— Дед говорил тебе, что хочет домик на юге? — осторожно поинтересовался я.
Мама задумалась.
— Вроде нет. Не помню такого.
— Так вот, появилась хорошая дача, и очень дешево. Он боится, что ее заберут, и хочет, чтобы ее купили мы. Точнее ты. Причем срочно. Он попросту не успеет приехать.
Я внутренне замер, ожидая, что она начнет отнекиваться, потому что ей страшно и не хочется напрягаться.
— Да? И что надо делать?
— Ты согласна помочь деду⁈ — обрадовался я и рассказал маме, что от нее требуется.
Реакция была странной.
— Он настолько нам доверяет, что готов оформить на меня, чужого человека, дом?
— У него нет никого, кроме нас, — объяснил я. — Значит, я еду говорить с продавцом и, скорее всего, завтра проведем сделку. Спасибо за помощь!
— Тебе спасибо, сын! Какой ты у меня уже взрослый!
Мы распрощались, и я рванул на базу, узнать, приехала ли бабка Тимофея и вообще, как у него дела.
Подвал был закрыт, у Ильи Тимофея не оказалось, зато он вчера успел сказать, что бабка прилетает в обед. Добираться из ближайшего аэропорта два-два с половиной часа.
Взрослый я на похороны матери на такси ехал час с небольшим, но потому, что ночью, и пробок на дорогах не было. А вообще летние пробки в будущем станут настоящим бедствием, хотя сейчас трудно это представить.
То есть по всему получается, что и Тимофей, и бабка сейчас на даче, и там разворачивается баталия между нею и внуком, в которой придется поучаствовать и мне. Вот только говорить, что покупатель — моя мама, не стоит: бабка зла на нас всех за то, что мы разлагаем ее пирожочка, и может из вредности отказаться нам продавать домик. Как действовать, сориентируюсь по ходу дела.
В дачный кооператив я решил прокатиться на мопеде, но, свернув на грунтовку и увидев, как два заляпанных грязью мужика пытаются вытолкнуть из раздолбанной колеи, больше напоминающей болото, забуксовавший «Москвич», понял, что совершил стратегическую ошибку, и половину пути проделал пешком, катя мопед по траве.
Вопли я услышал издали, они перекрывали даже рокот речки. Голос у бабки был хриплым, низким, и казалось, что это звучит не человек, а кто-то заживо раздирает ворону. Многочисленные собаки на ее выкрики отвечали заливистым лаем.
Видимо, недавно приехала бабка и еще не выдохлась. Внук, видимо, отвечал спокойно, и ее разбирало все больше и больше. По мере приближения, я начал различать отдельные слова: «…неблагодарный», «в гроб…», «умру…», «…виноват…» Из контекста было ясно, что бабка внуку предъявляет: я тебе лучшие годы жизни отдала, недоедала, недосыпала, а ты вырос — тварью неблагодарной…
— Бандиты! — донеслось до моих ушей.
Это, вероятно, о нас. Неблагоразумно встревать в разборки, потому я встал под инжиром, роняющим капли недавнего дождя, и принялся ждать, пока бабка Тимофея иссякнет. Громыхала речка, превратившаяся в бурный поток, синицы звенели о наступлении осени.
Бабка все орала, Тимофей огрызался все громче — похоже, ссора достигла апогея и пошла на спад, голоса стихали, и теперь было слышно бормотание Тимофея, но вскоре и он смолк.
Пора?
По листьям затарабанил дождь, придавая мне ускорение. Я миновал три огороженные дачи и один пустующий участок, примыкающий к домику Тима, и позвал:
— Тимофей? Ты там как? Встретил бабушку?
Дождь все усиливался, Тим прошлепал к калитке и открыл ее.
— Ярится? — спросил я одними губами.
— На меня. Про тебя я сказал, что это ты заставил меня позвонить. Вроде прониклась, видит в тебе союзника, а я типа на тебя злюсь.
Круто он придумал! Не ожидал от недавнего тюфяка такой гибкости мышления.
— Молодец! Расклад понятен.
Я вошел во двор и покатил Карпа к беседке, куда повел Тимофей. Ночью я толком не рассмотрел, что здесь и как. Бабушка распластала телеса на старом диване, изображая фрау, упавшую в обморок. На старом столе, застеленной клеенкой, стоял кувшин с водой, стакан воды и валялись пузырьки успокоительного.
— Здравствуйте, — поприветствовал ее я, а Тим проворчал:
— Вот, встретились, убедился? Доволен?
Это он правильно решил мне подыграть.
Бабка открыла один глаз, села.
— Здравствуй. Павлик, да?
Я кивнул.
— Спасибо, что образумил моего остолопа.
Я пожал плечами и сразу перешел к делу:
— Вы собираетесь продавать дачу?
— Во тебе, — Тим сунул мне под нос кукиш, — а не моя дача! У тебя своя есть!
— За сколько? — уточнил я.
— Пятьсот долларов, — ответила бабка, и я чуть не подпрыгнул от радости. — Ты правда хочешь ее купить?
В ее голосе читались сомнения.
— Дедушка хочет, вы его помните, — ответил я. — Он отсюда родом, и скучает по родине.
— Шевкет Эдемович — достойный мужчина! — с уважением произнесла бабка.
— Но оформлять будем на маму. Ваша задача — найти председателя и узнать, что нужно для купли-продажи. В принципе, сегодня можно и оформить, и вы сможете поехать домой, чтобы Тимофей не пропускал занятия в школе.
— А я думал, ты друг, — театрально продекламировал он, но его бабка не уловила фальши.
— Он просто погибели моей желает, — пожаловалась она. — Чем раньше я прооперируюсь, тем лучше. Да, я сделаю все, что от меня нужно, чтобы ускорить сделку.
Все сложилось отлично. Спасибо Тиму, удивил!
— Жду новостей, — сказал я и добавил: — Тим, ты идешь с нами на базу?
— Да пошел ты! — проворчал он, обхватив себя руками.
— Проводил бы ты гостя, — радостно велела бабка, не ожидавшая, что все так быстро и в ее пользу решится.
Наверное, она думала, что покупателя придется долго искать и снижать цену.
Наплевав на дождь, я накинул многострадальный дождевик и поехал сперва домой за рюкзаком, а затем — на базу делать уроки.
Кабанов впервые привел Дена Памфилова, который загорелся желанием прокачиваться вместе с нами. Но я подозревал, что гораздо больше его влекла перспектива играть в приставку и тусоваться с крутыми парнями. Так, глядишь, скоро о нашем подвале распространится слава, и желающих пополнить нашу компанию прибавится, вот только не хотелось мне, чтобы тут появлялись лишние люди.
Но, с другой стороны, нужен противовес официальной пропаганде, что круто быть конченным. Пусть хотя бы в маленькой локации формируется правильное представление о том, что честным быть не только правильно, но и выгодно, и гораздо большего можно добиться, когда тебе доверяют и готовы протянуть руку помощи те, кто за тебя горой, а не ждут, когда Акела промахнется, чтобы наброситься на него толпой, загрызть и растащить нажитое.
Глядишь, и реальность начнет прогибаться быстрее.
Глава 4
Я все знаю!
Проснувшись пятничным утром по будильнику, я ощутил дикую усталость и еле встал с кровати. За