Концы полоски сошлись внахлёст. Я прижал их друг к другу, притянул к ним лунную линию. Под воздействием силы они сцепились плотно и неразрывно.
Добычу я зафиксировал. Стандартная процедура, если пойман беглец, владеющий лунной тягой. Жаль только, что оплачивать такие браслеты приходится из своего кармана. Они одноразовые, но зато с индивидуальной меткой ловца — и удостоверяют, кому принадлежит трофей. И кому, соответственно, причитаются премиальные…
Достал я и свой жетон — обычную железную бляху с номером. Держа её в поднятой руке, развернулся лицом к двери.
Сапожищи уже грохотали по коридору. Дверь распахнулась, и ворвались двое стражников в тёмно-серых шинелях. Я произнёс отчётливо:
— Ловец Неждан Солодов. Номер лицензии — сто одиннадцать. Произведено задержание с применением тяги.
Стражники оглядели разгромленную каморку. Старший из них, с лычками ефрейтора, буркнул:
— Эх, кто бы знал, как я это ненавижу… Приходят такие вот, учиняют всякие непотребства, а мне — отчитывайся потом… Ну, и кто тут у нас? Ты его не насмерть, надеюсь? Мне только жмуриков не хватало…
— Клиент оглушён, но жив. В картотеке значится как Вещун.
— Да ну ладно? — Стражник уставился на меня недоверчиво. — Вещун в нашем околотке? Ты, часом, не с перепоя, Солодов?
— Трезв, как стёклышко. Прошу запротоколировать задержание.
— Да уж не сомневайся. С нами пойдёшь в участок, дашь подробные показания.
— Это полностью совпадает с моими планами. Готов оказать всемерное содействие стражам правопорядка.
Ефрейтор нахмурился, впился взглядом, ища подвох, но я смотрел на него честными глазами. В комнату вошли ещё двое в униформе. За их спинами маячил трактирщик — мрачный, как туча.
Вещун пошевелился. Его подняли, защёлкнули на запястьях наручники-блокираторы. Когда его конвоировали мимо меня, он бросил мне:
— Дурак ты, ловец.
Я ничего не ответил. Откат донимал меня всё сильнее, и я думал только о том, чтобы не свалиться от слабости. Даже мысли о предстоящей награде отодвинулись куда-то на задний план.
Мы выбрались на улицу. Никаких признаков разгрома, учинённого в помещении, снаружи заметно не было, но толпа зевак уже собралась. Стражников прибавилось тоже — сигнализация, очевидно, переполошила всех знатно, зафиксировав мощный всплеск.
В участок меня доставили на самоходных санях. Младший стражник рулил, сидя впереди, а мы с ефрейтором разместились у него за спиной, перед лунной линзой. Та во время поездки меняла цвет от сырно-жёлтого до охряного, чередуя привязку к осенним лунам. Винт позади неё надсадно гудел.
Когда мы добрались, меня сразу препроводили к начальнику — грузноватому господину лет сорока пяти с бакенбардами и погонами капитана. Он вознамерился допросить меня лично. Хотел, судя по всему, разобраться, что ему сулит этот инцидент — нагоняй от вышестоящих или, наоборот, благодарность? С одной стороны, Вещун разгуливал безнаказанно по его территории. С другой — беглеца схватили-таки именно здесь, при участии бравых стражников.
Истолковать эту коллизию можно было по-разному, в зависимости от настроения толкователей. И те не заставили себя ждать.
Едва капитан приступил к допросу, дверь открылась без стука, и в кабинет шагнула блондинка лет двадцати — высокая, подчёркнуто стройная, с грацией хищной кошки. На ней была короткая приталенная дублёнка с меховой оторочкой, высокие сапоги и обтягивающие брюки.
Она провела ладонью перед своим лицом, будто смахнула что-то невидимое, и на коже вокруг левого глаза проступил замысловатый узор — переплетение белых линий, искрящихся, как свежевыпавший снег. Узор этот был виден сейчас даже обычным зрением — она специально сделала так, чтобы удостоверить свой статус.
— Дом Белой Ольхи, — сказала она. — Радислава Дольцева, шестая наследница-по-луне. Я уполномочена принять задержанного преступника, известного как Вещун, и доставить его в наш Дом для проведения дознания. Распорядитесь немедленно, я спешу.
— Прошу простить, луноликая. — Хозяин кабинета вскочил и вытянулся во фрунт. — Означенная персона была объявлена в розыск коллегиальным решением четырёх Великих Домов. Осуществить выдачу я могу лишь на основании их совместного требования, оформленного по правилам.
— Я ослышалась, капитан? — Блондинка прищурилась. — Вы выражаете несогласие с действиями нашего Дома? Отказываетесь выполнить его волю, донесённую до вас прямо и недвусмысленно?
— Никак нет! — гаркнул глава участка. — Прошу лишь придерживаться установленного порядка и оформить всё надлежащим образом!
С десяток секунд они сверлили друг друга взглядами. Блондинка катала желваки по щекам, а капитан отважно сопел.
— Что ж, — сказала она, — вы сделали выбор. Буду считать это выражением вашей личной позиции по отношению к Дому Белой Ольхи. Мы это запомним.
— Но, луноликая…
— Теперь дальше. Это ловец?
Она ткнула в меня пальцем. Капитан подтвердил:
— Так точно. Действовал на основании лицензии. Произвожу допрос для выяснения обстоятельств…
— Я разберусь. Оставьте нас, пожалуйста, наедине.
Начальник побагровел. Визитёрша хамила ему в лицо, но формально речь шла о просьбе — и отказаться, сославшись на служебные правила, было уже сложнее. Дипломатический лёд под ногами стал слишком тонким. Мне показалось, что я услышал, как капитан заскрипел зубами. Но вслух он не произнёс ничего — лишь кивнул и вышел, хлопнув дверью в сердцах.
Блондинка, взяв себе стул, устроилась напротив меня. Закинула ногу на ногу и некоторое время молчала, глядя в упор. Затем спросила:
— Фамилия?
— Солодов, луноликая.
— Сословное положение?
— Дворянин вне Дома. Мелкопоместный.
— Ну, рассказывай, Солодов. Как ты исхитрился, не будучи высшим аристократом, справиться с Вещуном? Он усилил свой дар, используя запрещённые практики. Оперирует тягой четырёх лун, насколько я знаю. И тут вдруг его берёт рядовой ловец. Пёс из подворотни заваливает матёрого волка. Я прямо заинтригована.
— Мне просто повезло, — сказал я. — Он отвлёкся, а я его подловил.
— Очень содержательный, исчерпывающий рассказ. — Она усмехнулась. — Теперь слушай меня, повторять не буду. Мы тут с тобой не в игры играем. Я спрашиваю, ты отвечаешь — быстро, по существу. Это ясно?
— Да, луноликая.
— К твоей драке с Вещуном мы ещё вернёмся. А пока вспоминай, что он тебе говорил. Дословно, с подробностями.
И тут передо мной воздвиглась дилемма.
Если Вещун не наврал про Дрейф, то мне теперь требовался способ, чтобы конвертировать эту информацию в золото. Проще говоря, я хотел продать её одному из четырёх Великих Домов. Но какому именно?
Теоретически Дом Белой Ольхи был в этом смысле не хуже трёх остальных. Но разговаривать надо было с его правящей матерью или хотя бы с кем-то из её дочерей, а не с наследницей-по-луне, всего лишь шестой по счёту. А если так, задача сейчас сводилась к тому, чтобы через блондиночку выйти на её покровителей…
— Солодов, ты заснул? Я задала вопрос!
Она попыталась шлёпнуть меня по щеке ладонью. Я рефлекторно