Все так же, в тягостном раздумье, Тамара зашла в подъезд, на лифте поднялась на свой этаж, на автопилоте открыла дверь и вздрогнула, когда из своей спальни ей навстречу вышла Вика.
- Ты чего такая чумная? - спросила сестра с фирменной своей насмешкой, происходящей не от большого ума.
- Да так, задумалась.
- Задумалась она! - Вика пальцами взяла ее за щеки, заставила посмотреть себе в глаза.
Опять на нее что-то нашло. Тамара давно уже привыкла к странностям сестры и научилась не придавать значения ее манипуляциям.
- Губы можешь не подкрашивать, а то он подумает, что ты любишь это дело.
- Какое дело? - Тамара и пыталась, но не смогла сохранить невозмутимость.
- А кто подумает, это не важно? - спросила Вика.
Из комнаты вышел высокий загорелый парень, лицо которого показалось Тамаре знакомым. Высокий лоб, прямой нос, широкие скулы, прямоугольный подбородок, маленькие, близко посаженные глаза.
- Никто ничего не думает, - сказал он и с бодрой, но вместе с тем и виноватой улыбкой глянул на Тамару.
- Родион?
- А ты сомневаешься, да? Вроде как два года письма мне писала. - В его голосе чувствовался укор, который он пытался скрыть.
- Я не писала.
- И не думала.
Тамара с досадой глянула на Вику. Она все помнила и даже в чем-то была виновата перед Родионом. Но вовсе не обязательно было тащить его в дом. Ей вовсе не хотелось выслушивать его претензии. В конце концов, между ними не было никаких обязательств. Свой адрес она ему дала скорее из жалости, чем из симпатии. Несчастные призывники уходили в армию, и в лице Родиона Тамара пожалела их всех.
- Почему я должна была думать о тебе?
- Я не нарушил твой покой? - с непонятным сарказмом спросил Родион.
- Нет, ты не нарушил мой покой.
Тамара смотрела на него с раздражением, но вместе с тем и с интересом. Было в нем что-то этакое, незаурядное, привлекательное. Взгляд ясный, открытый, чтобы душа была видна на всю ширину. Черты лица правильные, даже в чем-то породистые. Но ему явно не хватало утонченности. Манеры далеко не изысканные. Повадки простого парня, не избалованного ханжеским воспитанием и стремлением к надуманным высоким идеалам. Его бы обтесать, отшлифовать, но так ведь не захочет.
«Или я смогу его уговорить?»
Эта мысль мелькнула где-то в глубине ее сознания, высекла искру интриги, но тут же погасла. Что-то не было у Тамары желания браться за Родиона.
- А кто-то нарушил, да? - осведомился Родион и глянул на Вику так, как будто искал у нее подтверждения тем словам насчет Эдика.
Тамара же посмотрела на сестру с укором. Вике вовсе не обязательно было посвящать Родиона в подробности ее личной жизни.
Как это ни странно, Родион понял все правильно, но молчать не стал.
- Это меня не касается? - спросил он.
- Надеюсь, ты покормила гостя? - Тамара не без ехидства глянула на сестру.
Вика не могла накормить даже саму себя. Это ведь нужно в холодильник лезть, колбасу из свертка доставать, резать, накладывать на хлеб. А горячий бутерброд - так это вообще из области фантастики. В этом случае придется еще и с тостером немного повозиться.
- Так тебя ждала.
- Ждала или ждали?
- Да я уже все, ухожу, - заявил Родион.
- Он уходит, - сказала Вика и кисло глянула на старшую сестру.
- Ну что ж… - Тамара слегка замялась, не зная, что сказать. - Рада была увидеть тебя.
Родион усмехнулся и с едким прищуром посмотрел на нее. Она рада была избавиться от него, но никак не увидеться с ним. Если эта особа способна обманывать в малом, то в большом ей верить точно нельзя. Лживая она и даже коварная, а может, и еще хуже.
Именно так Тамара и расшифровала его взгляд, и ей вдруг стало стыдно. Нет, она, конечно, не ангел, но и лживой дрянью никогда не была. А шлюхой тем более.
- Может, чаю на дорожку попьешь? - спросила девушка.
- Даже чаю не попью, - все с той же усмешкой ответил Родион.
Тамара качнула головой, глядя на него. Сейчас он уйдет и всю свою длинную жизнь из-за какого-то короткого разговора будет считать ее стервой. Она не хотела, чтобы этот парень о ней плохо думал.
- Сейчас ужинать будем, - упрямо сказала Тамара.
- Я же говорю, пора мне.
- А если я очень хорошо попрошу?
Родион кивнул, соглашаясь немного задержаться. Тамара с удивлением для самой себя облегченно вздохнула. Еще несколько минут назад она не думала об этом парне, а сейчас готова была удерживать его силой. Не должен он уйти, во всяком случае, сейчас. Знать бы еще, почему это для нее так важно.
Глава 2
Халат на Тамаре длинный, плотно запахнутый, лишь с легким намеком на декольте, но сексуальность ее тела просачивалась через плотный шелк так же легко, как сок сквозь марлю с мятой вишней. Родион курил на балконе, а она стояла в дверях с затаенной улыбкой на губах. Он смотрел на нее с таким волнением, как будто она зашла к нему в спальню, чтобы снять этот самый халат. Вечер, но на улице светло. На юге в это время уже темно, а Москва географически куда ближе к белым ночам.
Родион глубоко затянулся напоследок и затушил сигарету, чтобы не дымить на Тамару.
- Ты часто не кури, - сказала она и взглядом показала вниз. - А то у нас тут соседка.
- Все, до завтра не буду.
Родион не хотел оставаться на ночь, но Тамара настояла. Она и ужином его накормила, и в душ отправила. Вику к себе в спальню забрала, освободила для него комнату.
Родители у них пропадали на даче, места в доме было много, но это вовсе не значило, что Родион мог поселиться здесь. Тамара ничего на этот счет не говорила, но ему и без того все было понятно. Лишний он здесь. Завтра утром иссякает лимит на гостеприимство, и вечером Родион будет уже в поезде.
Он так решил, хотя жуть как не хотел уезжать. Парень знал, что без Тамары тоска сожрет его за неделю, если не раньше.
- Завтра на вокзале покурю, - добавил он.
- Уезжаешь. - Она скорее утверждала, чем спрашивала.
- Да, родителей проведать.
- А потом?
- Работать буду.
- Где?
- В Новосибирске. У отца бригада строительная.
Тут Родион