– Мне это понятно, хотя я экономист по образованию, но изучала основы законодательства, особенно хозяйственного,– призналась Стужина и взглянула на золотые часики на тонком запястье, сверкнув бриллиантом на пальце правой руки, дав понять что аудиенция окончена.– Значит договорились. Я вас жду завтра.
– Искренне благодарен вам, Ника Сергеевна, за доверие,– без актерской фальши сказал он. – Завтра буду, как штык.
– В добрый путь, как говорится, большому кораблю большое плавание. У вас при таком богатом опыте прекрасные перспективы для карьеры. Ну ладно, не будем загадывать наперед, проявите себя с лучшей стороны и ваше усердие будет по достоинству оценено и обязательно материально вознаграждено.
– Благодарю за доброту и заботу,– склонил он голову и галантно поцеловал ее теплую руку, задержав немного дольше, чем того требовал этикет. По тому, как полыхнула жаром ее мягкая ладонь и пробежал трепет по изящной руке, майор понял, что за внешней неприступностью и строгостью скрывается очень чувственная и темпераментная женщина, способная своими хмельными чарами осчастливить мужчину.
– Павел Иванович, не забывайтесь, сюда может войти Наташа, она шустрая, как стрекоза,– прошептала Стужина, отнимая руку. Краска смущения полыхнула у нее на нежных щеках.
– Простите, великодушно, это от волнения и радости, я не ожидал, что все решится так быстро и благополучно. Очень вам признательный.
Он вышел, не оглянувшись. “Налетел, как вихрь, обворожил,– подумала женщина.– Но то, что он профессионал не вызывает сомнений. Что ж и по одежке он пришелся, и по уму. Поживем, поработаем и увидим каков Павел Иванович в деле.”
В кабинет стрекозой впорхнула Ласка, увидела взволнованное, зардевшее лицо начальницы и воскликнула:
– Что с вами, Ника Сергеевна? Не заболели ли, жар, а может, этот мрачный господин огорчил своим визитом и разговорами?
– Устала я, Наташа,– пожаловалась Стужина, достала из сумочки косметичку, открыла ее и слегка припудрила пылающие щеки. – Подготовь приказ о назначении господина Лещука Павла Ивановича на должность юрисконсульта. Считай, что нашего полку прибыло.
–Так он же мужчина? – удивилась Ласка.
– Запомни, милая, у нас в фирме и офисе нет мужчин и женщин, есть сотрудники,– произнесла Стужина.– Никаких различий по половому признаку. Любовные отношения, страсти, страдания и переживания, интриги, сплетни и козни – должны быть за стенами офиса. Вот тогда мы одна сплоченная команда и никакие финансовые кризисы нас не погубят.
– Дай вам Бог здоровья и счастья, Ника Сергеевна, мы за вами, как за каменной стеной!– театрально восхитилась Наташа с лукавым блеском в черных, как маслины, глазах.
2. Ревность или прагматизм?
Неожиданно на пороге кабинета появился вице-президент Тяглый. Обычно, прежде чем побеспокоить Стужину, он связывался с ней по прямому, минуя приемную, телефону и просил разрешения войти для обсуждения той или иной проблемы. На сей раз, изменил этому правилу. Ласка даже не успела предупредить президента о его странном поведении и вторжении.
– Ника Сергеевна, извините, но это не лезет ни в какие ворота?! – запальчиво воскликнул он с лихорадочным блеском глаз и красным, словно фонарь, лицом.
– В какие ворота, Рэм Анисимович? О чем вы? – удивилась Стужина.
– Ника Сергеевна, голубушка, – смягчил он тон.
– Голубушка? Это что-то новое. Прежде вы меня так не называли, ласковое слово не выдавишь. Настоящий аскет.
– Извините, невольно сорвалось, – смутился Тяглый и продолжил. – Раньше я не вмешивался в кадровую политику. Тем более, что вопросы по приему новых специалистов решались коллегиально на заседаниях правления. А теперь вы собираетесь без ведома и мнения членов нашей команды принять на должность юрисконсульта старшего следователя милиции. Как это прикажите понимать?
– Рэм Анисимович, успокойтесь, не нагнетайте эмоции, охладите свой пыл, – она налила в стакан минеральную воду и подала ему. – Я уже фактически приняла в фирму бывшего следователя, майора милиции Лещука Павла Ивановича. Завтра состоится его представление коллективу.
– Что вы торопитесь, как на пожар или голая в баню, – сделав пару глотков, безапелляционно прервал ее вице-президент.
–Прошу выбирать слова, следите за своей речью, – обиделась женщина. Он, пропустив замечание, продолжил:
– Любезная Ника Сергеевна, бывших следователей, как и разведчиков, шпионов, не бывает. Это все равно, как черного кобеля не отмоешь добела. Можно считать патологией. Прежде, чем принять его на работу, вы обязаны были тщательно изучить его досье, служебную характеристику, поинтересоваться отзывами его коллег. Не исключено, что его турнули изгнали из милиции за злоупотребления служебным положением, за пьянство, аморалку или другие прегрешения?
– Не будьте наивным человеком, – усмехнулась Стужина. – Кто мне даст его личное дело, досье, что под грифом «секретно»? Если мы никого из своих сотрудников не афишируем, то в милиции, где все построено на приказах, инструкциях, субординации, и подавно. Кстати, кто вам донес о моем решении? Кроме меня и Ласки никто об этом не знал?
Спросила, отлично понимая, что Наташа не удержала язык за зубами.
– Не важно, кто? Увидел в офисе незнакомца и сразу догадался.
– Так вы экстрасенс, ясновидец. Поздравляю!
– Интуиция, проницательность, расчет, – смутившись, промолвил он, перейдя в наступление. – Ника Сергеевна, нельзя исключить и такой вариант, что высокие чины из спецслужб с дальним прицелом внедряют в нашу фирму этого Лещука, чтобы впоследствии сместить вас с должности президента, а затем и всю нашу команду выставить за ворота. Либо заставить делиться с ними прибылью.
Поди, не забыли очень поучительный миф о троянском коне? Сейчас очень широко практикуются рейдерство и крышевание коммерческих фирм не только криминалитетом, но и правоохранительными органами. Установит в фирме полицейский режим. Хитрость и коварство неистребимы.
–Рэм Анисимович, не фантазируйте и не преувеличивайте риски. У страха глаза велики, – усмехнулась президент и велела.– Завтра же подготовьте для юрисконсульта Павла Ивановича Лещука все материалы по нашим злостным должникам.
–Как вам угодно, госпожа Стужина, – сухо, не скрывая обиды, ответил Тяглый. – Все же имейте в виду, что при хроническом дефиците финансирования из госбюджета блюстители вынуждены откуда-то брать средства на красивую жизнь? Сейчас очень широко практикуются рейдерство и крышевание коммерческих фирм не только криминалитетом, но и правоохранительными органами. При хроническом дефиците финансирования из госбюджета им же надо откуда-то брать средства на красивую жизнь? Ника Сергеевна, и все же, несмотря на мое нежное отношения, вы превысили свои полномочия. Фирма, хотя и названа вашим именем, не является частной лавочкой. Мне и другим сотрудникам не безразлично кого вы принимаете на работу. Я буду инициировать экстренное заседание правления. Уверен, что меня поддержат Крот, Бабей, Дробицкий и другие принципиальные сотрудники.
– Значит ультиматум, бунт на корабле?
– Так должно быть для исключения ошибок в подборе кадров.
– Эх, Рэм Анисимович, у вас генетически проявился синдром сталинизма, когда вокруг были одни шпионы, враги народа и сексоты, – упрекнула она. – Чрезмерная бдительность порождает атмосферу подозрительности, недоверия, сковывает творческую инициативу, стимулирует регресс. После беседы с Павлом Ивановичем я убедилась в искренности