– Хватит там ворковать, – послышался ехидный голос Юры, старшего оператора и по совместительству главы смены. – Вон уже захват подходит к проему.
Джимми встрепенулся и посмотрел в сторону открытых ворот. Там действительно показался захват одной из рук-манипуляторов, словно какой-то великан просовывал свою руку в щель.
– Спасибо, что показала мне это, – произнес парень. – Но мне нужно работу делать, вон, – он кивнул в сторону шестигранной платформы, поднимающейся на палубе с нижних отсеков, – уже энергетический модуль на подходе.
Девушка улыбнулась, хитро подмигнула и, уже оборачиваясь, произнесла:
– Будешь должен.
Джимми проследил за походкой Хелен, и, что самое удивительное, шла она так, как будто на ней нет скафандра и подошвы не прилипают к полу. В общем, походка была такой, какая бывает у женщин, когда они хотят, чтобы их оценили. Он вздохнул и перевел взгляд на вползающий в ангар захват, дальше предстояла привычная рутина.
Приводные маяки довольно громоздкие, и в транспортном варианте вешать их снаружи не представляется возможным, так они сильно нарушат центровку. Поэтому конструкторы решили сделать их сборными. Сначала манипулятор вытащит энергетический модуль с реактором внутри, который послужит основой, и будет его удерживать на удалении. А второй манипулятор начнет по очереди вытаскивать панели охлаждения, сервисный модуль, антенну и прочие запчасти. Так как части маяка не маленькие, то и руки-манипуляторы соответствующие: диаметр прямых участков достигает пяти метров. Но это только несущий каркас, а внутри специально оставлена полость, по которой техники добираются внутри манипулятора до места работы.
И сегодня как раз смена Дуайта монтировать маяк. Джимми махнул рукой в приветствии торчащей из сервисного люка манипулятора бородатой роже, злобно зыркающей на него. «Удивительно, как она ему не мешает в шлеме», – подумал Джимми и активировал интерфейс скафандра, после чего заторопился к энергетическому модулю, вокруг которого столпились инженеры и техники.
– Вы чего встали! – заорал он в гарнитуру. – Не видите, что манипулятор приближается?! Сейчас придавит, и мокрого места не останется! – Он подошел ближе к узлу стыковки и уже спокойно произнес: – Юра, опусти клешню на тридцать миллиметров ниже, а то, как в прошлый раз, поцарапаешь приемные лепестки.
* * *
– Лотар! – услышал позади себя старпом.
Оглянувшись, он увидел, как в оживленном центральном коридоре его нагоняет капитан. Лотар перехватился другой рукой за поручень и развернулся лицом к Юдину.
– Да, капитан.
Фёдор Артёмович подлетел вплотную и спросил:
– Вы не сопроводите меня в кают-компанию?
Лотар хорошо выучил капитана за два года совместной работы, и сейчас все говорило о том, что Юдин хочет о чем-то поговорить.
– С удовольствием, – ответил старпом и развернулся в сторону лифтов.
Центральный коридор крейсера куда больше, чем у фрегата, его диаметр – почти двадцать метров. И если человек одет только в скафандр индивидуального спасения, то в условиях невесомости приходилось перемещаться только у стенок коридора, где есть специальные скобы. А правилами заведено, что верхняя, относительно корабля часть, выделялась под движение к корме, а нижняя – к носу, своего рода двустороннее движение. Центральное же пространство отводилось для грузовых платформ, которые имели свои реактивные двигатели на основе сжатого воздуха.
Юдин занял место по правую руку от старпома, и они, перебирая руками, вместе направились к лифтам.
– Как идут работы по монтажу? – равнодушно поинтересовался капитан.
– Все отлично, сэр, команда справляется, впрочем, как и всегда. Уложимся точно в срок.
– Лотар, – после небольшой паузы спросил капитан, – насколько я знаю, это ваш последний полет в должности старпома, верно?
– Да, сэр. – Старпом проводил взглядом обгоняющих их стаю технических пауков и продолжил: – Скоро достроится крейсер «Пикин», и меня прочат на должность капитана на этом корабле. Служба на «Копернике» – это моя подготовка, так как корабли очень схожи.
Лотар Коч удивился такому вопросу, так как Юдин точно должен был ознакомиться с делами старших офицеров. И последнее слово при переводе также за ним, без его санкции и рекомендаций о переводе можно забыть. От подобных мыслей у старпома екнуло под ложечкой, но капитан успокоил Лотара, пресекая дальнейшую цепочку мыслей.
– Что ж, вы будете отличным капитаном, Лотар, я дам вам лучшие рекомендации. Жаль, конечно, терять такого старшего помощника, но, к моему большому сожалению, я считаю вас лучшей кандидатурой на эту должность.
– Спасибо, сэр. – Лотар, будто весь засветился от такой похвалы, – После вас, капитан.
Они, наконец, достигли предлифтовой зоны и стали забираться в кабину. Лифты были еще одной отличительной особенностью данного типа кораблей, в отличие от фрегатов, где в гравитационную секцию попадали с помощью прямой лестницы. Но из-за возросших размеров этот процесс отнимал бы много времени и сил. Особенно на конечном участке пути, где центробежная сила уже придавала телу вес.
Лифтовая зона медленно вращалась, поэтому сначала капитан, а вслед за ним старпом ухватились за движущиеся скобы, чтобы получить такое же вращение. Угловая скорость в центре вращения была незначительна и не вызывала дискомфорта, тем не менее уже ощущалось легкое притяжение к стенкам коридора. Впрочем, это никак не мешало, а наоборот, помогало опуститься в лифт, который представлял собой полый цилиндр без верха, куда оба офицера и нырнули. Коснувшись пола лифта и прилипнув к нему подошвами, капитан произнес:
– Нижняя палуба.
Лифт тронулся, и, наконец, Юдин задал тот вопрос, ради которого он и позвал с собой старпома.
– Скажите, Лотар, что вы обо всем этом думаете?
– О чем, сэр? – с недоумением во взгляде ответил старпом.
– Зачем мы прокладываем маршруты и устанавливаем маяки на каких-то бессмысленных направлениях?
Лотар Коч задумался. И действительно, все маршруты, которые они проложили за эти годы, вели в абсолютно бесперспективные звездные системы с точки зрения освоения и вдали от уже открытых чужих цивилизаций. Да и темпы строительства форпостов и колоний вне Солнечной системы сильно отстают от прокладки новых маршрутов, если не сказать катастрофически.
– Я как-то раньше не задумывался об этом, сэр, – пожал плечами старпом. – Возможно, на перспективу.
– М-да… на слишком отдаленную перспективу, – задумчиво произнес капитан.
Когда преодолели треть пути к краю гравитационной секции, стала хорошо ощущаться сила, давящая вниз, и уже можно было не держаться за поручень для равновесия. Но все еще недостаточная, чтобы ощутить полный вес тела.
– А вы что думаете, капитан? – Лотар переступил с ноги на ногу, снова привыкая к тяжести.
Капитан уже хотел что-то сказать, но внезапно сила, притягивающая к полу, возросла кратно, заставив обоих офицеров упасть. А затем вектор силы резко поменялся, сделав из стены пол, и первым влетел в стену капитан, а за ним и старпом, припечатав Юдина своим телом. После чего мгновенно наступила невесомость и пропало освещение.
От удара головой Лотар на пару секунд потерял сознание и, когда пришел в себя, увидел тусклый красный свет аварийного освещения, а через мгновение взвыла сирена. Еще плохо соображая, в шуме воя баззеров тревоги, он вдруг услышал стон.
– Капитан! Сэр! – Вспомнив недавние события, старпом бросился к парящему в невесомости телу.
Быстрый осмотр показал, что никаких критичных повреждений у капитана нет, скорее всего, просто вышибло дух, когда он сам же его и приложил со всего маху. Недолго думая, старпом потряс Юдина, а затем и пару раз ударил по щекам, и это возымело действие. Капитан открыл глаза и с ошарашенным видом осмотрелся вокруг. И нужно отдать капитану должное, он практически мгновенно пришел в себя.
– Старпом, что происходит?
– Не знаю, капитан, я очнулся немногим ранее вашего.
– Корабль! – Юдин вдруг встрепенулся и стал ощупывать свое ухо. – Да чтоб тебя, где-то выронил гарнитуру!
Лотар понял, что сам не сообразил ею воспользоваться, хотя она у него была на месте, и хотел уже сказать об этом капитану, как тот вдруг оттолкнулся от стенки и пролетел к противоположной, где находилась панель управления.
– На мостике, здесь капитан, что происходит? Что с кораблем?
Целых пять долгих секунд никто не отвечал,