Где же, черт его побери, жених этой несчастной красавицы?
Подавив в себе инстинктивный прилив сочувствия, Сэм потянулся за блокнотом и открыл его на чистой странице.
— Вы не назовете мне ваше полное имя и адрес?
Ответ был произнесен едва ли не безжизненным шепотом:
— Нина Маргарет Кормье, Оушен-Вью-Драйв, триста восемнадцать.
Сэм записал данные в блокнот и посмотрел на женщину в подвенечном платье. Она по-прежнему сидела, устремив взгляд на собственные руки. Но не на него.
— Отлично, мисс Кормье, — произнес Сэм. — Почему бы вам не рассказать, что случилось?
Боже, как ей хотелось поскорее вернуться домой! Она сидела в патрульной машине вот уже полтора часа. С ней успели поговорить трое разных полицейских, и она ответила на все их вопросы. Ее свадьба сорвалась, она чудом избежала смерти, а эти люди все равно продолжают смотреть на нее так, как будто она забавный уродец из кунсткамеры.
И этот тип рядом с ней, полицейский, холодный, как мороженая треска, надеется, что она захочет отвечать на те же самые дурацкие вопросы?
— Мисс Кормье, — со вздохом произнес он, — чем быстрее мы с вами закончим разговор, тем скорее вы сможете уехать домой. Что именно произошло?
— Произошел взрыв, — торопливо ответила она. — Я могу ехать?
— Что вы имеете в виду, употребив слово «взрыв»?
— Прогремел оглушительный взрыв. Много дыма и битого стекла. Я бы сказала, что это был типичный взрыв, от которого пострадало здание.
— Вы сказали о дыме. Какого цвета он был?
— Что?
— Черный дым? Белый?
— Разве это так важно?
— Я прошу вас ответить на мой вопрос.
Нина тяжело вздохнула:
— Мне кажется, дым был белый.
— Вам так кажется?
— Я в этом уверена. — Нина повернулась, чтобы получше разглядеть сидящего рядом с ней копа. Она впервые обратила внимание на лицо своего собеседника. Если бы он улыбался, если бы в его глазах промелькнула хотя бы тень человеческой теплоты, на него было бы даже приятно посмотреть. На вид ему ближе к сорока. Темно-каштановые волосы, которые следовало подстричь еще пару недель назад. Правильные черты лица, идеальные зубы, глубоко посаженные зеленые глаза. Пронзительный взгляд, в котором любая женщина узнала бы романтичного киногероя, типичного полицейского. Это был честный, суровый коп со значком на груди, вот только обаяния в нем ни на грош. Он бросил на нее абсолютно равнодушный взгляд, как будто ему было все равно, что она скажет.
Нина посмотрела ему в глаза, а про себя подумала: «Вот она я, отвергнутая невеста. Он, наверно, сейчас раздумывает о том, что во мне не так, почему меня бросил жених. Какие ужасные недостатки скрыты во мне, коль жених так и не отвел меня к алтарю».
Она спрятала сжавшиеся в кулаки руки в ворохе атласа.
— Я уверена, что дым был белым, — упрямо повторила она. — Хотя какое это имеет значение?
— Имеет. Это указывает на относительное отсутствие углерода.
— Понятно, — сказала она таким тоном, будто это о чем-то ей говорило.
— А пламя было?
— Нет, никакого пламени.
— Вы почувствовали какой-нибудь запах?
— Вы имеете в виду запах газа?
— Любой, газа или чего-то еще?
Нина нахмурилась:
— Я не запомнила. Ведь я была на улице.
— Где именно?
— Мы с преподобным Салливаном сидели в машине. Так что я не почувствовала запаха газа. В любом случае природный газ ведь не имеет запаха, разве не так?
— И потому его трудно распознать.
— В таком случае что это меняет? Лично я ничего не почувствовала.
— Вы не заметили никого подозрительного? Может, кто-то ходил или стоял возле здания церкви до взрыва?
— Там был преподобный Салливан. Несколько моих родственников. Но они уехали значительно раньше.
— А незнакомцы? Люди, которых вы не знаете?
— Когда это произошло, в церкви никого не было.
— Я имею в виду время, предшествовавшее взрыву, мисс Кормье.
— «Предшествовавшее»?
— Вы не видели никого, кому не полагалось быть в церкви? Посторонних людей?
Нина удивленно посмотрела на него. Сэм ответил ей спокойным, сдержанным взглядом.
— Вы хотите сказать… вы полагаете…
Он ничего не ответил.
— Так это была не утечка газа?
— Нет, — ответил Наварро. — Это была бомба.
Нина откинулась на спинку сиденья. От его слов у нее перехватило дыхание. Значит, это вовсе не был несчастный случай, подумала она. Не случайность и не чья-либо оплошность…
— Мисс Кормье?
Лишившись дара речи, она вопросительно посмотрела со своего собеседника. Спокойный, абсолютно бесстрастный взгляд Сэма Наварро не на шутку ее испугал.
— Извините, что мне придется задать вам следующий вопрос, — произнес он. — Но как вы понимаете, есть нечто такое, что мне необходимо выяснить.
Нина сглотнула застрявший в горле комок.
— Вы знаете кого-нибудь, кто мог бы желать вашей смерти?
Глава 2
— Это абсурд! — воскликнула Нина. — Полная чушь!
— Я должен рассмотреть все возможные версии.
— Какие версии? Вы хотите сказать, что бомба предназначалась для меня?
— Ваша свадьба была назначена на два часа дня. Бомба взорвалась в два сорок. Взрыв произошел возле первого ряда скамей. Прямо перед алтарем. Я нисколько не сомневаюсь, — если судить по очевидной силе взрыва, — что будь вы и все ваши гости в тот момент внутри, то наверняка погибли бы. Или, по меньшей мере, получили бы серьезные увечья. Мы с вами говорим о бомбе, мисс Кормье. Это была не утечка газа. Не несчастный случай. Это было взрывное устройство. С его помощью кого-то хотели убить. Мне необходимо выяснить, кто мог быть потенциальной жертвой. Кто, по-вашему?
Нина ничего не ответила. Эти версии были настолько ужасны, что о них не хотелось думать.
— Кто должен был присутствовать на вашей свадьбе?
— Там… там должны были…
— Вы и преподобный Салливан. Кто еще?
— Роберт… мой жених. Моя сестра, Венди. Джереми Уолл, шафер…
— Кто-то еще?
— Мой отец собирался прийти. Затем две девочки: одна с букетом и одна с кольцами…
— Я интересуюсь только взрослыми. Давайте начнем с вас.
Нина упрямо покачала головой:
— Нет, не я… Это не могла быть я.
— Почему же?
— Этого не может быть.
— Почему вы так уверены в этом?
— Потому что я не знаю никого, кто мог бы желать моей смерти!
Ее сдавленный крик, похоже, удивил Сэма, и какое-то мгновение он молчал. Стоявший неподалеку полицейский обернулся и посмотрел на них. Наварро жестом дал понять: мол, все нормально, и тот отвернулся.
Нина нервно теребила подол платья. Этот коп — просто бесчувственное чудовище. Сэм Спейд[1], лишенный даже тени человеческой теплоты. Хотя в машине стало жарко, Нина почувствовала, что дрожит. Отчасти тому виной была абсолютная бесчувственность сидевшего рядом с ней мужчины.
— Можно я задам вам еще несколько вопросов на эту тему? — поинтересовался он.
Она предпочла промолчать.
— У вас есть друг или бывший возлюбленный, мисс Кормье? Кто-то, кто был недоволен вашей свадьбой?
— Нет, — прошептала Нина.
— Никакого бывшего друга?
— Нет, во всяком случае, за последний год у меня никого не