— Задержитесь.
От неожиданности Зейраш замер. А седеющий мужчина подошел к широкому рабочему столу и показал на кресло напротив:
— Присядьте, пожалуйста, господин Архан, я хотел бы поговорить.
Обращался глава клана Черных Нагов подчеркнуто вежливо, придраться было не к чему, и поговорить действительно не мешало. Зейраш сел в кресло напротив. Пока царило молчание, обвел взглядом кабинет и случайно зацепил краем глаза большую старинную фреску на дальней стене. Там была изображена фантастическая картина — битва огромного Нага и человеко-птицы. В круглый глаз птицы был воткнут старинный кинжал.
Гигантский огненнокрылый орел с человеческим телом… Это ведь Гаруд Амар? Зейраш еще подумал, что кинжал в глазу смотрится весьма двусмысленно.
— Вы ведь здесь по рекомендации Гаруда Амара, не так ли? — низкий голос вырвал его из размышлений.
— Да, — кивнул он и не удержался, добавил: — Это было несколько внезапно для меня.
ДалгетХан Умранов замер на минуту, потом потер переносицу и продолжил невозмутимо:
— Приносим извинения за беспокойство.
Что ж, это некоторым образом уравнивало их.
— Извинения приняты, — сказал Зейраш.
— В таком случае, господин Архан, вы должны понимать, что вам придется принести клятву.
— Какую клятву? — Зейраш снова напрягся.
— Кровную, — проговорил тот. — Вы обязуетесь молчать обо всем, что здесь узнаете или увидите.
Зейраш потрясенно застыл, глядя на него. Недоверие? Какого?…
— Дело в том, что вы будете без ограничений допущены к тайнам родовой магии. Более того, вы без ограничений допущены в круг семьи. Это… — мужчина вскинул на него тяжелый взгляд угольно-черных глаз. — Вопрос безопасности. Вашей и нашей. Поймите меня правильно, для нас нет ничего важнее жизни наших женщин и детей.
Сначала он готов был вспылить. Но глава клана говорил медленно и спокойно, и в его словах был определенный смысл. К тому же, возможность изучить родовую магию Нагов серьезный аргумент. Зейраш покосился на кинжал, торчащий из глаза птицы, и признал:
— Что ж, ваше требование разумно.
Потянулся и взял из органайзера нож для разрезания бумаги, черкнул лезвием по ладони и произнес слова клятвы. А потом сразу же убрал порез магией.
— Вы удовлетворены?
— Разумеется, — проговорил ДалгетХан. — Теперь, что касается моей дочери Марии…
Немедленно всплыли в сознании слова Гаруда Амара:
«Девушка просватана. Влюбишься в нее или соблазнишь — лишишься головы».
— Я в курсе, — быстро сказал Зейраш.
У Черного Нага проскочил очень странный взгляд. А потом он оперся локтем о стол, приложив кулак ко рту, прокашлялся и начал:
— Я хотел сказать, что все произошло несколько внезапно для… кхммм. Мария не успела откорректировать на сегодня свой дневной график. Я думаю, вы сможете обговорить эти моменты на вечернем занятии.
Мелькнуло у Зейраша какое-то подозрение, но не успело оформиться.
— Сегодня я предлагаю вам ознакомительную экскурсию по дворцу и за его пределами. А вечером вся семья собирается на ужин. Дресс код обязателен, — сказал ДалгетХан и замер, глядя на него.
Судя по всему, разговор был окончен.
— Я понял, — проговорил Зейраш и встал.
А ДалгетХан кивнул ему:
— Увидимся за ужином.
В общем и целом, впечатление от общения с главой клана Черных Нагов у Зейраша было двойственное. Но пока что шло вразрез со всем, что он до этого знал о Нагах. Одна только его разбалованная и выпендрежная дочь чего стоила!
***
Когда Маша вышла из отцовского кабинета, на нее тут же напустились все сестры.
— Ну? Что?!
Ужасный сноб, сексист и шовинист, чсв зашкаливает. Надо было видеть, как он презрительно кривился, когда она говорила, что тренируется на мечах. И потом тоже смотрел на нее так, словно она какая-то букашка.
Что ей было сказать? Маша закатила глаза.
глава 4
Маше после того сидеть на парах было трудно. Все время в голову лезли мысли о черном маге, которого нашел для нее бессмертный. И разговор тот с бессмертным «дедушкой» Гарудом не шел из головы.
Их необычная дружба началась в тот день, когда древний орел злой, пылающий красно-золотым пламенем, стоял напротив террасы их подземного дворца и звал Асю, а услышала она. И вдруг поняла, что орел хочет разрушить все, потому что ему больно, он глубоко несчастен.
Его надо было утешить. А танец апсары* может излечить любое горе. Маше тогда было пять лет. С тех пор она стала для бессмертного любимой внучкой. Он всегда относился к ней по-особенному.
Вчера позвал к себе в павильон, что у подземного дворца. Они говорили о разном, а потом Гаруд Амар сказал, что ей нужно изучить черную магию. Бессмертный был серьезен и подчеркнул, что это важно. Потому что она апсара. Он хочет быть уверенным, что она будет в безопасности.
- А учителя я тебе нашел, — загадочным тоном проговорил Гаруд Амар. — Познакомишься с ним завтра.
У него был такой знающий и немного грустный взгляд, Маша не могла отказаться.
- Хорошо, я поняла, — сказала она.
Бессмертный кивнул и добавил:
- Да, и вот еще. Он не должен узнать. Поняла?
Вот это казалось ей странным, но она согласилась.
Но необходимость сохранять тайну, да еще такую, для девушки в восемнадцать лет была ужасно обременительной. Это все равно что приказать себе не думать про белых обезьян. Было бы гораздо проще, если бы Гаруд Амар взял с нее клятву! А так, стоило только увидеть этого заносчивого сноба, ее преподавателя, у нее просто пекло внутри, и язык чесался. Хорошо еще, отец оттянул все внимание на себя.
В общем, учебный день шел косо. Внимание постоянно раздваивалось. Все услышанное ей в одно ухо влетало, в другое вылетало. А скоро, между прочим, сессия. И предметы были такие важные, что прогулять никак нельзя. Сопротивление материалов и начертательная геометрия.
Неизвестно как высидев пары, Маша наконец освободилась. Но теперь ей надо было бегом мчаться в кафе к Диле. Она обещала помочь с оформлением нового зала. Доставил ее туда Данияр, подвез на своем новеньком авто.
Они с Данькой двойняшки. Только она апсара, голубоглазая блондинка, в бабушку Елизавету, папину маму. А Данияр рослый, широкоплечий чернявый красавец, весь в отца. Уже ростом перегнал старшего брата Руслана. Ему недавно оформили права, и он уже ездил самостоятельно, если, конечно, не считать те две машины сопровождения, что постоянно следовали по пятам за средним сыном главы клана Черных Нагов.
И вот несправедливость. Ему ездить самому позволялось, а ей нет. Хотя у Маши тоже были права. Все потому, что она апсара! «Могут напасть, могут украсть…».
Могут похитить.
Над Машей тряслись постоянно, а с четырнадцати лет вообще начался какой-то семейный психоз. Все потому что ее старшую сестру Анастасию похитили, когда ей было четырнадцать. (Похитил, кстати, не кто иной, как Гаруд Амар). Сейчас все хорошо, и Ася сама машина для убийства, но тогда она была подростком. За те пять лет, что ее искали, семья чуть не сошла с ума.
Ну, и конечно, все теперь отрывались на Маше. И больше всех трясся над ней сам «дедушка»