Книги рассказали об Источниках, которые Крис понял как узлы магической силы. Весь Либриум был пронизан магией, опутан, словно грибницей. От Источников зависело здесь всё, сама земля, вода и воздух были пропитаны ею, ни один механизм не работал без магии, просто рассыпался в труху, это объясняли последствиями Катастрофы, некогда изменившей мир. Каким он был до этого, никто в точности не знал, от прежних времен мало что сохранилось.
Летосчисление велось от Точки Равновесия – момента, когда удалось укротить хаотичность магии, сконцентрировать ее в Источниках. Это было великим деянием богов, совершенным на благо людей. Теперь Кристофер Уилкс понял, почему символом этого мира были весы, леди Анна изображалась с ними и почиталась как Хранительница Равновесия. И это оказалось самым шокирующим – здесь ничего не знали о Спасителе, не почитали единого Творца, а молились собственным богам так, как это было в древние времена и в родном мире Кристофера!
Кристофер не удивился, что Флора, Цветущая – богиня природы и юности, Дающая Жизнь, считалась покровительницей целителей, природных магов и матерей.
Ее супруг, Арей Воитель, Отнимающий Жизнь – бог силы, справедливости и бесстрашия, покровительствует воинам.
Самым загадочным казался Пересмешник, Господин Дорог – покровитель актеров, авантюристов, оборотней и пиратов. Его храмом может стать любое место, где идет представление, его еще именовали Шутом и Повелителем Удачи.
Когда Кристофер сообщил леди Анне о том, что политеизм – вера тех, кто не познал истину, она улыбнулась:
– Либриумцы верят в Создателя, но не привыкли обращаться к Нему напрямую.
– А кто же тогда…вы?
– Я забочусь о Либриуме, таков мой долг и предназначение.
– А другие…боги?
– Либриум – довольно большой приход, мне было бы трудно управляться одной, без помощников. Ты тоже не справишься в одиночку. Найди тех, кто станет с тобой плечом к плечу в трудный час, Кристофер Уилкс.
– Значит, предназначение решает все?
– Нет. Все решает твой собственный выбор, запомни это. Предназначение приводит тебя на перекресток. Но в какую сторону идти – решаешь только ты.
После этого разговора в туманной пелене вокруг часовни проступили деревья, затем небольшое кладбище. Здесь были и старые покосившиеся надгробия и новые. Теперь, сколько Кристофер ни пытался вернуться в обитель леди Анны, не мог найти дороги.
По ночам он видел, как бродят над могилами бесплотные духи, проскальзывают в его часовню, кружат под сводами. В первый раз испугался, но скоро понял, что мертвым до него никакого дела нет. Зато их прозрачные тела создают приятное зеленоватое свечение, в котором видно скрытые письмена в книгах.
Кристофер изучал ритуалы, записанные таким способом. Первым был ритуал "снятия скверны" или попросту "очищения". Символ показался несложным, и Крис нацарапал его на песке обломком могильного камня, чтобы лучше запомнить.
Снейри перестали являться, а голод оказался вполне настоящим. Он вышел из часовни и оказалось, что туман отступил. За оградой кладбища Кристофер увидел дома, знакомый голос шепнул на ухо: "Мидлтон".
Мидлтон! О нем он читал. Небольшой город в центре Вольных Земель, неофициальная столица. Неофициальная, потому что никакой официальной власти здесь нет. Сами Вольные Земли разделяют границы двух больших королевств. На северо-востоке лежит Орпейя, на юго-западе Тенибросса. Королевства не раз воевали между собой, передвигали границы Вольных Земель, но те так и сохранили статус нейтральных и ни разу не были завоеваны. Книги выражались на этот счет туманно – мол, здешние аномалии слишком сильны, и контролировать их невозможно, посему от владения такими территориями больше хлопот, нежели выгод.
Городок показался Кристоферу таким знакомым, будто он бродил по его улочкам много раз. Архитектура самая обычная, двух-трехэтажные домики с остроконечными черепичными крышами.
Несмотря на знакомство с книгами, Кристофер Уилкс ступил на улицы Мидлтона с трепетом и опаской. Как его примут горожане? Что он станет делать здесь, совсем чужой, и наверняка, никому не нужный?
Он отряхнул как мог свой запылившийся сюртук, расправил плечи. Как говорила леди Анна – в какую сторону идти, решаешь только ты. Что ж, он пойдет…. На запах свежего хлеба!
Горожане пальцем в него не тыкали и враждебности не проявляли. Одежда пастора, как выяснилось, не слишком отличалась от местной моды, а потрепанных незнакомцев, тут, вероятно, видали и раньше.
Кристофер присматривался к манерам мидлтонцев, кое-что казалось непривычным, другое – в точности таким же, как в его родном городке. Пекарня же превзошла все его ожидания.
Кристофер застыл перед витриной, не в силах противиться аромату ванили, корицы и шафрана. Сначала засмотрелся на свежую сдобу – рогалики, булочки с марципаном, пирожные, а потом увидел свое отражение в стекле – волосы всклокочены, рубашка в пятнах, заляпанные грязью охотничьи сапоги…
Но в кармане сюртука нашлись монеты. Правда, шиллинг теперь выглядел странно, вместо профиля королевы – знак весов, а на реверсе надпись " 1 либр".
Кристофер купил пирожок, и смущенно улыбаясь, откланялся. Пекарь ответил учтивым наклоном головы и пожеланием приходить еще. Кристофер немного воспрял духом. Значит, мидлонцы не станут прогонять его точно бродягу. Но ведь он бродяга и есть! Без дома, средств к существованию и определенных занятий. Все его знания из прошлой жизни не имеют здесь никакой цены. А работать руками он совершенно не умеет.
Улыбка погасла, Крис побрел дальше, погружаясь в невеселые мысли. Улицы вывели его к зданию, похожему на храм. Высокий шпиль в готическом стиле, цветные витражи, высокие двустворчатые двери, особая строгость линий, свойственная храмам – невозможно ошибиться. Но отчего храм заброшен – двери закрыты и заросли плющом, покрыты пылью окна и витражи? Рядом большая площадь, полная народу, торговые ряды, не похоже на унылую окраину. В таких бойких местах храмы всегда процветают.
Кристофер подошел к широким ступеням и остановился в нерешительности. Ему хотелось войти, но вдруг на этот счет у местных жителей есть какие-то особые традиции, и его сочтут святотатцем?
– Эй, – окликнул его немолодой горожанин. – Вы новый исповедник?
– Простите? – Кристофер обернулся.
– Я говорю, вас прислали служить в храме Хранительницы? – мужчина подошел ближе. – Дело хорошее. С тех пор, как осквернили храм, у нас нет исповедника. А людям нужно где-то молиться. Если вам помощь нужна, вы только скажите.
Горожанина звали Томом. Он был плотником и жил на окраине. Том оказался разговорчивым и охотно рассказал, как мальчишка, помогавший исповеднику в храме, украл древнюю рукопись, убил своего наставника и сбежал. Оскверненный убийством храм навлек на Мидлтон гнев Хранительницы. Двери храма закрылись для всех, и отнюдь не фигурально.
– Мэр стал писать в Аурум и Сангру, просить новых исповедников в Орденах. Исповедников-то прислали, только те как ни старались, не смогли даже переступить порог храма. Помаялись в Мидлтоне, с тем и уехали.
И мидлтонцам стало совсем худо.
– С тех пор