4 страница из 52
Тема
стон от жуткого на вид столкновения. Это мог быть Желтозубый слон, толпа зевак или все сразу. Демон пошатнулся передо мной, ждал ответного удара.

Я оглянулась, проверяя, где Квентин и Гуаньинь. А потом схватила Желтозубого слона за хобот.

Я взмахнула рукой над головой, огромный яогуай взлетел в воздух. Я повернула его тело, отрывая от земли за хобот, два раза прокрутила его и обрушила на землю. Демоны, которые только поднялись на ноги, упали от дрожи земли.

Пыль осела, Желтозубый слон был без сознания. Я огляделась, хмурясь.

— Кто-то еще хочет меня обозвать?

Ответа не было. Если бы перед каждым яогуаем были камешки, они стали бы пинать их, только бы не смотреть мне в глаза.

А Квентин, что удивительно, напомнил, зачем мы тут были. Настоящий забрался на большой живот Желтозубого слона, как на подиум.

— Это предупреждение для всех вас! — закричал он. — Если выведете Шохушень из себя, боли будет много! А теперь выстроитесь в очередь, или будет хуже!

Миг тишины, а потом они в панике засуетились. Яогуаи выстроились в колонну как испуганные пингвины.

Но я видела, что циничные демоны считали это небольшой сложностью. Если они не могли напасть на меня физически, они найдут другой способ. Они не успокоятся.

Квентин спрыгнул с платформы и подошел ко мне и Гуаньинь. Богиня взглянула на тело Желтозубого слона.

— Это шоу было обязательным? — сказала она нам. Она по своей натуре смотрела на жестокость с отвращением, как бы ни была вовлечена лично.

— Конечно, — сказал Квентин. — Нужно его поблагодарить, когда он проснется. Этот небольшой цирк даст нам не меньше двух недель хорошего поведения от них.

Я скрипнула зубами. Послушание демонов было серьезной проблемой.


4


Когда я выслушала почти всех яогуаев, я могла поливать траву своим мозгом. Просто слушая часами, я лишилась почти всех сил, так не было даже после сражений. Если демоны не могли одолеть меня в бою, они решили замучить меня скулением.

Поле почти опустело. Демоны не оставались, получив то, что им нужно. В конце таких собраний они уходили в лес без следа. Этот день был исключением, след сломанных кустов отмечал путь, по которому друзья Желтозубого слона оттащили его.

Я прижала ладони к глазам, подозвала последнего. Еще один, и домой. От моего терпения зависело, получит этот яогуай хоть что-то или больше, чем просил.

Но не яогуай был передо мной, когда я убрала руки от лица. Это был старик.

Он был в расшитом одеянии, которое когда-то было белым и изящным, но стало серым и обтрепанным. Края его белых пышных усов уходили за его голову идеальной горизонтальной дугой. Он держал деревянный посох с узлами по всей длине и шишкой сверху.

Я не успела ничего сказать, Квентин завопил и прыгнул на спину старика, как пантера на газель.

Мне хотелось закричать ему остановиться, но он, возможно, уловил угрозу. Яогуаи могли притворяться людьми. И те, кто был похож на человека сильнее, были опаснее.

Старик тут же напал, перекинул Квентина через плечо. Тем же плавным движением он повернул посох обеими руками и поймал им шею Квентина. Я помешала бы ему душить моего парня, но оба смеялись и веселились. Квентин точно сдерживал силы.

— Вы, похоже, знакомы? — крикнула я.

Квентин сдался первым и выбрался из хватки старика.

— Джини, — он гордо познакомил нас. — Это Великая белая планета. Вестник богов. Возможно, только он не зараза.

Если я правильно помнила историю Сана Вуконга, Великая белая планета был воплощением Венеры. И он был первым существом, которое поняло, что Король обезьян был особенным созданием. Он посоветовал дать Сану Вуконгу роль в небесном пантеоне, как настоящему божеству.

Это объясняло их дружбу с Квентином. Сан Вуконг начал обязанности с катастрофы, но Великая белая планета хотя бы пытался. И не важно, о какой культуре или плане существования шла речь. Любой, кто давал работу, кто пытался обеспечить тебе деньги, был хорошим.

«Но имя его все еще звучит как онлайн-форум, который нужно проверить ФБР», — отметила я.

Гуаньинь — Квентин забыл, что она тоже не была заразой — шагнула вперед и улыбнулась.

— Приятно снова тебя видеть, дедушка.

Она звала его уважительно. Семейные отношения между богами, как между Нефритовым императором и его племянником, Эрлан Шенем, были редкостью. Большая белая планета взял ее за руку и поклонился.

— Миледи, вы сияете, как всегда, — тепло и хрипло сказал он и повернулся ко мне. — Шохушень, — у него титул звучал величаво, без сарказма, как говорили Нефритовый император или другие. Он по-доброму улыбнулся мне, его нежные глаза сияли мудростью и пониманием.

А потом он ударил меня посохом по лицу.

Его атака не подвинула меня, как и удар Желтозубого слона. Набалдашник затрещал, и посох раскололся до места, где он его сжимал. Трещины в дереве впились в кожу Великой белой планеты, потому что он вскрикнул и сунул большой палец в рот.

— Нужно было уклониться, — он был разочарован. — Видимо, рефлексы — не твоя сильная сторона, — он опустил посох на землю, вытащил тусклую желтую книжку из рукава и стал записывать в ней удивительно современной шариковой ручкой.

Многое случилось за последние три секунды, и мои чувства, притупленные жалобами яогуаев и усталостью, только теперь начали просыпаться. Первая мысль была, что я, в отличие от Квентина, не была ему ничего должна, а второй мыслью было, что я была не против убить старика тут и сейчас.

Я хрустнула костяшками, и Великая белая планета поднял голову.

Квентин коснулся моего локтя.

— Он тебя проверял. Это часть его работы. Кроме доставки посланий, он — инспектор Небес.

— Точно, — сказал Великая белая планета рассеянно, записывая что-то. — Я пришел оценить выполнение Шохушень ее земных обязанностей от лица Нефритового императора, кем она и благословлена.

Квентин и Гуаньинь не видели, как это бесило.

— Меня судят за работу, которую мне навязали, и которую я не хочу? — поразилась я.

Великая белая планета взглянул на меня поверх записей.

— Вижу, мотивацию можно улучшить, — он продолжил писать, в этот раз вдвое быстрее.

Я знала, что он делал. Великая белая планета нагло использовал негативное подкрепление. И это работало. Мне тут же захотелось лучшие оценки, стараться больше.

«Мотивация? Я покажу тебе мотивацию, мешок с морщинами. И не подведи меня, добрый сэр, прошу».

Я кашлянула. Я уже не была маленькой мисс Идеальность. Я выросла. Я видела его блеф.

— Мне не нужен этот бред, — сказала я как можно спокойнее. — Это лошадиный навоз.

Великая белая планета скорбно посмотрел на меня, тряхнув головой и цокнул языком. Он убрал ручку и вытащил другую, большую и красную. Кончик блестел чернилами, как клык змеи — красным ядом.

Квентин и Гуаньинь сдержали меня, чтобы я не сунула ручку ему в нос.

— Чай! — крикнула Гуаньинь, сжав мою руку. — Нам нужно поговорить за чаем. Будет неплохо посидеть с напитком, а не

Добавить цитату