– В этом ты должна винить своего отчима, а не меня. Я лишь забрал тебя на время. А он мог бы уже сто раз вернуть мне долг и забрать любимую дочурку обратно. Но ты, видать, не особо любимая.
Тут он прав. Отец никогда не проявлял в отношении меня каких-либо чувств. Вот и сейчас мне кажется, что меня попросту продали.
Когда в номер тихонько стучат, он сам идёт открывать. Распахивает дверь и в номер въезжает тележка с завтраком. У меня тут же скручивает живот от голода. Уже и забыла, когда нормально питалась. Рядом с Джамалом у меня никак не получается спокойно поесть. То и дело, кусок остаётся в горле.
– Прошу, – Джамал приглашает меня к столу, сам садится в кресло рядом.
Я отламываю кусочек горячей, хрустящей лепёшки, макаю его в мёд и с наслаждением отправляю в рот. Безумно вкусно.
Затем добираюсь до омлета и бекона. И пока всё не съедаю, глаз на Джамала не поднимаю.
– У тебя хороший аппетит, – усмехается он. – Люблю женщин с аппетитом.
– Это ты тоже в долг запишешь? – язвлю я.
– Зачем мне это? Захочу оставить тебя себе – так и сделаю. Будь уверена. Захочу – и ты моя.
– Отец не отдаст тебе долг. Так и будешь везде за собой таскать?
– Возможно. Будешь моей любовницей. А может будешь нянькой у моего сына. А может и то, и другое. Я пока не решил.
ГЛАВА 7
Шамиль и Валерия
Отец рад меня видеть, но также он растерян. Не ожидал, что мы с Эльдаром приедем.
– Почему не сказала? Я бы прислал своих людей.
– Нас Шамиль привез, – произношу тихо, глядя куда-то вниз.
– Опять этот ушлёпок?! – тут же горячится отец.
– Пап, прошу, – беру его за руку, сжимаю. – Хватит войны. Пожалуйста. Я не хочу, чтобы мой сын рос в такой ауре. Хватит сражаться.
Отец вздыхает, берёт на руки Эльдарчика.
– Ну, здравствуй, внук. Рад тебя видеть, – пока малыш довольно агукает, папа прижимает его к себе, вдыхает детский аромат. – Ты в детстве так же пахла. Как же мне не хватало этого запаха.
В глазах слёзы, а спину буравит взгляд Шамиля. Он до сих пор не уехал. Ждёт меня. А мне нечего ему сказать, кроме того, что уже сказано. Нам не быть вместе с Шамилем. Не с его особенностью.
Но он ждёт за воротами и не уезжает. Упрямый, неуправляемый.
– Пап, я отъеду ненадолго. Побудешь с Эльдаром?
Взгляд отца тут же становится непроницаемым, устремляется за приоткрытые ворота.
– Этот сосунок никак не оставит тебя в покое?
– Нет, нам просто нужно поговорить. Прошу, пап.
– Иди! – зло бросает отец и я, чувствуя себя виноватой плетусь назад к Шаму.
Как только сажусь в машину, он её заводит и отъезжает. А я снова переполняюсь тем поганым чувством, что делаю что-то не так.
– О чём поговорим? – нарушает тишину первым.
– О том, о чём уже говорили. Между нами ничего не может быть, Шам. Я знаю, ты пытаешься исправиться, но социопата невозможно исправить. И я не хочу снова проходить пройдённое. У меня теперь есть сын и я его, в отличии от тебя, люблю. Я не хочу, чтобы он стал таким же, как ты.
– Он не станет. У него есть ты. У меня никого не было.
– Мне жаль, что у тебя всё так произошло. Правда. Но вместе нам не быть. Я просто не смогу.
– Почему?! – он вдруг хватает меня за лицо, губами в мои губы тычется. – Почему нет, Королевна? Может я и не умею любить так, как любят нормальные люди, но вы мне нужны.
– Зачем? – вздыхаю. – Чтобы ты стал похожим на своих братьев? На их место метишь? Ты же к этому стремился? Мы с Эльдаром не будем в этом участвовать.
– Да причём здесь мои братья?! Плевать мне на них. Меня устраивает моё место в клане. Но мне нужны вы.
– Зачем? – шепчу, опустив взгляд на его губы. Они пересохшие чуть потрескавшиеся. И Шам целует меня ими, царапая щетиной кожу. Пробирается языком в мой рот. Нехотя отстраняется.
– Я не знаю зачем. Знаю только, что нужны. Возможно, вы мой путь к исправлению.
– А ты этого хочешь? Исправиться? Или это очередная твоя игра?
– Лера…
– Нет, ты скажи, чтобы я знала! Мы с Эльдаром нужны тебе как гарант безопасности? Или ты хочешь использовать своего сына в очередной многоходовке? Скажи, чего ты хочешь и закончим с этим.
Он мотает головой.
– Нет. Мне нужна ты. Хочу, чтобы была моей, – дышит в губы, обдавая их мятным дыханием. А у меня мурашки по телу и подмышки потеют. Никак не могу избавиться от этого ощущения, когда он рядом.
Волнует, потряхивает и так соблазняет…
– Шам, нет. Я всё сказала.
Он отстраняется, кладёт руку на руль.
– Ладно. Тогда едешь со мной.
– Куда?
– В гостиницу.
– Зачем, Шамиль?
– Я не могу ни с кем спать. Ни с одной бабой, кроме тебя. Мне нужна разрядка, – и он на полном серьёзе заводит машину и трогается с места.
– Послушай, я не твоё лекарство. И не девочка по вызову. Помогать тебе в твоих интимных делах не собираюсь. Верни меня домой.
– Нет, – скорость прибавляется и мы выезжаем на шоссе.
– Шам…
– Лер, просто секс. Больше ничего. Я зверски хочу трахаться. Но никого, кроме тебя не хочу.
У меня теплеет внизу живота и это тепло медленно, но верно растекается по всему телу. Какими бы ни были наши отношения, я всё равно его хочу. Как и раньше.
– Ты осознаешь, что тебе нужна помощь специалиста?
– Обратно в дурку? Уволь.
Что ж, я хотя бы попыталась.
Мы заезжаем в ближайшую гостиницу. Не самую лучшую, но Шамиля это, похоже, не парит. Он выходит из машины, подаёт мне руку.
Отбиваться и кричать, что меня хотят изнасиловать я не стану. Молча выхожу из машины.
– Просто секс, Лер. Больше ничего, – смотрит мне в глаза, сжимает мою руку.
– Просто секс, – сглатываю. Меня здорово потряхивает и он это чувствует. Усмехается.
– Ты ведь тоже хочешь.
Хочу. Кто бы знал, как я справлялась без секса эти несколько месяцев. И мне приятно думать, что Хаджиеву тоже было непросто. Да, мне льстит тот факт, что он не хочет никого, кроме меня.
– Пойдём, – берёт меня за руку и ведет внутрь здания.
ГЛАВА 8
Шамиль и Валерия
– Ты чокнутый, – шепчу ему в губы, пока Шамиль стаскивает с меня одежду. Он это делает прямо у двери, мы даже не успели её закрыть.
Подхватывает меня на руки и несёт к кровати, швыряет на неё. Стаскивает мои джинсы вместе с бельём, наваливается сверху. Ни о каких ласках речи сейчас не идёт. Он голоден, как волк. И я тоже.
Мне хочется ощутить его внутри себя. Вдохнуть его запах. Резко выдохнуть, когда он войдёт в меня и застонать от первых резких толчков. Нежность – это не про Шамиля. Про него только злость и жар,