Кроме меня и Джеймса на оглашение завещания никто не пришел. Несмотря на обстоятельства моего брака, я стала единственной наследницей. Строительство, металлургия, недвижимость, земельные участки, загородные и ночные клубы, три личных самолета, антиквариат и произведения искусства, драгоценности. Каждую из категорий нотариус расписывал досконально.
Пока я разглядывала оригинальный цветочный принт на стенах, в моей голове билась только одна мысль: когда он уже заткнется?!
Мигрень все усиливалась, и я еле заставляла себя сидеть на месте.
– И последнее из распоряжений Александра, – произнес юрист.
Распорядитель протянул мне тонкий белый конверт. Из последних сил сдерживая подкатывающую тошноту, я распечатала его. Внутри оказался серый лист бумаги. Мелкий, правильный, четкий, причудливого узора почерк – буковка к буковке, с точно выведенными линиями, завитушками на окончаниях слов. Послание для меня.
«До тебя я жил вне времени, не замечая годы, дни, часы, минуты. Я был мертв не только телом, но и душой. Ты вернула мне веру. Будь сильной, девочка.
Все, что ты можешь чувствовать, – лишь верхушка айсберга твоей конечной цели.
Береги свое сердце. Верь тому, что ты видишь. В этот раз будет легче.
Не отпускай телохранителя до рассвета. Да и после не отпускай, пока не сможешь полностью контролировать ситуацию.
Помни – ты обещала мне никогда не сломаться, что бы ни произошло дальше.
Артур позаботится об остальном. Вторая часть у него. Забери ее после того, как соберешься покинуть нас.
Встретимся с тобой в лучшем мире, мой самый близкий друг.
P.S.: Не забудь про свое платье в универмаге Харродс на Бромптонроад, рассеянная моя».
Я перечитала строки трижды, но так ничего и не поняла.
И это – прощальное послание?!
Скорее похоже на инструкцию. Я, конечно, уже поняла, что наш брак был нестандартным, но чтобы до такой степени?!
Такое ощущение, что он заранее знал обо всем, что сейчас происходит.
Что значит – «в этот раз будет легче»? И что такое произойдет на рассвете?
Сдается мне, что визит к доктору откладывать не стоит. Наверное, скоро мне станет еще хуже.
– Леди Камелия, нам пора, – вырвал меня из мрачных мыслей Джеймс и мягко, но требовательно коснулся моего плеча.
– Да, идем.
Я спрятала письмо обратно в конверт, засунула его в карман пальто и последовала за телохранителем. На выходе из кабинета меня ждал новый сюрприз. В приемной нотариуса в небрежно-расслабленной позе, вытянув ноги и лениво изучая подлокотник из прессованной черной кожи, сидел в кресле мужчина, которого я уже помнила.
Платиновые, чуть длиннее, чем у Джеймса, волосы. Светло-зеленые, ничего, кроме скуки, не выражающие глаза. Заостренные, как у бывалого охотника, хищные черты лица. Бледная, как у Александра, кожа.
– Артур, – сухо поздоровался Джеймс и чуть склонил голову в знак приветствия. Не считая нужным более теплое приветствие, он торопливо, не утруждаясь больше вежливостью, подтолкнул меня к выходу. Артур также чуть склонил голову, здороваясь с телохранителем. Он не обратил на меня абсолютно никакого внимания – впрочем, как и обычно.
Дождь так и не прекратился. Улицы уже не просто промокли, но превратились в большие полупрозрачные лужи.
– Кто он? – спросила я.
Я, конечно, уже знала, что он – друг Александра. Это подтверждалось не только моими ощущениями, но и недавно полученным посланием. Меня интересовало больше, чем он занимается и почему так себя ведет. Не то чтобы странно – но чересчур надменно и холодно. Мог хотя бы выразить соболезнование из приличия. Судя по костюмчику стального цвета от Джанфранко Ферре, он явно в курсе, как правильно выглядеть в глазах окружающих.
– Артур теперь будет управлять всем состоянием Александра. Если, конечно, вы не против, графиня, – тут же отозвался Джеймс.
Была ли я против? Какая разница. Все равно я не способна ни справиться с такой ролью, ни подобрать того, кто способен, – особенно если учесть список того, с чем придется управляться. Так что мне было все равно, несмотря на то что управляющий не очень-то любезен.
Я хотела было спросить еще что-нибудь, но отвлеклась, наступив в лужу. Замша быстро промокла. Я невольно поморщилась от досады. Джеймс грустно улыбнулся и открыл мне дверь с пассажирской стороны.
– Вернемся в поместье, чтобы вы могли переодеться? – предложил он.
Он уже выводил машину на проезжую часть, вклиниваясь в основной поток.
– Переодеться?
Стоит ли ради смены туфель тащиться через весь Лондон, если я пару минут назад стала одной из самых богатых людей в стране! Ах, ну да. Дело не только в испорченных ботильонах. Вечером нас ожидает прием в честь графа Деверо в одном из его многочисленных городских домов, приобретенных для реконструкции и продажи. Я помедлила с ответом еще немного. Возвращаться к не лучшему из семейных очагов все равно не хотелось. Признаваться в этом – тоже. Я вспомнила указания из письма и нашла себе существенное оправдание:
– Давай сначала заедем в универмаг Харродс на Бромптонроад.
– Мы можем и пообедать прямо там, если хотите, – улыбнулся Джеймс.
Ну, да. Есть тоже надо. Как-то забыла об этом.
Получив от меня утвердительный кивок, телохранитель развернулся на перекрестке. До магазина мы добрались уже через пару минут.
Самый известный лондонский магазин, один из самых фешенебельных и больших универмагов мира, был огромен. Именно поэтому, когда Джеймс спросил, куда идти, я поняла, что ответа у меня нет. В задумчивости оглядываясь по сторонам, я вспомнила, что найденные в куртке еще утром бумажки походили на квитанции, возможно, одного из здешних ателье. Жаль, я так и не притронулась к ним.
Знакомое название я все же отыскала, правда, спустя где-то сорок минут. Консультанты ателье французской моды – светлого, со множеством манекенов на витринах, стеллажами с готовыми вещами – встретили меня приветливыми улыбками. Складная шатенка тут же узнала меня и даже назвала по имени, попросив подождать минуту, пока не принесут мое платье.
«Я как будто в квест играю, – подумала я, отправляясь в зеркальную комнату. – Сходи туда, сделай то… И, в конце концов, все будет. Вот только хорошо или плохо – еще неизвестно».
Вечернее платье с открытыми плечами было сшито из дорогого черного гипюра поверх многослойного шифона и сразу мне понравилось. Сидело как влитое, подчеркивало грудь и свободно струилось по телу, не сковывая движения. Оно было великолепно.
У меня тут же появилось две проблемы: первая – не слишком ли оно шикарно для поминального вечера? И вторая: снимать платье