— Ни хрена подобного.
Анжела смотрела на него, пока он придумывал очередное оскорбление. Алкоголь путал его мысли, но ослаблял сдержанность. Она знала, что у него развяжется язык.
— Это правда, — настаивал он. — Я не такой заурядный, как ты считаешь.
— Не льсти себе, Оуэн. Я не считаю тебя заурядным. Я думаю, ты то еще ссыкло.
В его налитых кровью глазах вспыхнул гнев, брови нахмурились. Нетвердо стоя на ногах, он зло смотрел на нее и размышлял. Наконец, он отвел взгляд, чтобы убедиться, что они одни.
— Подвези меня, и я расскажу тебе об этом.
На мгновение она утонула в его темных глазах, пытаясь выдержать то, что видела в них, позволяя горючему плеснуть на раскаленные угли.
У нее был пистолет, но он лежал в подлокотнике пикапа. Выдержав паузу, Анжела тяжело вздохнула:
— Ладно, Оуэн. Думаю, я могу подвезти тебя. Но вовсе не потому, что ты опасен или что-то в этом роде. Будь ты таким, было бы здорово, но...
Выражение его лица на секунду стало кровожадным, а потом он обошел грузовик и встал у пассажирской двери, дожидаясь, пока девушка сядет в машину и пустит его. Когда дверь разблокировалась, он быстро забрался в грузовик.
Устроившись на водительском сиденье, Анжела повернула ключ, и двигатель заурчал, оживая. Окна блестели от дрожащих капелек воды, и она включила дворники, чтобы очистить лобовое стекло.
— Я всего лишь подвезу тебя. — Она взглянула на него. — Понятно?
— Разумеется, — сказал он. В его ухмылке сквозили темные замыслы. — Большего мне и не нужно.
Анжела не поверила ни единому слову.
Глава 4
Через каждые полмили извилистой дороги из тумана появлялись фонари, словно зависшие инопланетные звездолеты. По обеим сторонам дороги мелькал темный и безликий лес. Желтая разделительная линия и полоса по краю дороги казались единственными вещами из реального мира.
Пока они проезжали мимо домов на окраине Милфорд Фоллз, Оуэн положил руку на подлокотник, в котором лежал ее пистолет. Теперь Анжела никак не могла добраться до пушки.
Когда из тумана вынырнула неоновая вывеска мотеля Райли, его левая рука потянулась вниз и нежно сжала ее голое колено. Она повернула к автостоянке мотеля, и рука Оуэна скользнула по внутренней стороне бедра к ее промежности. Пока она парковала грузовик, он повернулся к ней и сунул свою большую правую руку под ремень ее низко посаженных шорт.
Вместо того чтобы возмущаться, она, пока он не успел засунуть в нее пальцы, подсунула свою кисть под его руку и подняла ее — будто считала его обычным безобидным дурачком.
— У тебя там приятно, — произнес он, сгорая от желания. — Мне нравится натуральная киска, а не выбритая плешь, как делают сейчас шлюхи. Мне нравится, что ты оставила волосы.
— Рада, что ты оценил, — сказала она ледяным тоном. — Мы на месте. Вылезай.
— Почему бы тебе не зайти, чтобы мы закончили начатое?
Она знала, что в нем говорит фантазия, в которую он уже успел поверить.
— Мы ничего не начинали. Я говорила, что ты не в моем вкусе. Обычные парни меня не интересуют.
— Да ладно тебе…
— Нет.
Оуэн отстранился, вырванный из состояния экстаза твердой категоричностью этого слова, и моргнул.
— Я не обычный парень, — с вызовом заявил он.
— Чушь. На вид ты довольно привлекателен, но я уже сказала, что мне нравятся плохие парни. Ты не плохой.
— Ты этого не знаешь.
— У тебя нет того, что я ищу. Ты бесхребетное ничтожество, притворщик, который хвалится и играет роль подонка, чтобы произвести на меня впечатление. Я встречала сотни таких. Вы все одинаковые. Ты такой же заурядный, как они.
Его глаза вспыхнули яростью.
— Я не такой же. Я убивал людей.
Сознательно не показывая никакой реакции, Анжела долго смотрела на него. Она закатила глаза и с отвращением покачала головой.
— У тебя кишка тонка, чтобы убить. Ты намочишь штаны, если попытаешься схватить кого-то, и тебе скажут отвалить.
— Я не шучу, — Оуэн понизил голос, наклонившись к ней. — Я убивал людей, — повторил он.
— Как скажешь. Ты убивал людей. Молодец. — Своим тоном она давала понять, что не поверила, хотя знала, что он не врет. — Теперь убирайся.
— Ты слышала о пропавшей шлюхе? Кэрри, кажется...
Анжела знала, о ком он говорит. Кэрри Стрэттон не была шлюхой. Она работала медсестрой в больнице.
Больница обычно пользовалась услугами экспресс-доставки, но в тех случаях, когда поджимали сроки или нужно было срочно что-то отправить, они обращались в курьерскую службу. Анжела довольно часто срочно отвозила образцы в лаборатории более крупных городов. В редких случаях ее даже отправляли в лаборатории Буффало, Ньюарка или Нью-Йорка.
Больница была небольшой, так что Анжела знала там почти всех. Пару раз она видела и Кэрри Стрэттон. У той были сын и дочь, которые еще не достигли подросткового возраста, а ее муж работал в энергетической компании. Кэрри брала ночные смены ради дополнительного заработка. Все ее любили. Несколько дней назад Анжела взялась доставить образец, и именно Кэрри отправляла его.
Дело было поздно ночью, и Кэрри сказала, что очень важно прямо с утра доставить образец в специальную лабораторию для тестирования. Когда на трассе I-86 ее остановил патрульный, она показала ему пакет из больницы с пометкой «срочно» и избежала штрафа за превышение скорости, отделавшись строгим предупреждением. Анжела проигнорировала предупреждение, но доставила образец в лабораторию вовремя.
Это было в ночь перед исчезновением Кэрри.
Все в больнице были взволнованны пропажей молодой медсестры — они знали, что она не стала бы сбегать из дома. Ее машина по-прежнему стояла на парковке. Все боялись, что ее похитили. Многие искали ее, надеясь найти живой и невредимой, однако все с прискорбием осознавали, что поиски не увенчаются успехом. Вплоть до того момента, как пару часов назад Оуэн зашел в бар и встретился с ней взглядом, Анжела тоже не знала, что случилось с Кэрри Стрэттон.
— Кажется, я что-то слышала о поисках женщины, — сказала Анжела. — Что с ней?
Оуэн еще немного наклонился, понизив голос:
— Я убил ее.
— Кончай, Оуэн, — сказала она, разглядывая мокрые машины на темной парковке. — Говорят, она сбежала с любовником.
— Я и был ее любовником, — сказал он, фыркая от смеха. — Но она не убегала. Я поимел сучку. Жестко оттрахал как следует. Она сказала, что сможет меня опознать, и я сяду в тюрьму. За что? За то, что трахнул шлюху? Так что я убил ее.
Анжела нетерпеливо вздохнула:
— Ты чертов лжец, Оуэн. Пытаешься изображать крутого парня.
Оуэн склонил голову набок:
— А если я говорю правду?
Анжела оценивающе посмотрела на