Судя по тому, что Кондо, Такеда и Савада со мной даже не попытались связаться — у них там работы не меньше, чем у меня. Готов поспорить, что Такеда Дзюнпей обязательно спустился бы в приёмное отделение в любую свободную минуту хотя бы для того, чтобы вся слава одному мне не досталась.
Но его не было. А значит — хирургическое отделение перегружено настолько, что даже терапевт не может его покинуть. Я могу понять, какие проблемы могли возникнуть в стационарах кроме того, что я заваливаю их поступающими экстренными пациентами.
Из-за землетрясения могла повредиться аппаратура. А в отделениях и так лежит достаточно пациентов, которым требуется помощь.
Если в той же травматологии хорошо тряхнуло лежащих пациентов со спицами или другими аппаратами для фиксации костяных обломков… Мне даже страшно представить, к каким последствиям это могло привести.
На часах было пол пятого утра, когда основной поток пациентов закончился и в приёмное отделение завезли ещё одного человека. Последнего, как мне в тот момент казалось.
— Этот чувствует себя неплохо, — сказал фельдшер Нода Такео. — Скорее всего, перелом голеней. Его нужно на рентген.
Несмотря на то что тектоническая активность перестала подпитывать меня новыми жизненными силами, «анализ» запустился автоматически. Я почувствовал головокружение от пожиравшей меня усталости, но позволить себе отдых не мог. Если «анализ» включился сам, значит, там далеко не перелом ног.
Сначала я подумал, что увижу разрыв артерии или нерва, но ситуация оказалась куда хуже.
— Стойте! — крикнул я санитаркам, которые собрались вести пациента на рентген. — Это не перелом.
Это краш-синдром.
— Ваши ноги чем-то придавило? — спросил я пациента.
— Да… — прошептал мужчина. — Бетонной плитой.
— Сколько вы пролежали под завалом?
— Шесть или семь часов, — ответил он. — Потом меня нашла служба МЧС и подняла плиту.
— Резко подняли? — спросил я, осознав, какую ошибку допустили сотрудники службы спасения.
— Не помню… — прошептал он. — Рывком, кажется. Доктор, меня ноги-то почти не беспокоят. Я чувствую очень сильную слабость.
— Что вы заподозрили, Кацураги-сан? — нахмурился Нода Такео.
— Краш-синдром, — коротко ответил я и принялся осматривать его тело «анализом».
По-другому это состояние называется синдромом длительного сдавления. Мало того что пациент страдает от комплекса переломов, разрывов мышц и других тканей, так к этой картине присоединяется ещё более страшная угроза.
Сосуды в ногах длительное время были сдавлены за счёт обломков, повреждённые ткани и присоединяющаяся инфекция создают местный очаг интоксикации. И когда конечности пациента резко освобождают от сдавления, просвет сосудов расширяется. И вся та дрянь, что скопилась в ногах, устремляется вверх — создаёт общую интоксикацию организма и сильно повреждает почки.
Одни врачи полагают, что перед тем, как достать человека из-под обвала, нужно наложить жгут на ноги. Другие считают, что это нецелесообразно. Здесь мнения расходятся, но я придерживался мнения, что жгут необходим. Иначе продукты распада тканей слишком быстро устремляются в системный кровоток.
— Что будем делать? — спросил Нода Такео.
Острое повреждение почек уже началось. Я могу оценить это даже по характеру кровотока в выделительных органах…
— Срочно вводим обезболивающие, — сказал я. — Свяжитесь с отделением интенсивной терапии. Скажите, что у нас здесь краш-синдром тяжёлой степени тяжести. Перелом больших берцовых костей с двух сторон. Нужно установить катетер и начать инфузионную терапию. Пригласите нефролога, чтобы оценил функцию почек.
Пациента начали готовить к перевозке, а я решил отдать ещё один заряд жизненной энергии. Сил у меня почти не осталось, но этому человеку я помочь обязан. Краш-синдром может вызывать огромное количество осложнений.
Инфекционно-токсический шок с резким падением давления и остановкой сердца. Почки могут попросту отказать из-за «загрязнённости» крови. Тромбы, образовавшиеся в ногах, могут полететь в лёгкие или продолжить циркулировать по системному кровотоку, вызывая недостаточность кровообращения в других органах.
И всё это лишь малая часть осложнений.
Я положил руки на его голени, стараясь сильно не давить на повреждённые ткани, и пропустил несколько волн целительской магии. Первая волна уничтожила большую часть бактерий, которые уже попали в кровоток. Вторая волна сместила костяные обломки подальше от нервов и сосудов, а третья остановила кровотечение.
Пациента повезли к лифту, а я рухнул на скамейку, пытаясь отдышаться. Самоанализ уже начал активно оповещать о том, что силы на исходе. Пока что я себе навредить не успел, но если прибудет ещё хотя бы один пациент… Тогда точно придётся звать подмогу с верхних этажей.
— Кацураги-сан, вы как? — спросила медсестра приёмного отделения.
— Всё хорошо, — улыбнулся я. — Кажется, мы отбились. Я слышал, как вы разговаривали с фельдшерами. Как обстановка в городе? Много людей пострадало?
— Не очень, — замотала головой она. — Особенно хорошо тряхнуло всего три района. Наш оказался далеко от эпицентра землетрясения, но больных всех потащили сюда.
— Хорошо, что хотя бы из небоскрёба «Ямамото-Фарм» было не так много людей, — сказал я. — В основном сотрудники корпорации отделались переломами, ушибами и шоком. С такими высокими зданиями ситуация обычно обстоит сложнее. Если бы эпицентр землетрясения оказался здесь, а не в соседнем районе… Мне даже представить сложно, как много жертв оказалось бы в таком случае во всех приёмных отделениях Токио.
— Кацураги-сан… — замерла медсестра. — Ещё везут…
Я поднял взгляд и увидел огни ещё нескольких машин скорой помощи.
Да твою ж… Похоже, этот кошмар сегодня не закончится.
Ещё переломы, ещё два человека с краш-синдромом и один с арматурой в брюшной полости. Я понял, что спасти этих людей с помощью своей магии у меня уже не выйдет. Придётся направлять их на обследования и осматривать вручную.
Вслед за машинами скорой приехали ещё несколько автомобилей. Я подумал, что это новая волна пациентов, но оказалось, что к нам на подмогу приехали врачи из соседней больницы. Их приёмное отделение закрыли, поэтому главные врачи договорились между собой, направить всех сотрудников к нам.
— Можете отдохнуть, Кацураги-сан, — сказал мне прибывший травматолог. — Дальше мы сами.
Отказываться от столь щедрого предложения я не стал.
Этой ночью я сделал всё, что мог. Даже более того. Мне захотелось вздремнуть буквально пару часов на диване в ординаторской, чтобы вернуть утраченные силы и продолжить работу.
Но в ординаторской меня ждал Эитиро Кагами. Увидеть заведующего в терапевтическом отделении я никак не ожидал. Мужчина сидел с иглой в руках, склонившись над собственной окровавленной ногой.
— О, Кацураги-сан! — утирая пот со лба, усмехнулся он. — Не поверите, что там у нас случилось.
Глава 2
— Эитиро-сан, вы что делаете⁈ — воскликнул я, заметив глубокую рану на его голени.
— Как