— По мере развития тебя, как пророка, будут открываться и новые возможности статуса. — перед уходом поведал бог сонной смерти. — Чем дальше ты продвинешься по пути, тем больше силы получишь.
Тоже с подвохом подарочек, если задуматься. Дескать, работай в моих интересах и тогда все у тебя будет. Зегит вообще показался Владу более умным, нежели Бордон. Тот просто выдал рендомную способность, про которую и сам не знал, а вот его более опытный коллега еще и замотивировал грамотно.
Для теста «разговора» призванный герой решил связаться со своим первым и единственным пока наместником, Норишем Вандегутом, который был оставлен на управлении княжеством Кианс. И все прошло без сучка и задоринки. Бывший кентурий быстро отозвался на зов своего короля, совершенно без удивления приняв тот факт, что теперь они могут общаться вот таким образом.
Проговорив с подчиненным около часа и разобрав текущие вопросы по управлению соседней провинции, Влад отпустил его и сам погрузился в уже настоящий сон. Чтобы проснуться рано утром, и узнать, что ему досталось от второго божества.
— Это мое дерево!
— Это мое дерево!
— Моя ветка!
— Моя гусеница!
— Мой червяк!
Распахнув окна спальни, чтобы впустить в помещение немного свежего утреннего воздуха, король Итании был оглушен какофонией звуков, обрушившейся на него со всех сторон. На минуту он замер, ошеломленный этой акустической атакой, и лишь по прошествию некоторого времени и анализа, понял, что слышит выкрики птиц.
Пение, трели и милое щебетание никуда не делось, но проходило словно бы на внешнем уровне. В то время, как вполне понятные слова, точнее даже не слова, а понятия, приходили сразу же в разум. По началу даже лишая возможности о чем-то думать.
— Черт возьми! — воскликнул он. — Это мой второй Талант? Понимать язык птиц? Нахрена бы он мне сдался? Ну, Бордон! Попадешься ты мне, сволочь эмпирейская!
Окажись декан божественной академии рядом в этот момент, его, вероятнее всего, не смог бы спасти ни статус небожителя, ни божественная сила, ни даже заключенная сделка — а ведь последнее было для Влада куда большим аргументом, чем два предыдущих. Но покровитель земледелия находился там, где призванный герой его (пока!) достать не мог, а значит и тратить много времени на сетования и проклятия не было никакого смысла.
— Что происходит, Влад? — сонно спросила Ранета, прячась голову под одеяло, чтобы укрыться от солнечных лучей. — Ты чего так ругаешься?
Мужчина объяснил. Уже гораздо спокойнее, но все еще нервно. Юная королева понятливо заспешила прочь из спальни в соседнюю туалетную комнату. Прежде она почти никогда не видела, чтобы ее муж так выражался. С другой стороны, она и знала его не сказать, чтобы очень давно.
Уже через несколько минут предельно рациональный разум миллиардера пришел к выводу, что в мире нет ничего такого, чего нельзя было использовать в свою пользу. Язык птиц? Ок! Значит, учимся разговаривать с пернатыми тварями! Зачем? Ну, мало ли! Вдруг удастся к чему-то приспособить?
Так и продолжая стоять у окна, Влад принялся экспериментировать. Свистел, шипел и другими способами пытался подражать голосам летающих созданий, но успеха не добился. Однако, когда обратился к ним, использую человеческую речь, случился прорыв. Одна из певчих птиц — как она называется, миллиардер, разумеется, не знал — слетела с ветки на подоконник и вопросительно прочирикала что-то.
— Еда? Зерно? Червяк? Хлеб? — тут же возникло в голове у мужчины.
— Я принесу. — осторожно, боясь спугнуть этот хрупкий контакт, ответил он. — Подожди.
Отойдя от окна, чтобы не спугнуть птицу, Влад дернул за колокольчик, вызывая слугу. И когда тот явился, велел ему принести булку. Дождался пока тот выполнит поручение и уже с угощением приступил к дальнейшим действиям.
— Вот хлеб. — сказал он. — Дам тебе. Ты сделаешь для меня дело. Хорошо.
— Что? Хлеб! Дай!
— Не сейчас. Ты сделаешь дело. Я дам хлеб.
— Хлеб!
Простенький мозг этого пернатого вымогателя никак не мог усвоить условия сделки. Призванному герою пришлось повторить их несколько раз, и даже выдать небольшой аванс в виде пары крошек. Только после этого соловей — назовем его так — сообразил, что нужно делать.
— Летишь к тому окну. — Влад указал на покои своей шпионки. Вытянув руку, показал крохотный клочок бумаги. — Оставляешь там это. Несколько раз кричишь и улетаешь ко мне. Получаешь еще хлеб. Понял?
Вместо ответа птаха выхватила записку, в которой король написал только два слова «Зайди срочно!», и полетела к указанному окну. Чем она там занималась, мужчина не видел, но вскоре соловей вернулся и потребовал хлеб. Объяснять, что ему нужно выяснить все ли сделано правильно, призванный герой не стал — это бы заняло весь день и не принесло никакого результата. Просто раскрошил булку прямо на подоконнике и стал ждать.
Венора явилась через две минуты. И сразу же сбросила иллюзию, представ перед королем вместо серьезной шпионки в мужском платье, роковой женщиной, из одежды у которой имелся лишь ничего не скрывающий пеньюар. Так, прозрачное облачко с вышивкой.
— Мой король звал меня? — проворковала она, кошачьим шагом приближаясь к мужчине.
Но тот, полностью поглощенный изучением новых, открывшихся ему возможностей, не обратил на откровенные намеки никакого внимания. Сейчас он больше походил на мальчишку, впервые запустившего планер собственного изготовления, чем на короля.
— Сработало, Верона! Представляешь, сработало! — тут он обратил внимание на наряд любовницы. — Кстати, а ты чего в таком виде?
Из туалетной комнаты тут же выглянула и Ранета. Приветливо улыбнулась подруге и тут же смутилась, разглядев ее весьма фривольный вид. После чего сделала совершенно очевидный для нее вывод. Едва слышным шепотом, глядя при этом в пол, произнесла:
— Ваше величество желает?..
И замолчала, не находя в себе смелости продолжить.
Только тут до короля дошла вся двусмысленность происходящего в спальне. Практически обнаженная Венора, не сказать чтобы сильно далеко ушедшая от нее в количестве одежды Ранета. И он, в одних трусах стоящий посреди комнаты. С лицом, на котором застыла радостная улыбка.
Первым делом он решил выдать то, что пришло ему на ум. Нечто вроде: «Ну вы, девки, даете! Только об одном мысли! Я тут, как бы, серьезными вопросами занят, а вы тут…»
Но потом, хоть никогда и не являлся чуткой натурой, решил не наносить настолько жестокий удар. Ляпни он сейчас подобное, обид было бы на дня три. Да и потом еще отдельно мириться что с женой, что с любовницей. А времени на все это не было от слова совсем.