— Вы не сможете пойти туда, — объявил я Глории. — Мы забрали Туза, чтобы он отдал бумагу, которую он имеет против сестры Джеда Уиферса.
— Ты спятил, как заяц в марте, — фыркнула она. — Пусти меня!
И без всякого предупреждения, она крутанулась на каблуках и толкнула меня обеими руками. Это было так неожиданно, что я позорно рухнул на пол, а она бросилась мимо меня открывать внутреннюю дверь. Спайк помчался за ней, выпучив красные глаза, только в этот раз я схватил его за ошейник, когда он старался проскочить мимо.
На пороге комнаты Глория остановилась и вскрикнула. В голосе её был смешан триумф, страх и гнев.
Я последовал за ней, отряхивая штаны и бормоча проклятия себе под нос. Глория, словно ураган, промчалась по комнате, ускользнув от лап Джо Галта, и неожиданно замерла, оказавшись рядом с Тузом Биссеттом. Я заметил, что Туз, который до этого не выказывал никаких признаков страха, неожиданно побледнел и челюсть у него отвисла.
— Это безумие какое-то! Глория, зачем ты пришла сюда? — пробормотал я.
— Я видела, как Дорган закинул тебя в машину, — всхлипнула она, обнимая его, и, пытаясь развязать, тщетно дергала за один из шнуров. — Я прыгнула в другое авто, и погнала следом за его автомобилем, покрутившись в темных переулках, пока не увидела его автомобиль перед этим домом. Я вышла и…
— Ты приехала одна? Мой бог! — простонал Туз.
— Одна? — переспросил Галт со вздохом облегчения. Со щелчком он сбил пылинку с лацкана, сунул себе сигару в уголок рта и сказал: — Ну, теперь поговорим… Иди сюда, Глория.
Она пододвинулась поближе к Тузу, и тот произнес тихо, почти шепотом:
— Оставь её в покое, Галт. — При этом глаза его напоминали два пылающих костра, распаленных глубоко подо льдом.
Галт зло ухмыльнулся и принялся бормотать что-то себе под нос. Уиферс явно нервничал и продолжал вытирать пот. Атмосфера была напряженной. Я тоже нервничал, потому как не понимал, что же именно происходит. Поэтому, когда Галт открыл было рот, чтобы заговорить, я взял дело в свои руки.
— Биссетт, если в вас есть хоть унция мужества, то просьба преданной тебе девушки должна коснуться даже твой акульей душонки, — начал я. — Почему бы тебе так или иначе не попробовать искупить свою вину? Отдай бумаги! Мужчина, который любит женщину, точно так же как Глория О’Дейл любит тебя, просит тебя по-хорошему и надеется, что ты будешь выше и не станешь грозить топором правосудия невинной девушке.
У Биссетта аж челюсть отвисла.
— Что он несет? — спросил пленный негодяй ни к кому конкретно не обращаясь.
— Не знаю, — ответила ему Глория и лишь прижалась теснее к своему возлюбленному. — Он какой-то странный. Пьян, наверное…
— Дорган, — обратился ко мне Биссетт, — ты же не из этой компании. У тебя что, галлюцинации?
— Не забивай мне голову пустой болтовней! — взревел я. — Ты знаешь, почему я здесь! Это ты заставил сестру Уиферса подписать подложные бумаги, а потом шантажировал её, заставив рефери слить мой бой сегодня вечером.
Биссетт выглядел так, словно у него голова закружилась, а Глория вскочила, повернувшись ко мне лицом.
— Ты хочешь сказать, что считаешь, что это Туз заставил Уиферса принять неправильное решение? — И при этом она вздрогнула всем телом.
— Не думаю, а знаю, — угрюмо ответил я. — Знаю… Так сказал Уиферс.
Она подпрыгнула, словно её током ударило.
— Да ты… идиот! — завопила она. — Они выставили тебя полным дураком! У Джеда Уиферса нет сестры! Он лжет! Туз ничего общего с ним не имеет! Уиферса специально наняли для того, чтобы он слил бой с Лири! Посмотри на него! — Тут голос её взвился до триумфального визга, и она ткнула пальцем в сторону Джеда Уиферса, словно хотела пронзить его насквозь с помощью праведного гнева и пригвоздить к стенке. — Ты только посмотри, как он побледнел! Он ужасно боится!
— Все это ложь, — заплетающимся языком выдавил Уиферс. Пот лил с него градом. Трясущимися пальцами он попытался расстегнуть воротничок, словно тот душил его.
— Вовсе не ложь! — Глория была едва ли не в истерике. — Ему заплатили за то, что он слил бой! И тут присутствует тот самый человек, который ему заплатил! — И она ткнула пальцем в сторону Алмазного Джо Галта!
Галт вскочил на ноги. Его глаза сверкали, челюсти так сжались, что он чуть не перекусил пополам сигару.
— Что скажешь об этом, Галт? — спросил я. Штормило, и я окончательно был сбит с толку.
Галт выплюнул сигару грязно выругался. Его лицо помрачнело, и вена у виска забилась в тике.
— Пусть так, так что из того? — прорычал он. — Что теперь станешь делать? Мене надоело слушать вашу болтовню!
Его рука скользнула под пальто, а когда вынырнула, я уставился на дуло короткоствольного автоматического пистолета.
— Ты не сможешь остановить меня, как Рыжего, — злобно ухмыльнулся он. — Конечно, дама сказала правду. Уиферс обвел тебя вокруг пальца, как новорожденного ягненка. Когда ты поймал его в раздевалке, он солгал тебе, брякнув первое, что пришло в голову. Затем, когда ты попался на крючок и сам предложил ему помощь, он лишь подсек рыбку. Мы уже давно пытались схватить Биссетта. Но он оказался слишком умен и силен для нас. Теперь же, благодаря тебе, мы получили и его, и его девушку. Так что можешь идти, и дверь за собой захлопни.
— Хотите сказать, что не существует никакой Констанции Уиферс и признания на бумаге? — спросил я в лоб, стараясь говорить не спеша, желая получить на все вопросы прямые ответы. Хриплый рев смеха стал ответом на мой вопрос.
— Да, сосунок, никакой Констанции нет и никогда не было, — издевательским тоном объявил Галт. — Так что можешь пойти погулять, чтобы взрослые дяди смогли поговорить.
Кровь хлынула мне в голову, и весь мир вокруг стал красным. С безумным ревом я, не думая ни о чем, бросился на Галта, словно не замечая его пистолета. Все произошло одновременно: Галт надавил на крючок, пасть Спайка, который все это время стоял рядом, сомкнулась на ноге Галта. Естественно, тот заорал, дернулся, и пуля ушла в сторону, лишь мне волосы опалив, а мой правый кулак с хрустом вписался в лицо Галта, сплющив его нос, выбив все передние зубы и сломав челюсть. Глава негодяев рухнул на пол как подкошенный, а Спайк прыгнул ему на грудь.
В следующий момент бандиты Галта бросились на меня, и мы покатились по комнате диким клубком рук и ног, разнося стулья и столы, которые попадались нам на пути. Спайк, обнаружив, что Галт без сознания, бросил его и с радостным лаем присоединился к нам. Я слышал, как взвыл Рыжий Портленд, когда железные челюсти Спайка сомкнулись на его заднице. Но руки у меня были заняты. На