Зрение прояснилось, и я увидел, как в меня летит кулак. Чисто на инстинкте успел уклониться и кинул парня через бедро.
Лысый упал на спину, и я был готов размазать его лицо в кашу. И сделал бы это, если бы не подбежал Синий.
— Придурки, вы чего творите? — он оттолкнул меня от лежачего.
— А на фиг он к моей девушке лезет? — я в ярости пытался вырваться.
— Да успокойся ты!
— Хватит с него, Макс, — поддержала Алина, стоящая в нескольких шагах от нас с бутылкой воды в руках.
Лысый поднялся, но Синий уже стоял между нами.
— В город приедем, и ты мне за всё ответишь, ублюдок! — прорычал Лысый и сплюнул на землю.
— Иди в другой фургон, — приказал ему Синий. — А Факелу передай, чтоб занял твоё место. Уяснил?
— Да, — рявкнул тот и поплёлся к грузовику, не забыв напоследок окинуть меня злобным взглядом.
— Ты тоже, Макс, будешь вестись на провокации — лично тобой займусь, — предупредил Синий.
— И что, я должен стоять в стороне, когда какой-то хмырь подкатывает к моей девушке? — возмутился я. — Она сказала «нет», а он продолжил. Может лучше ей было заморозить его?
— Макс, — Алина успокаивающе дотронулась до моего плеча. — Не кипятись.
— Твоя она или нет решится в городе по нашим законам, раз уж поехали с нами, — продолжил Синий.
— Каким-таким законам? — теперь возмутилась уже Алина.
— Вам всё расскажут по прибытии, — отмахнулся он и пошёл к первому фургону.
Во время пути мы ещё раз пять спрашивали Синего о законах его города, но каждый раз он говорил: «Да вы задрали уже. Я же сказал потом!». Остальные представители отряда в нашем, да и соседнем фургоне, также отказались мне что-либо рассказывать о местных законах. Я не спрашивал разве что у Лысого.
На последних остановках земля вокруг перестала быть безжизненной, чёрной. Под ногами зашуршала редкая трава. И чем ближе мы подъезжали к городу, тем больше растительности встречалось на остановках.
Вскоре фуры свернули с просёлочной дороги на старый асфальт. И, к вечеру, мы въехали в поселение, огороженное высоким частоколом. Грузовики остановились посреди асфальтированной улицы, по обе стороны стояли либо старые кирпичные дома, либо новые на вид — деревянные. Редкие фонари освещали темнеющую округу.
Я выбрался из кузова и помог слезть Алине. Пока перед нами выходили остальные, Синий успел отыскать старушку лет семидесяти.
— Алина, это Тётя Клава, она у женщин старшая. Покажет тебе всё и расскажет, — представил её Синий. — Выделите новенькой комнату? — он обратился к угрюмой старушке.
— Выделим. Тонька неделю назад скончалась от родов, вот её комнату и отдам.
Синий одобрительно кивнул.
— Я хочу жить с Максом, — спешно проговорила Алина.
— Не положено, — заправским тоном отрезала Тётя Клава.
— Как это не положено? — возмутился я.
— Сперва-наперво Князь на вас посмотрит. Потом составим список желающих. И уж кто в битве победит, тому она и достанется, — размеренно объяснила бабка.
И этот ответ меня шокировал.
— Что за бред ты несёшь, бабка?
— Язык тебе с мылом надо вымыть, невежда! — Тётя Клава нахмурилась, и судя по виду была готова хоть сейчас осуществить свою угрозу.
— Макс, давай утром свалим отсюда? — взмолилась девушка.
— Синий, мы можем переночевать? Если нет, то уйдем сейчас!
— Да погодьте вы паниковать. Я завтра объясню Князю вашу ситуацию, попробую уломать его пойти вам навстречу, чтобы испытание за девушку было максимально простое.
— Ты же специально отнекивался от наших вопросов в пути, чтобы мы не свалили. Как теперь тебе верить? — процедил я.
— За чертой города без еды и воды за сколько вы сдохните? Думаю, дня за три, — усмехнулся Синий. — А так, у вас есть шанс не только выжить, но и остаться вместе.
— Ладно, мы же сможем уйти, если условия Князя нас не устроят? — Алина смотрела прямо в синие глаза мужчины, что сияли в темноте подобно фосфору.
— У него и спросите. Обычно новички такие вопросы мне не задают.
— Что думаешь? — спросил я у Алины.
— У нас нет особого выбора, — печально ответила она и отпустила мою руку.
Алина ушла за Тётей Клавой, а я остался помогать с разгрузкой фур.
За пару часов мы перетаскали все коробки на склад, или распределитель, как его называли местные. Там работал доверенный Князю человек, который распределял запасы между людьми и на общую кухню.
На стене склада висел лист, где каждый мог написать, что нужно конкретно ему или его семье. При появлении нужного названия вычёркивались. В основном людям не хватало медикаментов и предметов первой необходимости. А рядом с каждым женским именем было написано либо «тампоны, прокладки», либо «подгузники» и дальше указывался возраст ребенка, и эта цифра периодически зачёркивалась, и рядом красовалась новая.
— Тяжело тут женщинам живётся, — высказался я вслух, а один из мужчин меня услышал.
— Да не скажи! Их тут так мало, что за каждую драться приходится.
— Что? Да это дикость какая-то. А ты вообще кто?
Я видел этого усатого мужичка лет сорока первый раз.
— Хранитель. Я главный в распределителе. Ты смотрю новенький?
— Да, я — Макс.
— А кликуха какая?
— Да не придумал еще. И вариантов пока нет. Ты можешь рассказать, что будет с моей подругой? — уже вежливо попросил я.
— Если она молода и красива, то тут пол Князево соберется. А там уж кто победит.
— Куда соберётся? Можешь нормально рассказать?
Хранитель выдохнул, почесал густые усы и продолжил:
— На площади. А там один на один до первой крови. Кто последний останется, того и девка. Но загвоздка в том, что других правил нет.
— Хочешь сказать, что мутанты будут использовать способности?
— Ага. У нас немало сильных. У самого-то какой дар от радиации?
— Да никакого. Но боюсь Алина вашего избранника запросто заморозит.
— Мужа убьёт, тогда насильно в камере рожать будет. Раз в девять месяцев будут её вырубать и, ну ты понял… — Хранитель отвернулся, словно ему было стыдно такое говорить. — У нас три таких женщины были, над которыми мужья издевались. Одна повесилась через год плена, другая заколола ребёнка осколком от кружки, а потом и себе вены вскрыла. Третья живёт, но уже три года не разговаривает. Смотрит в одну точку и всё. Она рожает, а детей другим парам отдают на воспитание. Надо же как-то род человеческий продолжать.
Я был в шоке от этих подробностей.
— Синий обещал отпустить нас. Он сдержит слово?
Мимо нас прошла очередная группа парней с коробками.
Мужчина дождался, пока они пройдут, и замотал головой, отвечая на мой вопрос.
— Будь осторожен, что бы ты там не придумал, — посоветовал он мне напоследок и скрылся в коридоре высоких стеллажей.
Я был уверен лишь в одном: нужно срочно искать Алину и бежать отсюда.
— О, Макс! Пошли баню топить! — позвал меня сзади Факел.
— А без бани никак? Очень устал, — я сделал уставший голос.
— Никак. Наш отряд в общаге живёт, тебя пока к нам прикрепили, —