Сейчас, рядом с подругами, я едва ли не впервые за долгое время чувствовала себя в безопасности и все же не могла отделаться от ощущения, что все, что я испытываю, какое-то ненастоящее.
Это нехорошее чувство не утихало и на следующее утро, когда, несмотря на все, что произошло, я сложила в рюкзак учебники английского и следом за Эсме и Жасмин поплелась в класс миссис Келли. При этом я то и дело незаметно оглядывалась. По крайней мере, мне казалось, что я делаю это незаметно. Возможно, Бастиан тоже находился где-то здесь? Или Тристан? Неужели он явится на занятия и просто сделает вид, что между нами ничего не было?
– Как спалось? – Я оглянулась и чуть не упала. Тристан подкрался так неожиданно. Одна скула у него сильно распухла, и синяк покрывал чуть ли не половину лица. Неудивительно, после такого удара молотом… При этом выглядел он достаточно расслабленным, когда смотрел на меня, чуть склонив голову набок. – Вид у тебя такой, будто тебе всю ночь снился я.
Он шагнул ближе, а я невольно отступила на шаг. Неужели он не понимает, что я чувствую себя очень виноватой? Да, чувство вины сейчас медленно возвращалось ко мне. Я чувствовала себя лицемеркой. Неужели он этого не понимает? Неужели не видит?..
Тристан огляделся, а затем решительно взял меня за руку и потянул за собой.
– Так что, – поддразнил он, – я снился тебе, солнышко?
– Да ты сам, похоже, до сих пор не проснулся. И кстати, выглядишь ты ужасно! – кончиками пальцев я чуть задела его синяк на лице. – Ты мне лучше скажи, что мы здесь делаем! Мы же не будем торчать здесь все занятия? Надо что-то предпринять.
Тристан смотрел на меня таким соблазняющим, таким поддразнивающим взглядом, что я невольно спросила себя, не играет ли он. Не шутит ли? Пусть даже для того, чтобы подбодрить меня.
Он театрально вздохнул.
– Пока что мы ничего не можем сделать. Остается только надеяться, что Бастиан поймал Кросса.
– Так Бастиан еще не вернулся?
– Уф! – Тристан сделал вид, что я врезала ему в живот. Неплохая, кстати, идея. – Я тут за тобой ухаживаю, а ты думаешь только о моем брате, – застонал он. – Ты так ранила мои чувства.
– О, ты это переживешь, я не сомневаюсь, – отозвалась я, вытаскивая из рюкзака учебник английского. – Так что? Значит, он здесь?
– Нет. Он не вернулся. И я не думал, что ты так по нему скучаешь.
– Я и не скучаю по нему ни капельки! Мне просто нужно срочно выяснить, что случилось с моим отцом, а поскольку он последовал за Кроссом, то, возможно, знает больше, чем я. Вот и все! – Я забрала волосы в высокий хвост и одернула рубашку. – Но встречаться с ним я больше не хочу! Мне есть чего бояться… Вдруг он снова подойдет ко мне слишком близко.
Тристан пристально изучал мои плетения. Это я поняла по его взгляду. Неужели он пытался уличить меня во лжи? Но в данный момент я совсем не лгала. Мне действительно было страшно. Только боялась я не Бастиана. А того, что он узнает о моем поцелуе с Тристаном. Я опасалась его реакции.
– Тебе нечего бояться, Эбби, – пообещал Тристан и сжал мою руку в своей. – Я с тобой. И я не оставлю тебя с ним наедине. Теперь, чтобы добраться до тебя, ему придется пройти мимо собственного брата.
Я сглотнула. Шею начало неприятно покалывать, и я вырвала руку. Эти слова… Это обещание? Или… угроза?
Нет пути назад
Нервы были напряжены до предела. Ночь оказывала какое-то благоприятное воздействие на них. Кросс сбежал, а он потерял его след. Отчаяние от того, что все провалилось, обжигало, как огнем. Ему следовало успокоиться. И сделать это он смог только сейчас. Только здесь. У воды. Два дня он потратил на поиски Кросса. Тщетно. И в итоге сдался. Бастиан взвалил на плечо гичку и спустился к воде. Осторожно опустил лодку в воду, сел, взял весла, и сердце перестало так бешено биться. Дыхание становилось ровным и спокойным. Наконец-то… Он глубоко вдохнул прохладный ночной воздух, и ветер взъерошил его темные волосы. Хотя приближалось утро, темнота еще не отступила, так что он не боялся, что его заметят, и поэтому Бастиана не сильно заботило, как он выглядел. Явно паршиво. В несколько взмахов веслами он достиг середины реки. Все тело оплетали темные полосы, и, хотя плетениям Эбби не удалось разорвать парня на части, они все же порядком его потрепали.
Бастиан посмотрел на свою руку. На пальцах и запястье кровь еще не до конца засохла, а кровавые пятна на рубашке отчетливо виднелись даже в темноте. Без кольца, защищавшего его, плетения Эбигейл обладали слишком большой силой. Он не хотел умереть таким же жестоким образом, как и его отец, это вынуждало его держаться от Эбби подальше. Он с силой налег на весла, глядя сквозь туман на отражающиеся в серой глади Темзы огни города. Стояло раннее утро, но, как известно, Лондон никогда не спит. Даже сквозь туман, который, как одеяло, стелился над улицами близ Темзы, он мог различить огни машин и матовые полукруги вокруг уличных фонарей. Дальше, в воде, ниже Тауэрского моста, растворялся в тумане светлый корпус корабля. Бастиан внимательно следил за течением реки. Чуть ускорился. Гичка понеслась быстрее. Капли воды, которые случайно попадали на него, ощущались подобно лекарству. Он скользнул в ближайшую тень. Бастиан невероятно устал, но возвращаться домой был пока не готов. Только не без кольца. Он вернется. Чуть позже. Когда окончательно успокоит разум – гребля как раз отлично этому способствует. Когда ярость даст ему хоть немного передохнуть – а укротить ее помогут прыжки через тени.
Бастиан вздохнул. Будучи хранителем кольца, он столько лет управлял этими силами, которым сейчас не мог противостоять. Без кольца, без этого маленького кусочка металла под названием «виталинариум» он оказался абсолютно беспомощен перед ними. Хранитель!.. Слабак… Он понимал, что все эти проблемы именно от его чувств к Эбби, потому что эмоции ослабляют хранителей. Этот урок он усвоил еще раньше и все равно совершил ту же самую ошибку, влюбившись во второй раз.
– Черт возьми, Эбби, – прорычал он, направляя гичку в ближайшую лунную тень. – Почему же я никак не могу справиться с твоими плетениями?
Он с первого момента почувствовал, что Эбби не обычная девушка. Плетения других людей окрашивались в разные цвета – от красного до синего и черного. Да кто ему уже только не попадался!.. А вот плетения Эбби были цвета оникса. Всего один цвет. Пока он не поцеловал ее, он даже не