2 страница из 54
комнате.

Ее чуть полноватая фигура в темно-зеленом платье резко выделалась на фоне светлых пустых стен.

— Зачем ты озвучила свое мнение о политике на нашей планете? Кто дал тебе право говорить, о чём ты понятия не имеешь?!

Я изумленно стояла, не в силах поверить.

— Но мама, я лишь ответила, когда меня спросил Хортеп. Он задал вопрос, как я отношусь к тому, что сейчас происходит. Я сказала, что считаю неправильным напряжение между очагами. Мы должны найти компромисс, чтобы не допустить возможного недовольства людей или, еще хуже, их восстания. Как может мнение, что на планете должен быть мир — ошибочным? Или стоило сказать, что я поощряю нарастающий конфликт, который может плохо закончиться для всех?

Но Тория не желала меня услышать. Она резко остановилась, и на ее хмуром лице застыло выражение крайнего недовольства и злости.

— Я напомню, что должны говорить молодые девушки, когда им задают подобные вопросы! Они обязаны отвечать, что политика тех очагов, к которым они относятся — безошибочная и верная. Они должны полностью соглашаться с мнением правителей и помалкивать, если у них есть собственные неправильные мысли! Мне жаль, что я говорю тебе такие вещи, о которых знают десятилетние девочки!

Я почувствовала, как кровь отхлынула от лица. Меня начинал бить озноб. Вот значит, как Хортеп умело и ловко настроил против меня мать. Он знает, что мои мысли о мире ему сильно вредят. Ведь если Тория прислушается ко мне, люди пойдут за нами, а его очаг ослабнет. Сейчас очаги разделились поровну — четверо из них на нашей стороне, остальные — на стороне Верга. Но всё очень зыбко. Если нам удасться переломить ситуацию, привлечь к Арлонку другие очаги, и доказать, что противостояние можно избежать, Хортепу достанется поражение. Конечно, он не может допустить, чтобы мы несли мир там, где он хочет посеять хаос.

— Мне жаль, мама, что разочаровала тебя — как можно спокойнее произнесла я — Обещаю, что на сегодняшней Планетарной конференции мои высказывания буду только такие, как хочешь ты. А может вообще не идти, чтобы снова не расстроить тебя?

Тория, казалось, немного успокоилась, когда я перестала спорить и проявила покорность. Она немного смягчилась, но еще злилась.

— Нет, ты обязательно пойдешь. Сегодня не будет Мара, и окажется не вежливым, если двое моих детей не будут присутствовать.

— Не вежливо по отношению к Хортепу? — невольно вырвалось у меня, и я тут же прикусила язык, увидев, как мать помрачнела.

Я ожидала бури, но на удивление, ее не последовало.

— Можешь идти, Иленния. Я тебя больше не задерживаю.

Облегченно вздохнув, я быстро вышла из комнаты, направившись вниз. Сердце еще гулко стучало от несправедливых обвинений и хотелось выйти на улицу, чтобы хоть немного успокоиться после неприятного разговора.
* * *
Я неспеша прогуливалась среди деревьев, росших возле замка. Они были такими высокими, что, казалось, верхушки задевают облака. Ни на одной планете я больше не видела таких исполинов, а посетила не один десяток обитаемый миров. Где-то были похожие пейзажи, растительность, где-то животный мир. Но, пожалуй, моя планета большее сходство имеет с Землей. Неудивительно, ведь она ближайшая соседка в этой звездной системе. А в ночном небе ее очертания без труда рассматривались невооруженным глазом.

Мысли снова вернулись к предстоящей Планетарной конференции. Как я не любила эти ежемесячные сборы. На них всегда многолюдно, и не скроешься от любопытных взглядов. Я бы с удовольствием предпочла уединение, чем слушать длинные, фальшивые доклады об изменениях нашего мира. Одно успокаивало — сегодня последний день, и он должен быть намного короче вчерашнего.

— Гуляешь? — веселый голос брата вывел из задумчивости.

Мар быстро и уверенно приближался, не скрывая радости. Беззаботный молодой человек девятнадцати лет. Его светлые волосы небрежно растрепывал теплый ветер, а в голубых глазах плясали игривые искорки.

— Что тебя так развеселило? Возможность избежать сегодняшнего мероприятия?

Мар улыбнулся, подходя ближе.

— Не совсем, сестричка! Ты же знаешь, я люблю конференции. Но сегодня у меня другой повод для радости — лечу на Эплон!

Я удивленно подняла бровь, не до конца понимая, что он имеет в виду.

— И что с того? С каких пор полет на спутник Мелса стал вызывать у тебя детский восторг?

Брат нахмурился, но через секунду на его красивом лице вновь появилась улыбка.

— Даже не пытайся испортить мне настроение. Неужели, ты не понимаешь, что полет на Эплон — это возможность проявить свои лучшие качества! Сегодня там будет собрание нанобиологов, и мне обязательно быть там! Возможно, именно сегодня у меня появится шанс представить свои последние разработки и исследования!

Я скептически поморщилась, и от Мара это не укрылось.

— Да, я знаю, что ты не поощряешь моих начинаний. Но что еще ожидать от девушки, в чьей голове сумасбродные идеи?

Я знала, что он намеренно это сказал, пытаясь меня уколоть. Мы не были с ним особо дружны, и я действительно не поощряла его амбиций в нанобиологии. Его разработки биологического оружия совсем не вписывались в мое понимание мира. Мне всегда казалось, что лучше направить усилия на изучение болезней, с которыми не могут справиться представители других планет, чем тратить время на создание оружия, способного уничтожить миллионы человек. Вместо того, чтобы создавать лекарства для спасения, они создавали смерть.

— Я уже говорила, что думаю по этому поводу — тихо ответила я, пожав плечами — Жаль, что мне придется идти на конференцию только потому, что ты улетишь на Эплон.

— Ну ничего, позлишь Хортепа в который раз! Он всегда жутко бесится в твоем присутствии!

Теперь улыбнулась я. Да, если бы мать во многом не слушала грозного правителя очага Верга, я действительно с удовольствием позлила его своими идеями. Но я обещала Тории, что буду молчать, и ничто не заставит меня нарушить слово.

— Боюсь, сегодня не получится. Хортеп будет лишен возможности жаловаться на меня матери.

Мар собрался уходить, бросив на меня показательно серьезный взгляд.

— Я верю, сестричка, что ты сегодня выдержишь жуткое испытание. Быть на конференции и молчать — невыносимая для тебя пытка.