– Для Хоккайдо здесь очень мало снега, – обернувшись, громко пояснила Кэйко Сасаки. – Город у моря, ветер сильный, снег не успевает скопиться, сразу все раздувает. Но холода здесь еще те. Прямо уши отваливаются.
– И если пьяный уснет на улице, то навсегда, – сказала Симао.
– А медведи здесь есть? – поинтересовался Комура.
Кэйко посмотрела на Симао и засмеялась:
– Кто-кто? Медведи?
Подруга тоже прыснула.
– Я совсем не знаю Хоккайдо, – попробовал оправдаться Комура.
– Кстати, о медведях, – начала Кэйко и, обернувшись к подруге, добавила: – Да же?
– Очень интересная история, – подхватила та.
Но разговор на этом оборвался, а Комура не отважился спросить, что же произошло с медведем. Вскоре приехали на место. Оказалось – в большой ресторан «рамэн»[1] у дороги. Запарковали машину, сели за столик. Комура пил пиво, ел горячую лапшу. В помещении было грязно и пустынно, столы со стульями расшатанные. Но «рамэн» был очень вкусным, и доев, Комура действительно немного отошел.
– Как будете проводить время на Хоккайдо? – спросила Кэйко Сасаки. – Слышала, вы пробудете неделю?
Комура задумался, но так ничего и не придумал.
– Может, «онсэн»[2]? Хорошее место для отдыха. Здесь поблизости есть один – укромный и уютный.
– Неплохая мысль, – сказал Комура.
– Думаю, понравится. Хорошее место. Медведи там не водятся.
Женщины посмотрели друг на друга и вновь засмеялись.
– А можно поинтересоваться о супруге? – сказала Кэйко.
– Можно.
– Когда она ушла?
– Через пять дней после землетрясения. Выходит, больше двух недель назад.
– Это как-то связано с бедствием?
Комура покачал головой:
– Пожалуй, нет.
– Вообще такие веши где-то между собой да завязаны, – слегка склонив голову набок, возразила Симао.
– Просто вы сами об этом не знаете, – добавила Кэйко.
– Такое бывает, – продолжила Симао.
– Что бывает? – поинтересовался Комура.
– Ну в общем, – начала Кэйко, – среди моих знакомых был один такой человек.
– Ты о господине Саэки? – спросила Симао.
– Да… Живет здесь человек по фамилии Саэки. Лет сорок, косметолог. Его жена осенью прошлого года видела НЛО. Ехала ночью за городом на машине одна. А посреди поля опустилась эта самая тарелка. Бац! Как в «Близких контактах». А через неделю жена ушла из дому. Ладно бы проблемы в семье, а то ушла – и с концами.
– Больше не возвращалась, – добавила Симао.
– И что, причина в НЛО? – спросил Комура.
– Причина непонятна. Но однажды, бросив двух детей-школьников, женщина куда-то подевалась, даже записки не оставила, – сказала Кэйко. – Всю неделю перед исчезновением только и твердила о тарелке. Болтала без умолку, какая та была огромная, какая красивая…
Подруги ждали, пока услышанное не дойдет до Комуры.
В моем случае записка была, – сказал тот. – Но не было детей.
– Ну тогда все гораздо легче, – заметила Кэйко.
– Дети – вот главное, – поддакнула Симао.
– Вон у Симао отец ушел из дому, когда ей было семь лет, – нахмурившись, пояснила Кэйко. – Сбежал с младшей сестрой ее матери.
– Ни с того ни с сего, – улыбнулась Симао. Повисло молчание.
– Выходит, жена косметолога не ушла из дому – ее скорее всего забрали инопланетяне, – как бы сглаживая неловкость, прервал паузу Комура.
– Вполне возможно, – серьезно ответила Симао. – Мне такое часто приходится слышать.
– Или шла по дороге, и ее съел медведь, – сказала Кэйко, и они опять засмеялись.
Выйдя из ресторана, они втроем направились в ближайший «лав-отель». На городской окраине, казалось, сплошь чередовались лавки надгробий да «лав-отели». Симао заехала на стоянку одного. Странное здание – макет европейского замка, на крыше башенки развевается красный треугольный флаг.
Кейко получила у портье ключ, они втроем поднялись на лифте. Окно в номере было маленьким, зато кровать оказалась нелепо огромной. Пока Комура снимал пиджак, развешивал его на плечиках, ходил в туалет, женщины приготовили ванну, настроили освещение, проверили кондиционер. Затем посмотрели программу платного телевидения, пощелкали выключателями у кровати и заглянули в холодильник.
– Владелец тут – наш знакомый, – сказала Кэйко Сасаки. – Вот и приготовил самую просторную комнату. Как видите, «лав-отель», но думаю, вас это не смутит, правда?
– Нет, конечно, – только и ответил Комура.
– По сравнению с тесными и убогими бизнес-отелями у вокзала здесь куда лучше.
– Пожалуй.
– Как насчет ванны? Вода уже набралась.
Комура послушно зашел в ванную. Сама ванна такая широкая, что одному в ней как-то не по себе. Постояльцы, видимо, принимают ванну вдвоем.
Когда он вышел, Кэйко Сасаки в номере уже не было, только Симао в одиночестве пила пиво перед телевизором.
– Кэйко уехала. Говорит, у нее дела. Приедет завтра утром. Можно я побуду здесь еще, попью пиво?
– Пожалуйста, – ответил Комура.
– Я действительно не мешаю? Может, вам хочется побыть одному? Или не можете успокоиться, пока кто-то есть рядом?
– Нисколько, – сказал он.
Комура пил пиво и сушил полотенцем волосы, а при этом вместе с Симао смотрел телевизор. Спецвыпуск новостей о последствиях землетрясения. Повторяли те же кадры, что и обычно: покосившееся здание, развороченную дорогу, плачущую старушку, хаос и тихое яростное отчаяние. Однако едва пошла реклама, Симао щелкнула пультом, и экран погас.
– Раз уж мы вместе, поговорим о чем-нибудь?
– Хорошо.
– Только о чем?
– В машине вы обмолвились о медведе, – сказал Комура. – Что, интересная история?
– Ну да, медведь, – кивнула Симао.
– Можешь рассказать?
– Могу. – Симао достала из холодильника свежую банку пива и разлила по стаканам. – Немного скабрезная. Не обидитесь?
Комура покачал головой.
– Некоторым мужчинам не нравится.
– Я не из таких.
– Это со мной случилось. Поэтому как-то… немного стыдно.
– Хотелось бы услышать.
– Хорошо, если не возражаете.
– Я не против.
– Три года назад я поступила в женский колледж и встречалась с одним парнем. Он был старше меня на год и учился в университете. У меня с ним первый в жизни секс был. Как-то мы поехали вдвоем на самый север острова, в горы. – Симао глотнула пива. – Дело было осенью, в горах бродили медведи. Осенью они нагуливают перед спячкой жир и весьма опасны. Иногда нападают на людей. За три дня до того сильно пострадал один человек, поэтому всем местным раздали колокольчики. Обычные такие колокольчики. И сказали ходить по лесу, позвякивая. Мол, медведь поймет, что пришел человек, и не высунется. Медведи нападают на людей не потому, что хотят напасть. Они хоть и всеядны, но предпочитают растительную пищу. Трогать людей им смысла нет. Просто человек застигает их врасплох на их собственной территории, вот они и удивляются или сердятся и рефлекторно на него нападают. Поэтому если звонить, они сами будут обходить человека десятой дорогой. Понимаете?
– Понимаю.
– Вот мы и шли по горной дороге под звон колокольчиков. Вдруг в одном пустынном месте моему парню вздумалось… ну, позаниматься этим самым. Я тоже была не против. Мы свернули в заросли, чтобы нас не было видно, расстелили подстилку. Но я боялась медведей. Еще бы – что хорошего, если он вдруг нападет сзади, пока мы занимаемся сексом, и задерет нас. Кто захочет такой смерти? Ведь правда?
Комура согласился.
– Вот мы и занимались своим делом под такой перезвон – с начала