Никола Тесла

Читать “Никола Тесла”

0

Олег Арсенов

НИКОЛА ТЕСЛА

Человек, опередивший время

Предисловие автора

Мы счастливы, что живем в эпоху, когда все еще совершаем открытия. Каждое из них сродни открытию Америки, ведь подобное случается лишь однажды. Век, в котором мы живем, — это век, в котором мы открываем фундаментальные законы природы.
Ричард Филлипс Фейнман (1918–1988)


Мой учитель и один из самых блестящих физиков-теоретиков ушедшего века М. И. Каганов был удивительно разносторонней личностью. В те далекие времена, когда я еще был первокурсником университета, Моисей Исаакович организовал при обществе «Знание» впоследствии чрезвычайно популярный в нашем городе (Харькове) Клуб любителей фантастики (КЛФ). Не знаю, что происходило в других КЛФ, но в нашем действительно обсуждалась научная фантастика, и среди множества интереснейших тем была и такая — «Фантастические эксперименты». Мне до сих пор очень жаль, что я тогда не догадался законспектировать наполненные неподражаемым юмором, удивительными парадоксами и метафорами выступления Моисея Исааковича. Помнится, что после нескольких основных «программных докладов» возникла, как всегда, очень оживленная дискуссия. И вот когда Моисей Исаакович с большой долей иронии комментировал идеи всяческих опытов по проколам окружающего нас пространства-времени, возникли ключевые термины нашего сегодняшнего рассказа: «Филадельфийский эксперимент», «опыты Теслы» и «завещание Эйнштейна». Признаюсь честно, для меня это были достаточно новые словосочетания, и я с изумлением и восхищением следил за дискуссией, в ходе которой так и мелькали «плазмоиды Теслы», «глобальные электромагнитные резонаторы», «гравиамагнитные потенциалы», «переходы в континууме Минковского» и прочие поражающие воображение вещи.

В общем-то было понятно, что все эти эксперименты так или иначе связаны с понятием «радиолокация». Этот для многих непонятный инженерный термин попал на страницы газет и журналов в 1950-е годы. Видный ученый-радиофизик А. И. Козлов вспоминает, что в те времена он произносился спокойным голосом, с тихим трепетом в сердце и уважением. Предполагалось, что человек, так свободно его употребляющий в разговоре, наверняка причастен к каким-то высшим военным и научным секретам. Сообщения в средствах массовой информации того времени, не говоря уже о литературе и кинофильмах детективно-фантастического жанра, убеждали обывателя в существовании некоего чудо-прибора. Этот прибор, входящий в состав очень сложного оборудования, способен сотворить фантастический радиощит, ограждающий наше небо от непрошеных гостей. Кроме того, чудесный прибор мог бы быть удивительным навигатором, позволяющим воздушным и морским судам летать и плавать в любую погоду, при любой видимости, видеть все, что творится в небесах, на земле и на море. Но шло время, и, как это всегда бывает, массовый интерес к радиолокации угас, его вытеснили новые научные и технические достижения, а сама радиолокация стала формироваться в строгую научную дисциплину с четко очерченными границами возможностей и приложения.

Вот на таком историческом фоне и возникла тайна Филадельфийского эксперимента. Формально ее появление связано с истечением срока давности некоторых секретных документов об исследовании американскими военными загадочных неопознанных летающих объектов. И хотя при всей общей сенсационности подобных публикаций извлечь какую-либо конкретику довольно сложно, проблема исчезновения эсминца «Элдридж», похоже, прочно и навсегда вошла в антологию таинственных случаев. Тут надо заметить, что способность околонаучных журналистов, проводящих собственные расследования, полностью запутать обсуждение любого интересного явления является общепризнанным фактом среди ученых. Ну а если попытаться разобраться в проекте «Радуга» с точки зрения настоящей науки? Любопытно, но в этом случае получается, что при сохранении общего уровня здоровой сенсационности мы начинаем замечать и видеть такие удивительные и порой поражающие нас явления природы, о которых акулы пера даже не догадывались…

В заключение я хотел бы поблагодарить писателя-фантаста Д. Е. Абросимова за любезно предоставленную оригинальную иллюстрацию «Проект „Радуга“» и научного обозревателя журнала «Компьютерра» К. Берда, автора очень интересной книги под названием «Книга о странном», за разрешение использовать фрагменты его замечательной статьи «Грязный эксперимент».

Я выражаю признательность всем своим коллегам, принявшим участие в обсуждении рукописи. Особенно хотелось бы отметить земляка Н. Теслы — доктора А. Сорли из Словении за оригинальное описание сверхсенсорного восприятия действительности Теслой, а также талантливого харьковского изобретателя В. А. Голубева, проанализировавшего современное состояние экспериментов с катушками Теслы и предоставившего материалы собственных исследований индукторов Теслы — Голубева.

Я с глубоким уважением отношусь к замечаниям профессора М. Чейни из Корнеллского университета и ее неоценимой помощи в сборе различных исторических, биографических и научных материалов.


Вступление

Наряду с НЛО и убийством Джона Ф. Кеннеди, так называемый Филадельфийский эксперимент (ФЭ) входит, по-видимому, в тройку наиболее знаменитых загадок истории второй половины XX века. Выдвигаются даже предположения, что неким замысловатым образом все три тайны тесно между собою связаны, а посему абсолютная ясность одной из них непременно прольет свет и на остальные. Рано или поздно ситуация должна будет проясниться, а пока же отчетливо понятно лишь одно — плотный туман неизвестности в сочетании с множеством противоречий и небылиц образовался вокруг этих историй при самом активном участии правительственных ведомств США, в первую очередь — разведывательных и военных служб.

Дабы наглядно и убедительно это утверждение проиллюстрировать (не доказать, конечно, ибо такое вряд ли возможно), следует обратиться к известным официальным документам, пусть и не относящимся напрямую к ФЭ, теме данной статьи, но все же из весьма близкой области.
Киви Берд. Грязный эксперимент


Исследователи парадоксов Филадельфийского эксперимента резко расходятся во мнениях, где побывал эсминец и что мог видеть его экипаж при странствиях в потусторонних мирах.

Старенькая университетская библиотека, насыщенная запахами книг и непередаваемой атмосферой вечного познания, располагалась в