Инспектор ГАИ — злой, усталый — тоже переживает. Себя он в этот момент считает самым невезучим человеком на свете. И с ним трудно не согласиться.
Чудесный летний день. Пятница. Конец дежурства. Дома его ждут жена и дети, чтобы ехать на дачу. А на даче — шашлык, рыбалка и все такое прочее. И тут — на тебе! ЧП со смертельным исходом.
Теперь надо разбираться, составлять протоколы, опрашивать свидетелей и пр., и пр. Заслуженный отдых на природе безвозвратно потерян.
Собираются соседи и прохожие. Охают, ахают, оживленно обсуждают случившееся. Что ни говори, а для них это маленький спектакль. И они с удовольствием присутствуют на нем в качестве зрителей.
Приезжает скорая помощь. Врач осматривает бабушку, щупает пульс, поднимает веки, проверяет, есть ли дыхание и т. д. и т. д.
Мы видим, что факт здесь вроде бы один: бабушку задавил грузовик. Но реальностей много. У каждого из участников этого события — своя реальность.
Даже у жука, который в этот момент выполз на мостовую и попал под каблук гражданки Петровой, прибежавшей посмотреть на смерть знакомой старушки, тоже своя реальность!
Вы можете со мной не соглашаться. Это действительно тема для серьезного обсуждения. И она постоянно обсуждается в разных областях науки.
Но дело не в этом. Мы сейчас не будем уходить в эти дебри, а лишь для себя отметим, что мы живем в определенной системе координат, в определенном мире.
Мы не знаем, есть ли еще какие-то миры, параллельные нашему, — инопланетные, тонкие, толстые и т. д. и т. п. — или их нет?
Мир, в котором мы живем, постоянно меняется. И мы меняемся в нем, мы не можем его постичь в полной мере. Чтобы что-то постичь, мы создаем свой мир, свою реальность. Какую реальность создали, в такой и живем.
Наши реальности соприкасаются, взаимодействуют, но никогда не проникают друг в друга.
Я не могу проникнуть в вашу душу, а вы — в мою. Я могу лишь догадываться, предполагать, но я не могу до конца познать не только то, что за пределами моего сознания.
Но и в глубины своего сознания я заглянуть не могу. А если я попробую это сделать, то для меня это может плохо кончиться.
Вот, собственно, на этом пока давайте и остановимся, чтобы не уйти от главной темы.
Суть предмета заключается в том, чтобы понять, насколько объективны так называемые «объективные факты», с которыми приходится работать.
Я вам сейчас скажу крамольную вещь, с которой, может быть, вы не согласитесь: так называемых «объективных фактов» в природе попросту не существует.
Любой объект — будь то физическое тело, природное явление, событие из частной или общественной жизни — нельзя охватить в один миг полностью во всех проявлениях.
Когда я работал на заводе, меня частенько ругали за необъективность. И я по простоте душевной поначалу думал, что да, действительно, я где-то напортачил, написал что-то необъективное.
А потом я заметил, что про необъективность вспоминали тогда, когда мои статьи кого-то задевали.
В ином случае статьи считались объективными, хотя речь шла об одних и тех же событиях. И сейчас, когда власти пытаются оказать давление на журналиста, то прежде всего обвиняют его в необъективности.
Тот, кто ратует за объективность фактов в журналистике, тот попросту лукавит.
Я не говорю об умышленном искажении или подтасовке фактов. Это совсем другой вопрос. По каким же критериям оценивать труд журналиста?
Журналист, когда берется за перо, должен оставаться предельно честным перед собой (себя-то не обманешь!). Перед собой и перед Богом — и больше ни перед кем!
Глава 3. Говорящее полено
•§•
В этой главе я вам предлагаю поработать бароном Мюнхгаузеном. Всё. Дальше ни слова! Иначе неинтересно.
С чего начинаются истории? С выдумки. Чтобы создать историю, надо включить воображение.
Не бойтесь наслаждаться образами, придумывать что-то новое, необычное, развивать инакость удивления!
Не бойтесь фантазировать, сочинять и даже привирать!
Окружающие нас предметы, спутники нашей повседневной жизни, молчат до поры до времени.
Но если отбросить привычные установки, взглянуть на эти предметы по-особому — они начинают говорить.
Писклявый голосок из полена первым услышал не столяр Джузеппе, а Писатель. Это внутреннее озарение доступно каждому из нас — достаточно лишь небольших усилий.
Каждая вещь, даже самая обыкновенная, замыленная, затасканная, хранит в себе неразгаданную тайну.
Все дело в умении слушать.
Если бы Джузеппе оказался глух к восприятию необычного, непонятного, оказался бы не таким чутким и не различил предложенную ему игру воображения, то что было бы дальше?
А дальше у стола появилась бы ножка. Может быть, это была бы очень крепкая, хорошая ножка.
Ну, а история? А история тогда бы умерла, так и не родившись.
Каждый из нас стоит перед выбором. Иногда наш выбор подобен шоку.
И это появление страшноватой новизны может долбануть нас так же внезапно, как долбануло оно старика Джузеппе, когда тот вдруг понял, что полено-то го-во-ря-ще-е!
Другой на его месте мог бы сразу же запретить себе даже думать про такое. Сказал бы: «нет, братцы, это психоз, это бредни, надо меньше пить, так не бывает» и пр. и пр.
Ведь мог так поступить Джузеппе? Конечно.
И тогда он бы наглухо захлопнул дверцу, открывающую интерес к себе самому, к своим фантазиям, дверь в свой внутренний мир, и ключик бы к этой дверце выкинул.
Однако Джузеппе начинает искать, откуда голосок. И нам интересно, что это за голосок, где он спрятан, найдет или нет Джузеппе его источник? Игра началась.
История говорящего полена — это история двух художников. Джузеппе не сумел воспользоваться внезапно свалившимся на него подарком.
Он разгадал идею полена, он сообразил, что из полена можно сделать куклу, но он испугался чуда и поскорее сбагрил непонятное полено своему другу — шарманщику Карло.
Именно Карло сумел стать настоящим творцом, мастером-созидателем, папой, наконец, — читайте как хотите.
Именно Карло превратил полено в Буратино. Был поленом — стал мальчишкой!
В этой истории был еще один несостоявшийся творец, который получил Золотой ключик раньше Джузеппе и раньше папы Карло.
Это — Карабас Барабас.
Судьба преподнесла ему этот сокровенный дар, но он не удосужился им воспользоваться.
Он потерял Золотой ключик, променял талант художника на карьеру властолюбивого и жадного управленца.
Повелевать другими с помощью дерганья за веревочки и семихвостой плетки оказалось для него более значимым, чем все прочие ценности.
Что ж, каждый ищет в этой жизни свой путь.
Карабас Барабас потом горько сожалел о том, что с ним случилось, и пытался вернуть утраченное мастерство художника, но сделать уже ничего не мог.
Прислушайтесь к себе: не дергает ли и вас за веревочки некий «доктор кукольных наук»?
Глава 4. Не только охи и ахи. Очень важная глава
•§•
Я на этом настаиваю и готов поспорить с кем угодно, что без этой психической особенности человек никогда не стал бы человеком.
Возьмем такую вещь, как эмоции. К ним взрослые, серьезные, солидные люди почему-то относятся презрительно.
Считается, что в деловой жизни эмоциям нет места. Так ли это?
Вспомним историю Иосифа Прекрасного, описанную в Библии. Братья продают его в рабство бродячим торговцам.
В качестве раба он попадает в Египет и испытывает там множество злоключений. Через много-много лет Иосиф, став в Египте важным сановником, вторым человеком после фараона, вновь видит своих братьев.
Эта встреча на первый взгляд выглядит очень неестественной и нарочитой. Несколько раз я перечитал этот отрывок: спектакль, настоящий спектакль, мелодрама, мыльная