Мертвячка теперь пыталась подняться не так уверенно — наверное, он ей что-то повредил. Но, самое главное — лежала она именно там, где Айвэну было и нужно. Он в три прыжка подскочил к бочке, возле которой корячилась тварь, уперся в горячий металл подошвой, и толкнул бочку вперед.
Несколько ведер горящей отработки выплеснулись прямо на не успевшую подняться с четверенек блондинку. Вспыхнуло одновременно все — остатки волос, одежда. Через пару секунд занялась и кожа. Тварь забилась в конвульсиях, пытаясь встать — на то, чтоб кататься по земле, сбить пламя, мозгов ей не хватило. Урчание стало громче, отчаяннее, а потом над импровизированной ареной разнесся предсмертный, гортанный крик — и наступила тишина. Такая, что на лесах, сейчас, наверное, было слышно тяжелое дыхание наемника.
Кто-то одобрительно присвистнул, а потом трибуны одобрительно зашумели.
Крики стихли, когда Борода снова поднес ко рту мегафон.
— Ну что ж. наш друг показал впечатляющий результат в первом раунде. Посмотрим, что будет во втором, — босс местного сброда не скрывал усмешки в голосе.
Второй раунд?
Айвэн скрипнул зубами, услышав, как за спиной снова заскрежетали ворота. Ну, хорошо, ублюдки. Сейчас он расправится со следующей тварью, или кого они там собрались выпускать, а потом… О, потом он обязательно найдет способ сделать так, чтобы веселье этим обмудкам вышло боком. Дайте только срок.
Он выпрямился и повернулся к воротам. Ну, кто там? Давай, иди к папочке!
Глава 3
Айвэн тяжело опустился на солому. За спиной грюкнула решетка камеры.
— Не расслабляйся особо, — хмыкнул в коридоре Краш. — Если думаешь, что круто выступил — ошибаешься. Первые два раунда только полные доходяги не выигрывают. Это так, для разнообразия. Не всё ж смотреть, как вы дохнете. Так что не радуйся. Настоящее веселье завтра, а сегодня разминка была.
Выдав эту обнадеживающую информацию, Краш сплюнул на пол и ушел.
Наемник сел, отхлебнул бурды из бутылки и задумался.
Во втором раунде против него выпустили такого же мертвяка, только более шустрого. Но его скорость только ускорила развязку — Айвэну пришлось ждать противника не так долго, как двух предыдущих, чтобы сломать ему шею о край бочки с отработкой. На этом представление закончилось. Как сказал Краш — только на сегодня.
Если завтра все это продолжится — то, следуя тенденции, на него выпустят еще более шустрых тварей. В том, что такие тут есть, сомневаться не приходилось — он собственными руками завалил вертолетчика, который скакал вокруг Айвэна что твой Человек-Паук, только что без паутины. Логично предположить, что это все один вид на разных стадиях эволюции. Тогда получается, и Халк, которого не брал автомат там в балке — продолжение эволюционной цепочки. Если так — то лучше сразу сдохнуть, не дожидаясь встречи с подобной тварью.
Айвэн встал, и прошел по камере. Подергал решетку — сидит крепко. На совесть делали. Прутья приварены к стальной раме, а та залита бетоном внизу и замурована в кладку — вверху. Ударил в стену подошвой — мало ли. вдруг кто на растворе схалтурил, вдруг качнется? Не схалтурили. А окон тут не было.
— Не старайся, — раздался голос, заставивший наемника вздрогнуть. — Тут на совесть сделано.
Айвэн обернулся на звук. Голос доносился из камеры напротив. Он напряг зрение, но в темноте разглядеть что-либо было проблемно.
Этого парня притащили двое, не виденных Айвэном прежде, громил почти сразу после боя. Видок у нового обитателя тюрьмы был тот еще. Рожа — в хлам, вся в ссадинах и кровоподтеках.
— Ты еще что за хрен? Тебя днем здесь не было. Или тебя «на процедуры» уводили?
— Днем не было, вечером появился, — в соседней камере усмехнулись. — Днем я еще сам не думал, что здесь окажусь.
— Жизнь полна неожиданностей, — хмыкнул Айвэн. — Я вот тоже утром еще не предполагал, что мне придется с мертвяками драться.
— Это не мертвяки. Это зараженные, — поучительно произнес голос. — Ты свежий, что ли?
— В смысле?
— Новенький, говорю?
— Я тебя не понимаю.
— Угу. Как есть, свежак, — сделали вывод в камере напротив.
— Да о чем ты?
— О том, что ты только попал в Улей и не понимаешь, что происходит. Я прав?
— Да какой Улей, блин? Я уже второй раз слышу это название.
— Улей — этот мир. Или до тебя еще не дошло, насколько ты вляпался?
— Ты или заткнись, или говори по-человечески, — не выдержал Айвэн. — Что значит «этот мир»?
— Эго значит, что ты не на Земле. Ну, или не в той ее версии, к которой ты привык. Как ты сюда попал?
— Куда «сюда»? Вас, психов, не разберешь, что имеете в виду.
— Ну, чтоб тебе проще было — начнем с малого. Расскажи, как попал в эту камеру.
Айвэн подумал и решил, что ничего плохого не произойдет, если он расскажет. В ответ можно будет попытаться получить побольше информации о том, что происходит в этой местности.
— Летели на вертолете на задание. Вертолет упал. Когда я очнулся — меня попытались схарчить мои же товарищи. Я не дался. Потом появилась большая такая тварь. С ней посложнее вышло. Появились ребята на пикапе с пулеметом и тварь успокоили. Я потерял сознание, а очнулся уже здесь. Не могу сказать, что в восторге от местного гостеприимства.
— Ты военный?
Айвэн подумал, и решил отделаться полуправдой.
— ЧВК[1].
— Почему-то так и подумал. Вертолет не входил, случайно, в зону густого тумана?
— Аты откуда знаешь? — удивился наемник.
— Живу долго, — хмыкнули в темноте. — Сюда по-другому не попадают. Туман, отказ электроники, хлоп — совсем другая местность и очередь из желающих тобой пообедать.
— Сюда — это куда?
— Что-то ты туповат даже для сотрудника ЧВК. В Улей.
— Да что такое этот ваш Улей, ты по-человечески объяснить не можешь?
— А ты еще не понял? Ты в другом мире, друг. И назад дорога заказана.
* * *Айвэн мелкими глотками пил из бутылки и пытался осмыслить услышанное. Если суммировать все, услышанное от нового знакомца, выходило, что наемник попал в другой мир — параллельное измерение или что-то вроде этого. Также выходило, что Айвэну неописуемо повезло. Все, кто сюда попадал, заражались вирусом, в короткий срок превращавшим людей в алчущих плоти и крови монстров. И чем чаще монстры эту плоть и кровь находили — тем выше поднимались по ступенькам своей монстрячей эволюции. Те, с кем наемнику довелось столкнуться вчера на арене, стояли в самом низу пищевой цепочки. Их здесь называли лустышами. Второй, которого наемник приголубил о бочку — это бегун. Тот же пустыш, только малость отожравшийся на людях или своих же сородичах. Товарищи Айвэна — Шуруп, Омега и вертолетчик — за короткий срок смогли