«Кто-то охотится за Хранителем. Он же в розыске», — я вспомнил еще раз лицо парня на стенде Обители, и солидную цифру за его голову.
«Украл что-то ценное или знает много…» — начала размышлять Лея.
«Мне кажется и то, и другое», — я вспомнил, как он появился, а затем исчез. Явно использовал какой-то мощный артефакт. И где он мог его достать, кроме Обители?
Но это все были только версии. Надо бы встретиться с этим парнем и переговорить. Так я пойму, кто за ним охотится, и возможно смогу ему помочь.
Пал Палыч появился из пространственного кармана самостоятельно. Пища уже успела перевариться, и теперь по его шерстке пробегали красные искорки, а сам он, блестя глазами, запрыгал по комнате, в итоге телепортировавшись на шкаф. Там пошагал немного, собирая паутину с потолка, а затем, свернувшись клубком, уснул.
Через пару минут на пороге появился пыхтящий Саня.
— Ты пропал куда-то. Я пытался тебе позвонить, но телефон был недоступен, — ответил он.
— Да я встречался с одной барышней, — не хотел ему говорить, что это была Марго, растреплет ещё всей общаге. — Покатались на прогулочном катере
— Ну и как прошло свидание? — глаза Сани заинтересованно заблестели.
— Да уж, накатались так, что на год хватит, — усмехнулся я.
— Я вот тоже отношусь точно так же к таким штукам, — начал философствовать Саня. — Надоедает быстро. Вот недавно был на аттракционе…
— Ты лучше мне скажи, готов ли заниматься вместе со мной? — решил перевести разговор в более полезное русло.
— Так… да, конечно. Я же сказал, — Саня озадаченно нахмурил брови. Понятно, он все еще сомневается.
— Иду через час в тренажерный зал, — ответил я. — И ты вместе со мной.
— Так я ж поел недавно, — смутился Саня.
— Заодно жирок растрясешь, — я видимо задел толстяка за живое. Он насупился.
— Не так уж и много у меня жира, ем более я стал реже питаться. Планирую вообще сесть на диету, — решительно ответил он.
— Лучшая диета — это режим питания три раза в день, — хмыкнул я, поднимаясь. — Ну что, пошли тогда, раз ты действительно серьезно взялся за свою физическую форму.
Я накинул более свободные льняные штаны, нацепил кроссовки, которые передал вместе с костюмами Лис, накинул светлую футболку.
Когда мы спустились на первый этаж, Саня окинул унылым взглядом зал.
— Ну и что здесь делать? Ни тренажеров тебе, ни снарядов нормальных.
— Чем тебе не снаряд, — я похлопал по гантеле. Килограмм десять в ней было, судя по весу. — Давай по двадцать раз на каждую руку и два подхода.
— Ты серьезно? — покосился он. — Да это же пушинка. Бабская гантелька какая-то. Если б раза в два тяжелей.
— Сделай пока это, а потом будешь рассуждать, — улыбнулся я, примериваясь к шестнадцатикилограммовой гире.
— Ну ладно, — вздохнул Саня, понимая, что не отвертится. Поднял её десять раз правой рукой, затем ему стало сложнее. Появился пот на лбу, он закряхтел, и кое-как вытянул двадцатый раз.
— Ну что? — выдохнул я после двадцати поднятий гири и поменял руку. — Не осилил бабскую гантельку?
— Был не прав, — сжал губы Саня. — Справлюсь, конечно.
Я успел провести серию упражнений с гирей, затем поднял штангу в полсотни килограмм, следом поприседал с ней на плечах. Саня покраснел словно вареный рак, стараясь осилить второй подход. Кое-как справился.
— Ну а теперь хотя бы десять отжиманий, затем пятьдесят приседаний, — дополнил я программу его тренировки.
Толстяк смог отжаться лишь пять раз и растянулся на полу.
— Черт! А это не так просто, — просипел он, вставая с пола. Его футболка была мокрая, лицо темно-красным, но довольным.
— Ну вот, — я как раз завершил разминку пятьюдесятью отжиманиями. — На сегодня хватит. Завтра то же самое. Но ты всё должен сделать в обязательном порядке. Считай это своим личным нормативом.
— Понял, — кивнул он. — Постараюсь взять себя в руки. Но мышцы болят, будто вагон с кристаллами разгружал.
— А ты как думал, — усмехнулся я. — Главное регулярность. И не забывай постепенно повышать нагрузку.
Саня не выполнил норму, но то, что он сделал, уже было что-то. Если не забросит, польза точно будет.
Когда мы вернулись в комнату, я вспомнил о Полине и решил съездить в город, прикупить ей какой-нибудь подарок. Сделаю сюрприз.
Я не видел, чтобы она носила драгоценности, поэтому сразу убрал их из «списка». А затем вспомнил, что как она заикнулась о белой сумочке из кожи буруна. О, святой Махаон, и тут без этого чудовища никак!
Мало того, что им давятся господа аристократы, надеясь на магическую силу и омоложение, так ещё и дамы вздыхают, грезя о сумочках из кожи. Ну ладно, раз мечтает, значит такой подарок и сделаю.
Порыскав по карманам в поисках денег, я обнаружил, что их у меня осталось совсем немного. Вздохнув, полез под кровать, вытащил оттуда чемодан, где хранились все мои сбережения.
Отщелкнул замки, распахнул чемодан и удивленно уставился внутрь.
Глава 2
В чемодане было пусто. Там, где лежали рядком несколько тугих пачек сторублевых купюр, я рассмотрел лист бумаги. А, развернув его, увидел надпись печатными буквами:
«ИЗВИНИ. НЕ ПОЛУЧИЛОСЬ УДЕРЖАТЬСЯ».
Это кто же такой несдержанный, мать его⁈ Ну ничего, будет плакать горючими слезами, когда выловлю!
Я повернулся к соседу:
— Саня, кто-то ещё заходил в комнату сегодня?
Я не проверял деньги с утра, поэтому кража могла произойти в течение дня.
— Не было никого. А что такое? — на его щекастом лице расплылось искреннее удивление. Из Сани актер совсем хр*новый. Он говорил правду.
— А дверь ты закрывал на замок, когда выходил из комнаты?
— Д-да, я каждый раз так делаю. А что случилось? — толстяк подскочил с кровати и увидел пустой чемодан с запиской. — Ах ты ж, бл*дь!.. Ой, извини. Выскочило.
— А почему бл*дь? В смысле девушка легкого поведения? — я покосился на него.
— Да не, это я так выразился, — выдавил кривую улыбку Саня. — Слишком, как бы это сказать, в экспрессивной манере. Просто ругательство такое…
— Тогда вообще не понимаю, как это можно было сделать… — задумался я, бросив взгляд в сторону открытого окна. — Может, через окно залезли? Третий этаж… вор вполне мог забраться, если руки из нужного места растут.
— Да вполне… Я открыл, как пришел после учебы, — ответил Саня, продолжая. — Духота страшная…
— Саня, не тараторь, — остановил его. — Сосредоточиться нужно.
Хотя