— Какая хорошая собачка, — ласково пропела, решив, что стоит наладить мосты.
Не знаю, сколько, но нам еще вместе жить. Не хотелось бы провести это время в постоянном страхе и шарахаться от собственной тени.
Хаис мой порыв не оценил. Зарычал еще громче, пригнувшись к полу, будто готовился к решающему прыжку.
— Все-все, я молчу, — выставив руки перед собой в жесте капитуляции. — Можно хотя бы с кровати слезть? — тихо спросила и потянулась ногой к краю постели.
Зверь внимательно проследил за моими действиями и так громко гавкнул, что у меня чуть сердце не остановилось. Да что с ним не так? Я всего лишь хотела осмотреться и чуточку больше узнать о бывшей хозяйке нового тела.
— Знаешь, что? Это уже наглость! Ты меня все равно не укусишь, так что не выделывайся, — быстро протараторила и ловко спрыгнула на пол.
Хаис одним прыжком перемахнул через кровать и приземлился прямо передо мной, сверкая острыми, обнаженными клыками. Для полного эффекта только кровавой слюны не хватало, чтобы я бухнулась в обморок. Мощные челюсти клацнули в миллиметре от пальцев ног. Взвизгнув, забралась обратно на кровать, а бесстыжий пес с победным видом облизнулся и, довольный, улегся на ковер.
— А я, смотрю, кто-то понятия не имеет о гостеприимстве, — насупилась и, скрестив руки на груди, откинулась на спинку кровати.
Бороться и дальше с опасным животным глупо. Кто знает, что у него в голове. Да и Арен, возможно, успокоится, когда увидит, что я не сдвинулась с места и покорно ждала его.
Зато есть время подумать. Например, о том, что угодила в жены к сильному магу, который умеет не только читать мысли, но и переноситься в пространстве. Менталист с даром к трансгрессии — не шутки. И это лишь то, о чем успела узнать. Уверена, супруг продемонстрировал не все свои таланты. Один Хаис чего стоит… У-у-у, чудовище!
Пес, словно услышал, что думаю о нем, и, навострив уши, уставился на меня. Надеюсь, Арен скоро вернется. Он хотя бы не рычит и не облизывается с предвкушением, когда смотрит. Поежившись, отодвинулась дальше от края кровати и осмотрелась.
Комната в пастельно-голубых тонах явно принадлежала женщине. Об этом говорило и симпатичное трюмо с зеркалом, заставленное многочисленными бутылочками и шкатулками. И шелковая пижама, аккуратно повешенная на спинке стула. Да и аромат со сладковатыми, цветочными нотками слишком напоминал женские духи. По обеим сторонам от постели стояли небольшие тумбочки. В каждой по три выдвижных ящика. Обыскать бы их, но делать это под наблюдением Хаиса побоялась. Зато осторожно стянула с одной тумб книгу, пока клыкастый отвлекся на хвост и крутился, пытаясь его поймать.
«Практическое пособие по воспитанию и уходу за магическими помощниками. Лориана Сайд» — гласила надпись на обложке.
Подождите…Лориана Сайд — это же… Мать моя, женщина! Так вот что за предмет ведет жена Арена. А теперь, получается, и я. Если правильно поняла, то Хаис — один из этих помощников, а сколько еще их в доме? И как теперь выкручиваться? Ведь ничего не знаю о магических существах. И о магии тоже.
Попасть в заведение, откуда все началось, я обязана. По-другому никак не узнаю, кто и зачем перенес меня сюда. Нужно срочно домой возвращаться. У меня ведь кошка прожорливая. Не переживет, если вечером ее не покормят. Да и мама грозилась сегодня навестить. Все никак не смирится с моим переездом и снова начнет искать причины, по которым я еще не готова к самостоятельной жизни и должна вернуться под родительское крыло. Даже представить боюсь, что будет, если она поймет, что дочь пропала.
Если же в моем теле сейчас Лориана, то ее даже жаль. После стычки с Цербером она и так в себя не скоро придет, учитывая его сходство с Ареном. А уж Ленка в купе с моей слегка сумасшедшей родней окончательно добьют. Хотя, не скажу, что мне сейчас легче. По крайней мере, Лориану никто не станет связывать и держать под охраной злобного монстра.
Покосившись на притихшего Хаиса, обнаружила, что тот спит. Уложил морду на лапы и посапывает, периодически порыкивая и дергая задней конечностью. Такой шанс упускать нельзя.
Максимально бесшумно и осторожно, я сместилась ближе к краю и, неотрывно наблюдая за отключившимся стражником, опустила ноги на пол. Уши Хаиса шевельнулись. Он оскалился, заставив меня замереть и затаить дыхание, а затем, облизнувшись, завалился на бок. Мысленно пожелав ему долгого и крепкого сна, встала, но не успела и шага сделать, как с громким, угрожающим лаем, он возник прямо передо мной.
Не сдержав испуганного крика, я вновь запрыгнула на кровать. Схватившись за бешено колотящееся сердце, с шумом втягивала воздух. Кто же знал, что Хаис окажется таким ответственным охранником? Хорошо хоть пол ноги не оттяпал. И на том спасибо. А экскурсия по дому, судя по всему, отменяется.
Ничего не оставалось, как заглянуть в книгу. Странно, что Лориана читает собственное сочинение. Причем довольно часто, что можно смело предположить по ее виду. Я не ошиблась. На каждой странице красовались многочисленные пометки и замечания. Надо же, какая увлеченность.
Перелистнув очередную страницу, неожиданно перенеслась в воспоминания Лорианы. Картинки из ее прошлого вновь замелькали перед глазами. Яркий солнечный день сменился темной ночью. В один миг душа наполнилась холодом. Колючим, невыносимым. Будто всю радость высосали, оставив лишь безысходность и апатию.
Сижу на кровати и усиленно пишу очередное замечание по своему же тексту. Сколько бы раз его не перечитывала, все время хочется что-то добавить, изменить. Мягкий свет ночника струится по бумаге, создавая уютную атмосферу. Каждый день обещаю себе, что перестану работать по ночам. Понимаю, что это вредно для глаз, да и вообще, вредно, но что делать, если не могу уснуть, пока не доведу себя до полного изнеможения?
Внизу хлопнула дверь. Арен пришел. Наверное, снова был с Сандрой. Уверенные шаги по лестнице, по коридору. Он даже не заглянул ко мне, как и всегда. Понимаю, что сама согласилась на его условия. Лишила себя возможности обрести настоящую семью, думая, что даю себе шанс. Но почему-то с каждым днем все отчетливее ощущаю собственное одиночество. Одно радует — это решение принято исключительно мной.
— Что-то вспомнила? — вернул в реальность промораживающий до самых дальних уголков души голос.
Оглушенная чужими эмоциями, тряхнула головой, сбрасывая наваждение. Если при воспоминании о свадьбе я чувствовала лишь облегчение, то сейчас меня наизнанку выворачивало от пустоты внутри. Ощущение, что одна против