2 страница из 5
была Салли Седж.

– А что значит «эмигрировать», мисс Джут? – спросила Салли.

– Ник, можешь рассказать Салли, что значит «эмигрировать»? – попросила учительница.

– Это значит «уехать туда жить», – ответил Ник. – Не просто в гости, а остаться навсегда.

– Понятно, – сказала Салли Седж. – Очень интересно.

– А теперь голосование, – сказала мисс Джут, – решаем, прав ли отец Ника, что решил эмигрировать с Земли.

Результат показал: 189 «нет» и 438 «да» плюс некоторые воздержавшиеся.

– Дети согласны с решением твоего отца, – сказала мисс Джут. – Впрочем, остается мой голос, а он, как тебе известно, решающий. – Она нажала на кнопку на своем столе. Все огоньки «да» погасли. Проголосовав «нет», мисс Джут стерла их из существования. – Я против твоей эмиграции, Ник, – объяснила она, – потому что в колониях нет хороших школ. Это повредит твоему обучению; ты никогда не сможешь найти работу.

– Но не могу же я отдать Горация, – сказал Ник.

Через проход от Ника поднялась рука; это был его приятель Дональд Хедж.

– А может, – сказал Дональд, когда мисс Джут показала на него, – а может, Ник станет ветеринаром.

– Но на Земле не нужны ветеринары, – напомнила учительница, – потому что на Земле нет животных.

– Пусть будет ветеринаром на планете-колонии, куда он эмигрирует, – настаивал Дональд Хедж.

– Даже не знаю, – сказала с сомнением мисс Джут, качая головой. – Может, ты поступаешь правильно, Ник, может, я и ошибаюсь. Мне просто не кажется, что кот настолько важен, чтобы вы с семьей меняли весь свой образ жизни и даже покинули Землю. Например, твой отец уйдет с работы. Об этом ты подумал?

У Ника уже имелся наготове ответ.

– Мой отец не любит свою работу, – сказал он. – Ему кажется, он ни на что не влияет. Он только и делает, что…

– Прости, – перебила Ника мисс Джут, – но нам пора перейти к первой теме учебного дня, очень важной. «Как пробиться на ховербас?» – этим вопросом задаются все. Сесть на общественный ховербас непросто даже взрослым, ведь в наши дни в каждый отдельно взятый момент слишком много людей хотят куда-то ехать. Нажмите кнопку «А» на вашей парте, чтобы включить пособие по этой теме. Тем временем на телеэкране вы увидите, что может пойти не так во время посадки на ховербас. Это может случиться и с вами.

Дональд Хедж наклонился к Нику и прошептал:

– По-моему, вы правильно решили насчет твоего кота. Эмигрировать в смысле. И сам посмотри, сколько было голосов «да». Большинство согласны.

Робот-наблюдатель в углу класса сказал громким металлическим голосом: «Не разговаривать».

– И, – закончил мысль Дональд, – тебе не надо будет ходить в школу. По крайней мере, вот в такую, где учителя видишь разве что на экране. Где с ней нельзя встретиться и поговорить в реальной жизни. Она сама рассказывала, что учит еще девять классов.

– Мне нравится в школе, – ответил Ник. – И мне всегда кажется, будто мисс Джут по правде меня видит и говорит прямо со мной.

– Иллюзия, – сказал Дональд голосом человека, который знает все – или думает, что знает.

– Если не прекратите разговаривать во время урока, – сказал робот, – я вызову полицию.

Ник знал, что робот-наблюдатель только грозится; это говорила запись глубоко в его механизмах. На самом деле робот ни разу не вызвал полицию за все годы, сколько здесь учился Ник.

«Правда ли я хочу на другую планету? – спросил себя Ник, нажимая на кнопку «А» на парте. – Стоит ли так поступать только ради Горация?»

Хороший вопрос. Ответить на который он сейчас не мог.


Глава 2

В тот же вечер, вернувшись домой из школы, Ник обнаружил в гостиной высокого брюнета с чемоданом. Раньше Ник его никогда не видел.

– Вы антизверятник? – спросил мальчик, чувствуя, как забилось от страха сердце. Он поискал глазами Горация, но того нигде не было. А вдруг антизверятник уже схватил кота; может, Гораций прямо сейчас сидит в чемодане. Хотя чемодан был маловат, так что это маловероятно.

С кухни откликнулась мать Ника:

– Это мистер Деверест, Ник. Он из газеты. Хочет взять интервью у твоего отца. – Она вошла в гостиную, вытирая руки. Ее лицо светилось от радости. – Он напишет про ситуацию Горация и что с ней можно сделать.

– Откуда вы узнали про Горация? – спросил Ник мистера Девереста.

– Есть методы, – сказал с улыбкой мистер Деверест. Он оглядел комнату, поднял одну серую бровь. – Кота нигде не видно. Он что, на улице?

– Мистер Деверест сфотографирует Горация, – сказала мать. – Чтобы пробудить в обществе сочувствие.

– Кот на улице? – повторил мистер Деверест, взяв чемодан и доставая из него фотоаппарат и диктофон.

– Гораций не выходит на улицу, – ответил Ник. – Только один раз вчера, но это была ошибка. – Он не знал, стоит ли показывать Горация газетчику. Чем меньше внимания привлекал кот, тем лучше – по крайней мере, так часто говорил отец. Но со вчерашнего дня все изменилось.

– Ник хочет дождаться, когда с работы вернется отец, – объяснила газетчику мать. Мягко положила руку на плечо Нику. – Если Пит разрешит, мы покажем вам кота.

Но как раз в этот момент Гораций появился в гостиной. Он услышал голос Ника и, как обычно, вышел его встретить.

– Не очень-то большой кот, – сказал газетчик с каким-то разочарованием.

– Вы просто давно их не видели, – сказал Ник. – Вообще-то Гораций довольно большой.

Гораций искоса бросил на газетчика подозрительный взгляд. Остановился и сел, не заходя в комнату дальше.

Самому Нику кот казался огромным, но по правде Гораций был недоростком. Как ни странно, при этом у него был двойной подбородок – валик белого меха от уха до уха. Почти весь он был черный – весь, кроме животика, лапок и того же пушистого двойного подбородка… и вдобавок белой маски, как у бандита, накрывающей нижнюю часть мордочки. Повадки у Горация были важные – как будто он внимательно продумывал каждый свой шаг перед тем, как его сделать… или не сделать, как сейчас. У него росли необыкновенно длинные белые усы с обвисшими концами, придававшие внешность мудреца – старца большого ума, который не бросает слов на ветер; кот как будто за всем наблюдал, всех и всё понимал, но от себя ему добавить было нечего. Всё понимал, но не комментировал – словно отстранился от мира.

Когда-то – особенно в первый год жизни – Гораций задавал Вопрос. У него была привычка садиться перед человеком, поднимать зеленые глаза – круглые и выпуклые, как пришитые стеклянные пуговки, – и уголки его маленького ротика опускались, как от беспокойства. Наморщив лоб от раздумий, кот издавал баритоном одно-единственное «мяу», а потом ждал ответа – ответа на Вопрос, который никто не мог постичь. «Что это спрашивает Гораций?» – рано или поздно говорил каждый в семье. Кот каждый раз ждал ответа, но, конечно, не дожидался. Мало-помалу, через несколько месяцев, он перестал задавать Вопрос. Но бывшей озадаченности не потерял по сей день.

Теперь
Подпишитесь на наш канал в TELEGRAM.
Новинки, подборки, цитаты, лучшие книги...
Подписаться
Возможно позже(