Я свою ласточку вообще сам ремонтировал. Ну, кроме жестянки и покраски, конечно. А очередной рассыпавшийся ШРУС заменить или якорь в генераторе поменять — это как будьте-здрассьте.
А сюда я приехал, потому что тут работал мой кореш.
Гараж… в смысле, автосервис был открыт. Рядом с воротами, как обычно, стояли два ржавых рыдвана на кирпичах и один на домкрате. А еще, что не совсем обычно, там лежали два мертвых тела. Одно было зомбиобразное, но относительно целое, а другое — зомбиобразное, но порядком покоцанное. Кто-то ему кусок бедра выкусил.
Прямо хоть сейчас бери кисть и рисуй мотивационный плакат "зомби здорового человека и зомби курильщика".
Головы, впрочем, были проломлены у обоих.
Димона среди обладателей проломленных голов не наблюдалось, так что был шанс, что я приехал сюда не зря.
Я прихватил Клаву и вышел из машины. Было неестественно тихо, только асфальтовая крошка хрустела под подошвами моих кроссовок.
— Димон! — позвал я.
Из гаража послышалось хриплое рычание. Похоже, Димону не повезло.
Или как раз повезло, по башке-то он, в отличие от этих двоих, еще не получил.
Надо бы это упущение исправить.
Я перехватил Клаву поудобнее и шагнул к воротам, когда из темноты мне навстречу шагнула фигура в промасленном рабочем комбинезоне.
— Мозги! — прохрипела фигура.
До этого зомби, вроде бы, не разговаривали, но может, я им просто повода не давал. А может, это какая-то новая разновидность.
Я уже замахнулся битой, как фигура отпрыгнула назад и заговорила человеческим голосом.
— Полегче, Чапай. Так ненароком и убить можно.
— Ну ты дебил, — сказал я, опуская Клаву. — Ты ж понимаешь, что был от смерти на волосок?
— Жизнь без риска — все равно, что еда без соли, — сказал Димон.
— А это что за кадры? — я указал Клавой на тела. — Довольные клиенты?
— Один клиент, другой — сосед по гаражу.
— И кто их?
— Я. Монтировкой.
— А где ты был, когда один другого жрал?
— В яме, — сказал Димон. — Глушитель на "субару" менял.
— На фига "субару" глушитель? — спросил я.
— Я знаю? Клиент попросил. Вот он, кстати, лежит.
— Сдается мне, что тебе не заплатят.
— Сдается мне, что это меньшая из моих проблем.
— Так-то да, — согласился я.
— Чего приехал? — спросил он. — С тачкой что-то? Карбюратор не сосает, маховик землей бросает?
— Эта шутка была бородатой еще во времена моего детства, — сказал я. — Я за тобой. Хочу предложить тебе покататься.
— Это дело, — сказал Димон. — Куда двинем?
— В Москву, за Мариной.
— В Москву? — уточнил он.
— В нее.
— Там, где миллионы зомби уже вовсю жрут как местных, так и замкадышей? — уточнил он.
— Ага.
— За Мариной, которая работает в бизнес-центре, где куча народу, а монтировок ни у кого нет? — уточнил он.
— И снова да, — сказал я.
— Поехали, — сказал он. — Только я сначала умоюсь и переоденусь.
— Валяй, — сказал я.
Пока он мылся и переодевался, я осмотрел тела зомби повнимательнее. И да, шкатулочки у них тоже были, просто лежали так, что я их сразу не заметил.
Я не стал подбирать чужой лут и дождался возвращения Димона из недр сервиса. Мой кореш переоделся в джинсы и клетчатую рубаху, повесил на пояс тесак и взял в руки, видимо, ту самую монтировку.
Он подошел к машине с явным намерением в нее сесть.
— А гараж ты закрывать не будешь? — спросил я.
— Да какая теперь уже разница? — сказал он.
— Оно и верно.
Когда мы выезжали с территории гаражей, из-за будки охранника ковыляющей походкой вышел сам охранник с серым лицом и горящими нездоровым огнем глазами.
— Притормози, — попросил Димон.
— На фига? — спросил я. — Там, куда мы едем, этого добра наверняка хватает.
— Это ж Михалыч, — сказал Димон.
— И что?
— Я когда в пятом классе учился, он мне руку сломал.
— А вы мстительны, Дмитрий, — сказал я. — Достойно ли такое поведение культурного человека?
— Ну а чего он вообще?
Это был аргумент, на который мне нечего было ответить, и я остановился.
Пока Димон сводил счеты, я снова покрутил ручку настройки на магнитоле, но явных перемен в эфире не обнаружилось, и только радио "Шансон" продолжало крутить старый добрый рок. Под "ду хаст" мы, наконец-то, выехали из Люберец по Рязанскому шоссе.
Зомби-апокалипсис пришел в Москву, но застрял в пробках.
Тут все было, как обычно. Куча недовольных людей сидели в своих машинах, скучали, нервничали и периодически гудели клаксонами. Изредка меж железных рядов появилась одинокая фигура какого-нибудь заблудившегося несчастного зомби, и какой-нибудь очередной доброхот выходил из машины и забивал его чем-то железным по голове.
Похоже, что автомобилисты вымрут последними.
— Откуда мы вообще знаем, что она еще жива? — спросил Димон, вытаскивая из кармана пачку сигарет.
— Кури на улицу, — попросил я
— Так у тебя окно не открывается.
— Дверь открой. Все равно ползем, как черепахи.
Он приоткрыл дверь и закурил.
— Так вот, возвращаясь к моему вопросу, — сказал он. — Откуда мы знаем, что она еще жива?
— У меня на нее, вроде как, квест, — сказал я. — И он пока не считается проваленным, а значит, его еще можно выполнить. Ну, я это так понимаю, по крайней мере.
— Квест?
— Ты в ролевые игры когда-нибудь играл?
— Это когда она переодевается медсестрой, говорит, что плохо себя вела и просить отшлепать?
— Нет, другие ролевые игры, — сказал я. — Это когда ты, типа, Избранный и должен спасти мир от чего-нибудь ужасного, а каждый встречный фермер просит тебя принести ему шкуру волка или убить крысу в подвале.
— Я в такое не играю, — сказал он. — Я больше по танкам.
— Это говорит лишь о твоем ограниченном кругозоре, — сказал я.
— Танки хотя бы существуют в реальности, — сказал он.
— Зомби тоже, как выяснилось, существуют в реальности, — сказал я. — Более того, у нас с ними одна и та же реальность. Тебе самому, кстати, система квестов не подкидывала?
— Не, — сказал Димон. — Сначала кто-то что-то пробубнил про зомби и начало игры, но я был в яме и менял глушитель, а потому особо не вникал. А потом я вылез, а тут один другого жрет и причмокивает.
— А монтировку, которой ты их успокаивал, тебе не предложили в качестве оружия ввести?
— Предлагали вроде, — сказал Димон. — Но я так и не понял, зачем.
— Ну ты олень, — сказал я. — Если еще можно, то вводи.
— А как?
— Если б я знал.
Он докурил и захлопнул дверь. Мы проползли еще метров двадцать.
— На метро быстрее, — сказал он.
— Что-то сомневаюсь, — сказал я.
Мы проползли под эстакадой Третьего Транспортного кольца и стало чуть веселее. По крайней мере, я пару раз вторую передачу включал.
— Ну, вот найдем мы твою Марину, — сказал он. — А дальше что?
— Дальше надо из города двигать.
— А куда? — спросил он. — На какую-нибудь милую семейную ферму? Или найти тюрьму, зачистить ее от зомбизэков и спать там в камерах?
— Так далеко я не планировал, — честно признался я.
— Может, пора начинать? Делать-то все равно нечего.
— Ну, это была бы