2 страница из 15
этот процесс управляемый. А потом пришли вести с Британских островов – среди знати идет скрытая, но крайне жестокая и кровавая война. Зачинатели – орден Некромантов. С тех пор на границах стало неспокойно и всё идет к большой войне. С каждым годом копятся взаимные счеты.

Отец возглавил длинный стол в основном зале. Слуги успели расставить парящие блюда, разлить в кубки и кружки напитки, и мы приступили к трапезе. Ем без аппетита, находясь в мыслях о случившемся. Русский стиль боя мне и вправду легче дается. Пусть я толком ничего не знаю о нем, а слабенький элементаль – единственное, что сумел освоить, но это проще, чем вызов тотема и слияние с ним.

По рассказам бывавших в Гардарике, в самих Москве и Петербурге русские бойцы даже в чине Сержанта могут многое, а уж Полковники или Генералы – это вообще дикое зрелище. Отличительной стороной стихийной магии является внешняя эффектность, а техника управления эфиром русских возводит эту сторону до небес.

– Ох-хох! – разразился смехом дядя Хротгейр. – Задал ты сегодня Биркиру!

– Ингви – сильный воин, – спокойно отозвался брат.

Мы пересеклись взглядами, нахмурившись, отвечаю:

– Биркир – силен, как Етун!

Моя вторая мама – еще одна жена отца, Сольгерд, широко улыбнулась, показав ровные ряды здоровых и крепких зубов. Она из Исландии, и такая похвала ее сыну очень приятна.

– У меня отличные дети! – пророкотал отец и поднялся, выпить меда. Мелкие братья и сестры не дотянулись, а мы крепко стукнулись кубками и кружками.

– И отличные жены – все не могу выбрать, какая лучше! – пуще прежнего рокочет отец, сыто хохоча.

Улыбка сама собой выходит наружу. Наш пир продолжается значительно веселей.

– А я не выбираю! – хохочет Хротгейр. – Сплю с обеими.

Мама Елизавета усмехнулась.

– В твоих землях сам Имир стучит зубами от холода. Когда я гостила, то слышала эти страшные звуки, – картинно вздрогнула она. – Тебе пора найти еще одну снежноголовую дочь Фриг, чтобы точно не замерзнуть.

– О Великий Отец! – воскликнул дядя. – Кто поселил дух скальда в златокудрую деву битв?! Брат! Сразись со мной за ее сердце!

Отец потемнел лицом и привстал из-за стола. Дядя распрямился, показывая, сколь щедро одарила его земля Туле – похож на тролля.

– Остыньте, о достойнейшие из свеев, остыньте, – встала мама, – я буду молвить.

Мужчины сбросили пелену гнева и с почтением воззрились на нее.

– Если погибнешь ты, Хротгейр, то Нагльфар поплывет по алым волнам, столь сильна будет рана обители любви. Ежели муж мой отправится в Вальхаллу, то упадут с небес два белоснежных камня и заалеет пена матери штормов у обрыва.

– Один! – пораженно воскликнул Хротгейр. – Забери у меня дар слуха, не то я сойду с ума. Давайте скорей выпьем меда, пусть хмель остудит меня!

И мы снова сдвинули емкости с питьем. Трапеза продолжилась в том же настрое.

В окрестностях Ринкабихольма

Когг, принадлежащий купеческой гильдии, но переоборудованный под военное судно, легко коснулся дна недалеко от города Кальмар, Свейского Королевства. Стоявший на носу мужчина в плаще с глубоким капюшоном развернулся и двинулся к борту. Сморщился при взгляде на воду и прыгнул. За ним последовали пятеро спутников. Все они облачены в темные одеяния.

Стоило последнему плюхнуться, как весла окунулись в воду, и корабль спешно начал отчаливать. Спустя некоторое время на берегу остались только недавние пассажиры.

В полном молчании они отошли к ближайшему лесу. Выудив кинжалы, приступили к начертанию фигур на земле. Расставили в углы ритуальные предметы и замерли. Началось колдовство. Воздух меж ними засветился, вспыхнул и сложился в портал. Один за другим из него стали выплывать силуэты других культистов. Всего около тридцати.

– Итак, господа, – скрипучим голосом заговорил тот, что стоял на носу корабля – главный среди магов, – у нас только пару дней на подготовку. Я повторю для каждого персональные задания, но, несмотря на все успехи, вы должны понимать – род Крузенштернов, будь он проклят, крайне могуществен. Благодаря тайной помощи короля, мы можем застать обоих братьев, всех жен и детей в одном месте. Торбен – маг в статусе Генерала. Хротгейр – крепкий Полковник. Повторяю! Особенно тебе, – ткнул он пальцем в одного из помощников, – это непредсказуемо опасные враги. Не подпускайте их близко. Работаем на дистанции. Но сначала подготовка…


Глава 2

Сон не шел. Я оглядел темную комнату. Глаза почти привыкли, но лучше с кошачьим зрением.

Биркир всегда спит тихо и спокойно, притом крепко. Мелкотня обычно разметывает шкуры, сопит, бубнит и чавкает. Нянька Гретта чуть-чуть похрапывает – это мы сильно ее утомили за день. Сестры Сага и Руна тоже что-то бормочут.

Я по-кошачьи встал и бесшумно двинулся к одному из окон. Писк и стук быстро бьющегося сердца послышались справа – мышь. Спрятавшись за сапогом, провожает взглядом.

Из щелей и резных отверстий ставен обдувает свежий воздух. Захотелось подышать на крыльце.

Страж-дух встретил пристальным взглядом, но пропустил. Отперев засов, я выбрался на крыльцо, ощущая букет неясных гнетущих чувств. Стоит вспомнить Торхильду – Синеглазую Ведьму, тут же накатывает тоска. С тех пор, как покинул пещеру и вспомнил всё, – ищу во всех девушках ее. Но сейчас нутро грызет что-то еще.

Звезд высыпало немерено. Глубокая чернота небо-свода мириадами глаз наблюдает за мной. Воздух мятежен, как перед бурей. Я с тревогой тронул эфирное поле и воззвал к духам.

С ними тоже творится что-то неладное. Они спокойны, но малость скованны и подрагивают. Так не должно быть.

Я спустился с крыльца во тьму безлунной ночи. Тревога только усилилась. Ко всему прочему добавилось чувство обреченности.

Иду сквозь редкий лес, следуя зову. Меня словно кто-то ведет.

С опушки оглядел темный Ринкабихольм и окрестности. Эфир не должен быть таким спокойным… похоже на то, что его специально успокаивают.

И тогда я вызвал зрение филина. Сердце бешено забилось, кровь обратилась огнем.

Редкой цепью, выстроившись в линию, к нам идут враги. Понял это безошибочно, как опытный капитан чует шторм.

Ступор быстро прошел. Я собрал магическую силу, чтобы вбросить в эфир, но одумался – наш стиль боя иной. Пусть враги думают, что мы спим.

Не теряя времени, рванулся обратно. Сердце трепещет и бьется о грудную клеть. Магии избегаю пока полностью.

С порога влетел в родительскую. Дверь. Кровать. Спящий отец.

Он тут же распахнул глаза.

– Там… там… – не могу отдышаться.

Он просто вошел мне в голову усилием воли. Глаза полыхнули, и я невольно выдохнул. Всё. Можно просто ждать указаний.

Взвыли собаки. Столько тоски слышится в их голосах, что меня одолело отчаяние. Совсем не воинское. Не боевое.

Отца я услышал не в общем эфире, а кровью – родовыми связями, которые недоступны посторонним. Он поднимает всех. Близится большой бой.

Обе мамы спешно оделись и побежали собирать детей. Отец, прикрыв глаза, замер. Лицо побелело и нахмурилось. Тут он воззрился на меня и строго говорит:

– Сын!