– Пойдешь под началом Исиры, – хмуро велела Старшая долгие двадцать дней назад, сидя в залитом солнцем крохотном кабинете, где принимала только узкий круг доверенных сестер. – Что щеришься? Это приказ! Слушай ее, как меня. Больше ничего не скажу. Иди!
Исира! Асавера не любила ее, но понимала, что когда-нибудь занять ее место – ей самой не дано. Начальница над всеми боевыми скелле, принявшими обет, была однокурсницей Старшей по университету и окружала себя такими же университетскими зазнайками, какой была, по мнению Асаверы, и сама. Ладно бы еще они действительно оказались искусными врачевательницами, как многие более талантливые выпускницы, но нет, все их достоинства сводились к силе подвластного им искусства, которая, между прочим, была не больше, чем у Асаверы. Да какой там?! Пожалуй, она могла бы переплюнуть их всех!
Делать было нечего – приказ есть приказ. И вот уже который день она тратит свое время на бессмысленный поход. Ладно еще пока поднимались вверх по Дону на комфортабельной монастырской барже, останавливаясь время от времени в орденских гостиницах, но после Донудила пришлось вспомнить молодость и проделать огромный путь в горы, то трясясь в медлительной телеге, то двигаясь, вообще, пешком. Асавера довольно хмыкнула – за последние дни она, кажется, немного похудела, о чем давно и безуспешно мечтала. Впрочем, она бы предпочла остаться в Арракисе и воспользоваться услугами сестры, умевшей на время смирять аппетит, а не сбивать отвыкшие ноги о каменистую почву предгорий.
Последней в боевой тройке была любимая ученица Исиры – Ласна. И надо отдать ей должное – она была на своем месте. Тройки формировались по особой схеме, и одним из компонентов была скелле, главным талантом которой должна быть не сила, а умение управляться быстро и аккуратно с тонкими воздействиями – обычно именно она строила схему атаки под руководством старшей в тройке, а такие, как Асавера, наполняли ее мощью. Вела себя Ласна доброжелательно, и Асавера охотно принимала от нее помощь, когда на стоянках ноги гудели так, что было невозможно заснуть.
Исира молчала, как лох, и поведала цель этого похода, только когда они уже вышли из Саэмдила в сопровождении орденских служек – шести крепких молчаливых мужиков, услужливых, но старавшихся держаться подальше от скелле.
Маленький отряд остановился, переводя дух на неширокой площадке, нависшей каменистым выступом над окрестными холмами, на полпути к Облачному краю. Отсюда казалось, что облака опустились так низко, что еще немного, и сестры нырнут прямо в их бледное нутро.
– Про инцидент в Угле слышали? – спросила Исира подруг по боевой тройке и, дождавшись молчаливых кивков, продолжила. – По нашей информации, эль, который в этом замешан, окопался здесь, над обрывом.
– Как эль?! – немного, как показалось Асавере, испуганно воскликнула Ласна.
– Не переживай! Нет его там! – усмехаясь, ответила Исира. – У него тут что-то вроде базы, тайного убежища. Он там лепит свои артефакты. Надо спалить все вчистую, чтобы неповадно было! Ясно?
Асавера равнодушно пожала плечами – дел-то! Стоило ради этого тащиться в такую даль? Что, местные уже совсем ничего не могут?
Исира это заметила и, не отводя взгляда от Асаверы, продолжила: – Но, где он шляется точно, никто не знает! Поэтому мы и идем полной тройкой, что риск наткнуться на него есть, – она продолжала пристально смотреть на Асаверу, – запомните, если встретим его, то никакой прямой магии! Асавера!
– Чего Асавера? Нет так нет! Только как мы тогда его? – она мотнула головой. – Или его трогать нельзя?
– Можно! – твердо сказала старшая, отчего Ласна сжалась в комочек. – Можно, но по-особому. Объясни, – кивнула она своей любимице.
Ласна заученно затараторила, неподвижно уставившись в пол под ногами:
– Я буду творить сосульку. Только не обычную, а сразу много мелких. Это очень трудно, поэтому старшую я не услышу. Считалку она будет читать для тебя. Ты же зрячая! Как увидишь заготовку, закачивай сразу по счету Исиры. Больше ничего не требуется – направит сосульки она сама, – на секунду она замолчала, подняла глаза на подругу и неожиданно тихо добавила, – от тебя много потребуется!
– И запомните, девочки, никакого прямого воздействия, – вновь заговорила Исира, убедившись, что Ласна больше не скажет ни слова, – это эль! Для него наше искусство и есть источник. Это как пытаться убить быка, закармливая его сеном! Ясно?! Не дай вам боги потратить на него хоть грамм! Про Угол слышали? – Исира уставилась на Асаверу.
Про Угол они слышали. Все-таки не рядовые сестры, а элитное боевое подразделение. Заранее знать врага жизненно необходимо, так что они слышали, хотя сообщить о том, как он там оказался и почему на него напали местные, им не удосужились. Да и подробности стычки тоже поросли туманом. Известно только, что сообщили о ней уцелевшие сестры, в ней не участвовавшие, – видимо, потому и уцелевшие.
Все их предосторожности и несколько тренировок, которые они провели, пока брели по бесконечному лесу наверху, оказались излишни – эля в его убежище не было. Хорошенько прожарив прятавшуюся за скалой расщелину – от боевых скелле не спрячешься, они быстро собрались и, пока было светло, заторопились к разбитому на подходе лагерю, чтобы укрыться от бесконечной влаги, от которой не спасало даже искусство. Мелкие брызги воды опускались не только сверху, но и, казалось, плыли по воздуху, прилипая к ткани плащей и забираясь в рукава.
Лесной простор прятался под обрывом, и Асавере казалось, что они уныло бредут по самому краю мира – слева обыкновенный мокрый лес, а справа едва светящаяся серая пелена, укрывшая от взглядов людей долину Мау. Хотелось поскорее оказаться в лагере, поесть, отогреться, чтобы с утра начать долгожданный путь назад – к солнцу и синему небу.
Исира внезапно замерла, вглядываясь в эту хмарь, затем обернулась со странной испуганной улыбкой на лице:
– Он здесь.
Впрочем, Асавера уже и сама заметила крохотную коробочку с хвостом, блестящую мокрыми боками, которая быстро двигалась чуть повыше их уровня глаз. Она зачарованно замерла – казалось невероятным, что там, прямо посреди облаков, летит что-то, прячущее в себе живого человека. Коробочка вильнула, легко описала дугу