12 страница из 15
Тема
Может быть, вселенная действительно является сном одного человека, прикорнувшего на пляже? А что будет со вселенной, когда этот человек проснется и отправится искать голых телок?

— Нам нужна информация, которая поможет спасти нашу вселенную, — твердо сказал Горлогориус.

— Я сочувствую вашим проблемам, ребята, — сказал Фил. — Но не понимаю методов их решения. Нельзя же, чуть что случится, звать на помощь самого творца. С проблемами нужно уметь справляться самостоятельно.

— Время не терпит, — сказал Горлогориус.

— Да, когда я создавал время, то здорово промахнулся, — признался Фил. — Хотя что еще вы могли получить за такие бабки?

— Ты дашь нам ответы? — спросил Мэнни.

— Не уверен, парни, — сказал Фил. — Все это было довольно давно.

— Разве можно забыть устройство вселенной, которую сам сотворил? Я бы такое не забыл, сколько бы времени ни прошло, — удивился Мэнни.

— Если правильно подойти к этому вопросу, можно забыть про все на свете, — сказал Фил. — К тому же ваш мир не единственный. Я их потом столько насоздавал… Можно сказать, поставил производство на поток.

Это сколько же он спит, поразился Гарри. Или не спит? Неужели он создает вселенные на промышленной основе? Да еще и за деньги? Интересно, кто ему платит?

— Придется тебе напрячь свою память, — грозно сказал Горлогориус. Похоже, он полностью поверил в теорию Гарвина относительно природы мелких творцов и решил применить тактику давления и запугивания, которую обычно использовал против младших волшебников. — А то ты останешься здесь навеки.

— Нелогично, — сказал Фил. — Я не могу остаться здесь навечно, потому что, по вашему собственному утверждению, опасность грозит вашему миру в самом недалеком будущем. Но я готов вам посодействовать. В чем проблема?

— Эта проблема касается Большого Бо.

— А, эта проблема, — сказал Фил. — Сочувствую вам, парни. Большой Бо — это вам не два пальца об асфальт…

— Мы разработали средство для борьбы с ним, — сказал Горлогориус. — Но нам нужны ключи.

— А я их хорошо спрятал, да? — сказал Фил.

— Неплохо, — согласился Горлогориус. — Кстати, а сколько их всего?

— Значит, вы еще не разгадали эту великую тайну, являющуюся одной из основ мироздания, парни? — развеселился Фил. — Лучшие умы вашего мира веками бьются над моей задачкой, да?

— Бьются, — подтвердил Горлогориус. — И я верю в их успех.

— Но веков в запасе у вас нет, — сказал Фил. — И вы решили поговорить с автором. Пожаловаться папочке, так сказать. Или нет?

— Да, — признался Горлогориус, еле слышно скрипнув зубами. — Ты нас очень обяжешь, если скажешь, сколько всего ключей ты создал.

— Семь, — сказал Фил.

— Семь? — удивился Мэнни, ожидавший услышать куда более значительное число. — Почему семь?

— А почему нет? — спросил Фил. — Семь — это сакральное число: семеро козлят, Белоснежка и семь гномов, семеро неуязвимых мудрецов, цветик-семицветик, семь чудес света, и вообще… Я планировал сделать больше, но потом не захотелось париться…

Для Гарри речь Фила явилась чистейшей воды абракадаброй. Он понимал почти все, пока Фил не произнес слово «сакральный».

— Сакральное? — переспросил Мэнни. Очевидно, у него тоже были сложности с пониманием этого слова.

— Мистическое, — объяснил ему Горлогориус.

— Семь — сакральное число? — удивился Мэнни. — Что такого сакрального в семи козлятах?

— Видимо, в том мире это очень сакральная сказка, — сказал Горлогориус.

— А как же три поросенка? — не сдавался Мэнни. — Трое-из-ларца — одинаковы с лица, три девицы под окном, три богатыря, наконец… Я думал, три — более сакральное число.

— Очень интересно слушать вашу дискуссию, парни, но вы забываете одну важную вещь, — сказал Фил. — Если вы помните причину, по которой вы меня вызвали, я творец, и мне лучше знать, что в вашем мире сакрально, а что нет. И если число три греет вас сильнее, чем число семь, можете остановиться на поисках трех ключей, и пусть оно все горит огнем, о'кей?

— Не выйдет, — улыбнулся Горлогориус. — Мы уже нашли четыре.

— Значит, вам осталось найти три, — сказал Фил. — Очень сакрально.

— Не язви, — буркнул Горлогориус. — Где мы можем найти недостающие ключи?

— Неужели вас беспокоит только это? — Фил снова отпил из своего стакана, и жидкости в нем осталось на самом донышке. — Я думал, творцам принято задавать более фундаментальные вопросы. Типа про смысл жизни и все такое.

— Эти ответы мы готовы поискать сами, — сказал Горлогориус. — Было бы время.

— Как хотите, — пожал плечами Фил. — Но достать остальные ключи вам будет очень-очень сложно. Я поместил их в места, куда не так просто попасть, или отдал на хранение парням, которые не склонны их отдавать.

— Где их искать? — Горлогориус начал терять терпение.

— А какие у вас уже есть? — поинтересовался Фил. — Мне было бы гораздо легче рассказывать, если бы я это знал.

— У нас есть Кащеево яйцо из Триодиннадцатого царства, амфора с нектаром богов Древней Греции, главный рубильник из города Зион и проклятый моргульский клинок из Средиземья, и мы потратили много сил и пролили реки крови, добывая все это, — сказал Мэнни, никуда дальше рыбалки с Горлогориусом не отлучавшийся.

— Это только цветочки, — пообещал ему Фил. — Пятым ключом является Молот Тора.

— О нет, — сказал Горлогориус.

— Кто такой Тор? — спросил Гарри.

— Мелкий божок, покровитель грома, бури и плодородия, — сказал Горлогориус.

— Странный набор, — заметил Гарри. — Какое отношение гром с бурей имеют к плодородию?

— Очевидно, имеется в виду, чем меньше громов и бурь, тем лучше для плодородия, — объяснил Горлогориус.

— И… насколько он мелкий? — поинтересовался Гарри.

— Не настолько, чтобы я заявил ему это прямо в лицо, — признался Горлогориус. — С такими типами надо держать ухо востро. Очень воинственный божок подобрался.

— Здорово, — сказал Гарри. — И теперь вы пошлете нас сцепиться с этим воинственным божком рогами?

— Признаться честно, мне было бы любопытно на это посмотреть, — сказал Горлогориус. — Но стать богоборцем тебе явно не суждено. В данный момент Молот находится не у Тора.

— А у кого?

— Он отдал Молот почитающему его народу и строго приказал хранить, — сказал Мэнни. — Это же «Оккультные и религиозные символы», третий курс. Стыдно, молодой человек, такие вещи надо знать.

Третий курс, третий курс… Тогда Гарри впервые открыл для себя наличие в окружающем мире алкоголя и предпочитал проводить время не на занятиях по таким скучным предметам, как оккультные и религиозные символы, а в ближайшей таверне. Но одно он знал точно. Народ, которому бог поручил хранить какой-то предмет, принадлежащий ему лично, вряд ли согласится расстаться с этим предметом за просто так.

— Шестой ключ — это Серебряный Серп, — продолжил Фил, с сомнением глядя на пустой стакан.

Сей предмет тоже не был знаком Гарри. Зато по тяжелому вздоху старого волшебника он понял, что Горлогориус знает, о чем идет речь.

— Серп, молот… — пробормотал Мэнни. — Решил пройтись по инструментам?

— Это такой прикол, — объяснил Фил.

— Что прикольного может быть в серпе и молоте? — удивился Гарри.

— Ничего, если они поодиночке. Но два этих предмета, собранные вместе, имеют у меня дома не менее сакральный смысл, чем индийские коровы.

— Что сакрального в коровах? — тут же спросил Гарри.

Джек Смит-Вессон закатил глаза. Интересы Гарри ограничивались десятью метрами пространства

Добавить цитату