-то вроде барьера, который остановил пули.
«Навыки открываются в моменты потрясений, запредельного стресса и близости смерти» - вспомнил я слова Карате. Всё сходилось. Я открыл способность, которая спасла мне жизнь.
… … …
Делать в больнице было ничего. Особенно, если учесть, что у меня забрали телефон. В палате стоял телек, но за полдня надоел до тошноты. Спросил у медсестры про книги. Та ответила, что они не библиотека, а если бы и были библиотекой, то… Короче, медсестра Тамара Эдуардовна была не в восторге от работы убийцей.
Но были и хорошие новости. Подозреваемому полагалась отдельная палата с телевизором, кондиционером и парой охранников за дверью. Охранников я не видел, но почему-то мне казалось, что за дверью их двое. Мог ошибаться.
- Тамара Эдуардовна, - прохрипел я во время вечернего осмотра. - Не подскажите, медсестра по имени Милана работает у вас?
- Может и работает, - огрызнулась женщина. - Тебе-то чего?!
- Понимаю, что я вам неприятен, но вы не могли бы…
- Захочет, сама придёт! - рявкнула Тамара Эдуардовна и ушла.
Понятно. Значит про меня они уже говорили. Лежать в больнице ещё долго, и было бы здорово поболтать с ней иногда. Но, похоже, не судьба. Если сама Милана телевизор не смотрела, то уж Тамара Эдуардовна, или пять местных Тамар Эдуардовн рассказали ей всё в красках.
Вопреки ожиданиям доктора, но ноги я встал уже на пятый день. Но ни врачу, ни медсёстрам, ни тем более - охранникам знать этого не следовало. Встал и встал. Мало-помалу ко мне возвращались силы. Некоторые раны я подлатывал с помощью энергии, но не спешил, продолжая оставаться больным.
Приходил полицейский. Принёс уже написанный от моего имени отчёт и просил подписать. Отчёт состоял из бюрократической блевотины. Временные отметки, полтора десятка неизвестных мне фамилий, описание одежды сокамерника и поза для стрельбы старшего сержанта Митянина (спасибо, хоть узнал, как зовут этого козла). Всякая малозначимая ересь была расписана вплоть до мелочей, а моя судьба решалась лаконичным предложением: «Тогда я последовал за сокамерником, чтобы выйти из камеры». Смятый отчёт я выкинул в урну и предложил следователю валить из моей палаты подальше. Да, мой протест ничего не менял, так или иначе дело они сошьют, но помогать в отмазке урода, который покушался на мою жизнь - это перебор.
Были и хорошие новости. Имя Огинского Данила уже дважды засветилось в больничных журналах. Сначала драка с сокамерником, который бесследно исчез, а затем попытка побега в сговоре с наркоманом, которого и подселить-то не успели. Я не питал иллюзий. Мудилы в погонах рано или поздно найдут способ, как от меня избавиться, но теперь им потребуется больше времени. Нужно быть совсем умалишённым, чтобы позариться на мою жизнь, пока не утряслись прошлые косяки.
Милана пришла, когда я её уже и не ждал. Наверное, стоило понизить градус эмоций с помощью энергии, но я не стал. Встретил широкой улыбкой, хоть и понимал, что та не уместна. Милана же сделала вид, что не заметила меня, и на худеньких ножках подбежала к медицинской аппаратуре.
Ну это уже совсем детский сад. Не собирался я её доставать и уж тем более - навязываться. Хотел сказать ей об этом прямо в лицо, но хорошо, что не успел. Милана обошла койку с другой стороны, посмотрела капельницу и незаметно сунула что-то под простыню. И ведь даже не посмотрела… Ладно. Прошлось довольствоваться малым. Проводил её до двери, глядя на прямую осанку и завитушку коричневых волос. Девчонка, как девчонка. Да, смышлёная… И духи у неё вкусные… Так, стоп! Сунул руку под одеяло и нащупал кое-что приятное и желанное, ещё тёплое после её руки, твёрдое и упругое… Мобильник, короче.
Старый телефон без контактов и с очищенной историей звонков. Единственный отпечаток владельца - черновик сообщения:
«Телефон не для связи. Можно сойти с ума, сутками смотря телевизор. Так будет чуть веселее».
Долго объяснять, что Милана имела в виду, не пришлось. Я открыл браузер и с трепетом посмотрел, как заполняется полоска загрузки стартовой страницы. Девчонка принесла мне интернет. Спасибо, милая. Очень кстати.
Если раньше охранники сидели за дверьми палаты, то с недавних пор заглядывали ко мне каждый час. Иногда просто открывали дверь, реже - заходили в палату и осматривались. Думаю, они и сами чувствовали себя идиотами, выполняя тупой приказ. Но ничего не поделать. Заходили и проверяли не сбежал ли я, хотя в палате не было окна.
В телефоне я сидел втихаря. Вбил пару ключевых слов и почти сразу нашёл нужную статью. Прочитав описание, я на сто процентов убедился, что открыл способность. Называлась она «Энергетическая Плёнка», но в народе «энергетическую» выкинули и оставили просто «Плёнку».
Используя Плёнку, человек выплёскивал наружу энергию, которая покрывала тело тонким слоем. В момент выброса энергия она являлась неосязаемой, а через секунду затвердевала, превращаясь в панцирь или что-то похожее. Чем сильнее развит навык, тем крепче «Плёнка».
Но были и минусы. В момент затвердевания Плёнка сковывала тело. Когда я сидел в камере, то толком и не понял, что случилось. Но в памяти осталась пометка, что я не смог повернуть шею, когда использовал Плёнку.
Прочитал десяток статей и посмотрел несколько роликов. Все они были примерно об одном и том же. С помощью Плёнки можно защищаться, как бронежилетом, который герметично покрывает тебя с ног до головы. Если овладеть Плёнкой в совершенстве, то использовать её можно и в движении. Но такое под силу лишь единицам.
Прошло полторы недели со дня моего поступления в больницу. Я встал на ноги. Хотел и дальше притворялся лежачим, но