Опустившись на корточки, приложил руку к холодной поверхности. Словно вся россыпь мелких камней закрывала один плоский монолит. По телу пробежали мурашки… Я думал, что артефакт скрыт под землёй, но ошибался. Вот он — прямо предо мной. Все эти камни — и есть структура одного сложного артефакта.
И он разумен. Чем-то похож на мой семейный артефакт, но в то же время сильно отличался. И если магов и детей нет на поверхности, значит, они уже внутри. Но я не Шолохов, чтобы меня тоже пропустили. Можно разрушить здесь всё и лишить все последующие поколения Шолоховых возможность обрести первоисточник, но…
Я прикрыл веки и шёпотом обратился к артефакту:
— Дети проходят испытание не по своей воли. Я должен их спасти. Я носитель первоисточника.
Внезапно монолит подо мной задрожал. А лежащие на нём камни стали слегка подбрасываться.
— Тебе их не спасти, — в голове пронёсся незнакомый голос. — Они сегодня погибнут.
— Не погибнут, если пустишь меня.
— Ты не из этого рода.
Голос был сухим, безэмоциональным. Словно со мной общался автоответчик.
— Но если ты не пустишь меня, то род носителей вашего дара навсегда оборвётся. Эти трое детей — последние прямой крови, — шёпотом ответил я.
— Там есть ещё и женщины. Одно поколение можно пропустить.
— Когда родятся новые наследники крови, будет уже слишком поздно. Наш мир будет порабощён!
Но ответа не последовало.
Я поднялся. Чёрт, как же ненавижу иметь дело с разумными артефактами! У них есть только одна схема действий, и никакой больше. И в отличие от людей они не умеют рисковать ради высшей цели.
— Александр! — я позвал брата, и его призрак материализовался предо мной.
А за ним и весь отряд. Но это были не все мои призраки, а только те, кто умели материализовывать оружие.
— Да, брат? — обратился он ко мне.
— Артефакт не пускает меня внутрь. Значит, детей спасти должен ты. А я тем временем разрушу этот монолит, — сказал я и ударил каблуком ботинка по камню.
— Брат, ты уверен, что сможешь? Он появился из души первого князя…
— Смогу, а иначе Пожиратель душ получит тело, которое ему так нужно.
А про себя добавил, что тогда уже никогда не узнаю, где пройдёт ритуал, чтобы помешать ему.
— Сделаю всё, что смогу, — пообещал Александр и опустился в монолит.
А за ним исчезли и остальные призраки.
Я начал подготовку. Раз древний артефакт не хочет пускать меня внутрь подземелья, которое создал специально для прохождения испытания, то я войду туда сам. Прошло всего пара секунд, и последняя нить плетения была выведена, но я не стал отделять её от своей руки.
Всепоглощающее облако опустилось к монолиту. Я вливал в него совсем немного энергии, чтобы не переборщить… Мне лишь нужно было пробить дыру, которую разумный артефакт не сможет сразу же заделать.
Камень исчезал в облаке всепоглощающего света, да так легко, словно это была вата. И уже через три минуты брешь была пробита, а заклинание растворилось в воздухе. Но монолит тут же начал восстанавливаться. По краям ровной дыры стали появляться острые выступы новых камней. Но это не помешало мне спрыгнуть вниз.
Я приземлился на ровную поверхность, но в тот же момент прямо за спиной вырос высокий шип… а потом ещё один! Они окружили меня, наклоняясь к центру. И я очень быстро оказался внутри клетки.
Но это заставило меня лишь усмехнуться. А заклинание светового лезвия расчистило дорогу. Дальше я передвигался гораздо быстрее, чем вырастали новые шипы!
— Саш! — я громко позвал брата.
Он тотчас выплыл из стены.
— Где дети? — сразу спросил я.
— За этой стеной. Они разговаривают с артефактом.
И снова всепоглощающее облако открыло мне проход.
Я зашёл в огромную пещеру, в которой не было других выходов. Посреди неё лежал чёрный минерал, похожий на кусок кварца размером с мою ладонь. Возле него и стояли дети Шолоховых.
— Уходим! Живо! — обратился я к парням, которые встретили меня обескураженными взглядами.
— Похитители ждут за этой стеной, — указал брат на противоположную стену.
— Они уже мертвы, — в голове вновь раздался голос артефакта.
— Что? — тихо спросил я.
— Они — враги моего рода.
— Саш, проверь, живы ли маги, — велел я брату.
Он кивнул и поплыл к стене. А ещё через секунду вернулся вместе с остальными членами отряда.
— Все мертвы, но мы тут ни при чём, — ответил призрак, держащий в руках полупрозрачную секиру.
— А кто при чём? — спросил я.
— Стены схлопнулись и раздавили всех. Мгновенно.
Дети Шолоховых вздрогнули от такого заявления. Наконец, поняли, в каком опасном месте оказались.
— Так, нам надо уходить, — сказал я им.
— Нет, — снова раздалось в голове.
— Он не хочет нас отпускать, — сказал младший из парней.
Было видно, что семилетнему парнишке страшно, но он мужественно держался.
— Почему? — мягко спросил я у мальчика.
— Говорит, что мы не уйдём, пока кто-то из нас не пройдёт испытание.
У меня невольно сжались кулаки. Я выпрямился и сказал в пустоту:
— Если кто-то из парней пройдёт испытание, то на него начнётся настоящая охота. Ты такой участи желаешь для своих потомков?
— Он говорит, что даст нам силы справиться с любым врагом, — отозвался младший из ребят.
Видимо, с ними артефакту было гораздо проще разговаривать.
— Он ошибается, — я замотал головой.
— Знаю, мы ещё слишком малы.
Удивительно, что пока двое старших парней дрожали от страха, младший был полон решимости.
— Но мы сможем, Алексей Дмитриевич, — заявил мне семилетний ребёнок. — Мы пройдём испытание.
Я снова наклонился и мягко сказал:
— Ты не понимаешь. Пройти испытание, значит подписать себе смертный приговор.
Парнишка обернулся к камню. Я не мог слышать их ментальной беседы, но и так догадывался о сути. Артефакт никогда не отпустит парней просто так. Потому что они уже пришли. И испытание началось для одного из ребят, но тут ввалился я.
— Он всё равно не хочет нас отпускать, — сказал младший.
— Тогда мне придётся уничтожить этот монолит! — громко сказал я.
— Ты не посмеешь, — в голове вновь раздался голос артефакта, но теперь он был наполнен злобой.
Ох, да я умудряюсь вывести из себя даже магические предметы. Что это, если не талант?
— Посмею! Эти дети под моей защитой. И я не позволю ни одному из них пройти это чёртово испытание! — громко ответил я.
В пещере воцарилась тишина. И судя по глазам парнишки, он тоже не получил ответа. Словно артефакт задумался. Но такого быть не могло, ведь он действовал по определённой программе, заложенной создателем.
— Он предложил вариант, — внезапно подал голос