Так что со смертью Хитроу положение «Белинды» улучшилось, а не ухудшилось. Надо было только внимательно следить за менеджерами по продажам, которые занимались поиском новых клиентов для корпорации. Вот их следовало тщательно оберегать и, одновременно, контролировать. Особенно Поля Фоссена, традиционно поставлявшего «Белинде» наиболее интересный и дорогой товар.
— Матиас! — нагнувшись к стационарному коммуникатору, произнес Лоу. — Зайди ко мне, если не занят.
— Есть, босс!
Матиас Бреме появился в кабинете президента уже через несколько мгновений, так, словно ждал вызова в приемной.
— Быстро ты… — усмехнулся Лоу, радуясь, что дисциплина в его «конторе» по-прежнему на высоком уровне. А ведь поначалу, после смерти Хитроу, начались разброд и шатания. Некоторые менеджеры, причем высокого уровня, впали в депрессию, кое-кто ударился в панику. Впрочем, Герхарду скоро удалось восстановить дисциплину. Всего-то потребовалось «уволить» несколько человек…
Остальные сами смекнули, что лучше оставаться на местах, четки выполнять приказы и не выступать.
— К вашим услугам, босс, — ухмыльнулся Бреме, чуть склонив голову в шуточном поклоне.
Коммерческому директору «Белинды» вообще были свойственны двусмысленные сентенции. Герхард Лоу давно привык к этому и не обращал внимания на выходки своего помощника.
— Матиас, как у нас дела с новыми заказами? — поинтересовался Лоу, жестом предлагая заместителю опуститься в кресло, стоявшее у небольшого стеклянного столика причудливой формы.
— С легальными? — изогнув бровь, поинтересовался Бреме. — Или…
— Или, — чуть нахмурившись, тут же ответил президент. — С легальными мне все понятно из отчетов. Вон, видишь, только что перечитал кучу макулатуры. Затраты, расходы, налоги, прибыль… Тьфу! Что у нас с загрузкой блока «Зет»?
— Работает на три четверти максимальной мощности, — ответил коммерческий директор. И тут же добавил: — Теоретически рассчитанной максимальной мощности… Еще немного больше — и возможен новый рост «протоплазмы».
— А на полную загрузить? — поморщившись, уточнил Лоу. — Оборот позволяет.
— Рискованно, — подумав, заявил Бреме. — Во-первых, сейчас «прото» стабилизировалась, не растет и полностью известны параметры ее содержания. Избыток пищи может привести к новому росту. Это нежелательно: бассейн трудно увеличить. Во-вторых, что, если подвернется клёвый заказ, дорогой, срочный. А блок перегружен. Как быть?
— Поставим в очередь… — махнул рукой Герхард. — Экая проблема. Скажем, что все выполнено, получим деньги. Реализуем операцию чуть позже.
— Неправильно это, — усомнился Матиас. — Вдруг проверка или еще чего? До тех пор, пока склад пустой, всегда можно говорить, что наша разработка предназначена для утилизации отходов. И точка. А если хоть одно тело найдут? Потянут за ниточку — все раскопают. И вообще, нам доверяют только потому, что мы никогда не обманывали клиентов. Ну как поползут слухи…
Лоу вскочил, прошелся по кабинету, потягивая себя за кончик носа.
— Да, ты прав! — согласился он. — Значит, необходимо ускорить работу над более агрессивной формой, способной перерабатывать материал за короткий период. Подбери хороших биологов-органиков. Быть может, после университетов. Нужны неординарные ходы…
— Все понял, босс!
— И еще. Помню, от Фоссена была предварительная информация, что в ближайшее время поступит хороший заказ. Как там дела?
Матиас Бреме радостно улыбнулся, раскрывая папку, которую до той поры держал на коленях.
— Сработал, как обещал, босс! Поль никогда еще нас не подводил.
Матиас бросил на стол несколько фотографий и два листа, скрепленных между собой. Впрочем, Герхард Лоу не стал их читать, лишь мельком глянул на портрет упитанного черноволосого мужчины. Человеку можно было дать лет тридцать пять или сорок.
— Артур Мноян… — прочитал он имя на обороте. — Что, и впрямь богат?
— Очень! — заверил Бреме. — Владелец нескольких гостиничных комплексов на восьми планетах. Сеть магазинов мелкооптовой продажи с оборотом в миллиарды кредиток в месяц. Инвестиции в строитель…
Мелодичный сигнал вызова не позволил коммерческому директору «Белинды» закончить мысль. «Абонент неизвестен», — сообщил аппарат приятным женским голосом, и Герхард, несмотря на то что с момента гибели Боба Хитроу пролетело уже три или четыре месяца, вновь ощутил непонятную тревогу внутри.
— Защищенный канал, — добавил электронный анализатор спустя несколько мгновений. — Определить планету, откуда ведется передача, невозможно.
— А ну-ка, сядь вон туда, в угол! — приказал Лоу, кивком головы отправляя заместителя на стул, расположенный в дальнем конце помещения. Сам Герхард тут же повернулся к видеопанели, усаживаясь в кресле так, чтобы в поле зрения собеседника не попал кабинет за спиной.
— Да! — резко бросил Лоу, активируя линк. — Герхард Лоу у аппарата. Кто говорит?
— Здравствуйте, Герхард! — просипел знакомый голос, и президент «Белинды» в первую секунду онемел от изумления. На него откуда-то издалека уставился Тадеуш Верхольф, загадочно исчезнувший из зала правительственных слушаний в момент гибели Боба Хитроу. Тадеуш Верхольф, который успел-таки превратить средства, вложенные в ценные бумаги, в наличные деньги до того, как полиция Межгалактического Союза наложила арест на собственность Хитроу и Верхольфа…
— Ба-а-а! — протянул Лоу, напряженно улыбаясь. «Легок на помине». — Вот не ожидал… Здравствуйте… Как давно мы…
— Не время, — оборвал его бессвязную речь толстяк, не очень сильно изменившийся за последние месяцы. Все те же обвислые щеки, мешки под глазами, как будто Тадеуш не спал несколько суток, крупные капли пота на лбу. — Я по делу, мистер Лоу.
— Какое же у вас дело, дорогой Верхольф? — все так же напряженно улыбаясь, поинтересовался Герхард. Он чувствовал, что разговор не принесет добрых вестей. Не зря Верхольф позвонил с анонимного коммуникатора, в котором отсутствовало обратное декодирование точки выхода в сеть общего доступа.
— Вам нужно срочно сворачивать бизнес, Лоу! — сообщил толстяк, вытирая пот со лба.
Сдавленный возглас изумления за спиной Герхарда заставил Верхольфа вздрогнуть.
— Что там у вас, Лоу? — спросил он. — В кабинете кто-то есть?
— Никого, — не моргнув глазом, соврал президент «Белинды». — За окном стая птиц на ветках. Орут, знаете ли, сволочи…
— Сворачивайте бизнес, Лоу! — повторил Верхольф. — Это приказ!
— Как это «сворачивать»? — передразнил собеседника Герхард. Он всегда недолюбливал потливого толстяка, терпел Верхольфа только потому, что так приказывал Хитроу. Была б воля Герхарда — давно отправил бы эту жирную свинью в блок Z…
— Все сворачивать! — раздраженно пропыхтел Тадеуш, вновь вытирая лоб. — Что тут неясного? Лаборатории — уничтожить! Рядовых сотрудников — уничтожить! Сеть посредников — законсервировать, но оставить лишь самых толковых.
— А саму разработку? — деловито осведомился президент «Белинды», уже точно зная, что выполнять приказ Верхольфа не станет.
— Разработку — также уничтожить! Вы же не сможете ее транспортировать в другое место?
— Нет! — подтвердил Лоу. — Пока не умеем. Не научились еще. Слишком сложная форма, выживает только при определенных условиях. Один раз перевозили ее, чуть не погубили. Но тогда она была маленькой.
— Вот я и говорю: уничтожить!