Но он меня не слышит. Незнакомец все так же крепко держит мою руку, и мои попытки вырваться не приносят результата. Я оглядываюсь в надежде найти хоть кого-то, но в коридоре ни единой души. Я готова уже позвать на помощь, но она находит меня сама.
– Ноа, черт возьми, ты…
Я оборачиваюсь на голос. Из-за угла выходит Аарон. Увидев своего друга без сознания, он бежит в нашу сторону.
– Черт, что с ним? – Он бьет парня по щекам, а тот в ответ что-то мямлит.
– Я услышала грохот. Вышла посмотреть и увидела его. Пусть он меня отпустит, пожалуйста.
Аарон смотрит на мою руку в хватке Ноа и обращается к нему:
– Ноа! Отпусти Эмму.
Он снова бьет парня.
– Ты слышишь меня?
И, на удивление, это срабатывает.
Я отхожу от них и хватаюсь за запястье, на котором теперь красуется красный след. Завтра здесь будет огромный синяк, появление которого мне еще предстоит объяснить Алексе.
– Ты прости его, – обращается ко мне Бэйкер. – У него сегодня выдался паршивый день.
Я киваю. Как и у меня.
– Сам справишься?
Если честно, спрашиваю я у него об этом только из вежливости.
– Да, можешь не волноваться.
– Тогда удачи.
Я поворачиваюсь и направляюсь в свою комнату. Перед тем как закрыть дверь, я слышу последнюю фразу Аарона, которую он произносит почти шепотом.
– Пора забыть о ней, Ноа.
О ком бы ни шла речь, это не мое дело. Сейчас я заинтересована лишь в одном. В спокойном сне. Я снова возвращаюсь в свою кровать, но, как только закрываю глаза, в дверь стучат. Накрывшись одеялом с головой, я делаю вид, что меня здесь нет. Но это глупо, ведь Бэйкер видел, как я заходила в комнату.
Стук повторяется. Выругавшись, я поднимаюсь с кровати.
– Чем-то помочь? – спрашиваю я, открывая дверь.
– Прости, что беспокою, но у тебя бинт не найдется? Он порезал ладонь, и она вся в крови.
– Должен быть.
Я включаю свет и иду за коробкой с лекарствами. Вот наконец-то она и пригодится. Аптечка сразу же попадается мне под руку. Отлично. Я хочу побыстрее оказаться в кровати и чтобы больше никто меня не беспокоил.
Найдя бинт, я даю его Аарону сразу вместе с ножницами. На всякий случай.
– Спасибо, еще раз прости за это все.
Я киваю и как можно быстрее стараюсь выпроводить парня и закрыть за ним дверь.
– Все в порядке, с кем не бывает.
Ни с кем.
– Ладно, я пойду. Не буду мешать.
Хоккеист наконец-то выходит из моей комнаты, и я закрываю дверь.
Когда этот кошмар в моей жизни закончится? Почему я не могу прожить и дня, не вляпавшись в какую-нибудь историю?
В очередной раз выключив свет, я ложусь в кровать. Прислушиваясь к каким-то отдаленным звукам, я зажмуриваюсь и надеюсь, что больше никто не постучится в мою дверь.
По звукам, которые проникают в мою комнату, я понимаю, что Бэйкер поднимает своего друга и вместе с ним уходит. Ну а я со спокойной душой погружаюсь в такой долгожданный сон.
Глава 3
Наигрывая на гитаре мотив песни, я пытаюсь дописать последний куплет, когда в комнате появляется Алекса. Она устало доползает до своей кровати и падает на нее. Я стараюсь не отвлекаться в надежде быстрее закончить вторую песню, но в очередной раз сдаюсь.
– Все, я отчисляюсь.
Эта новость заставляет подругу повернуться в мою сторону.
– Неужели?
– Я никогда не смогу закончить этот альбом, – жалуюсь я. – Звездные исполнители по несколько лет могут писать их. А нам дали лето. Всего лето. Это чуть больше двух месяцев. Одиннадцать недель. Или всего семьдесят семь дней.
Это ничтожно мало. Несмотря на то, что одну песню я все же успела написать во экзаменационной недели.
– Я не справлюсь.
– Я бы с радостью тебя сейчас поддержала и сказала, что не время сдаваться, но…
– Но?
Я откладываю в сторону гитару и ложусь на кучу декоративных подушек. Мне нужно об этом поговорить, нужно услышать слова поддержки, но в глазах подруги я вижу только усталость.
– Я так устала, что не в силах даже разговаривать.
Алекса учится на ветеринара и сейчас проходит стажировку в ветклинике. Она каждое утро уходит такой воодушевленной, что моментами я даже ей завидую. Однако зависть пропадает каждый раз, когда она возвращается вымотанной и измученной. Как сейчас.
– Ты никогда не задумывалась над тем, чтобы все бросить? – неожиданно для себя спрашиваю я. – Заняться чем-то новым? Попробовать себя в чем-то еще?
– Например?
– Ну, не знаю. Может попробовать себя в зоологии?
Подруга задумывается, и я вместе с ней. А хотела бы я так изменить свою жизнь?
Несколько лет назад я переехала из одного штата в другой. И это было единственное мое спонтанное решение. Все остальное было давно спланировано и расписано.
Я с детства мечтала стать артисткой и всегда придерживалась этой цели. Даже когда родители не поддержали мой выбор, я отстояла его. И вот я здесь. Тону в попытках записать свой первый мини-альбом.
– Никогда, – переворачивается на спину Алекса. – Я занимаюсь тем, что люблю. У меня замечательный парень, лучшие друзья и любимые родители. Мне все нравится.
Мне тоже нравится то, чем я занимаюсь. У меня тоже прекрасные и любимые родители, лучшие друзья. Но мне не нравится моя жизнь. И уже на протяжении нескольких лет я ничего не могу с этим поделать.
Недоверие и закрытость доставляют мне много проблем, но избавиться от них я пока не в силах. Мне все так же сложно заводить знакомства и рассказывать о себе. Особенно о своем прошлом. Только благодаря музыке я все еще не впала в глубокую депрессию. Только она до сих пор держит меня на плаву.
– А ты хочешь что-то поменять в своей жизни? – вырывает меня из размышлений Алекса.
– Иногда. Но не так радикально, как переехать в другую страну. – Я на секунду замолкаю. – Просто периодически мне кажется, что я не создана для всего этого. И стоит сделать перерыв для поисков себя.
– Может, действительно стоит взять паузу? – внезапно соглашается подруга. – Но не очень большую. Думаю, будет лучше, если ты на пару недель забудешь о музыке, об учебе, о своих целях и планах и просто отдохнешь. Проживешь эти две недели, как никогда в жизни.
Я на пару минут задумываюсь.
– Ты права.
Это отличная идея: отвлечься, немного передохнуть, а затем решить, что делать дальше.
– Я всегда права – Алекса поворачивает голову в мою сторону и улыбается. – Просто ты слишком гордая, чтобы признавать это чаще.
Я закатываю глаза, на что Алекса смеется.
– А сейчас давай просто полежим. Я уже правда не в силах разговаривать. Но я буду рада, если ты мне споешь.
Я беру в руки гитару. Усевшись поудобнее, закрываю глаза и начинаю играть. Внезапно слова сами ложатся на музыку.