Алексей успел ее поддержать за локоть, но сумка вылетела из рук, проехалась по гладкому полу, и остановилась прямо у ног Ямпольского. Злосчастные презервативы рассыпались нарядной мозаикой, фольга заиграла бликами ламп, а Оля от стыда готова была сгореть до головешек, не сходя с места.
— Это не мои, — забормотала она, не понимая, что делать, бросаться их собирать или плюнуть на все и свалиться в обморок, — это заведующего. То есть, не совсем его, он мне их дал. На марафон. Я участвую. То есть, не совсем участвую, участвую не я, я премию отрабатываю…
Чем больше Ольга пыталась объяснить, тем сильнее запутывалась. Услышав, какой получается бред, она сконфуженно замолчала. Ямпольский слушал внимательно и не перебивал, лишь темные брови забавно выгибались красивыми дугами. Он вообще был красивый мужчина, но Олю это уже не спасало.
— Ваша личная жизнь — вещь сугубо конфиденциальная, и я нисколько не претендую… — заговорил он. Серые глаза продолжали пытливо ее ощупывать, голос оказался приятно низким.
Она бы сказала, с сексуальной хрипотцой, но глядя на россыпь презервативов у ног Ямпольского, о сексе хотелось думать меньше всего.
— Это не моя жизнь, — решительно мотнула она головой, — это нашего заведующего. И даже не жизнь, а марафон. Городской, — добавила для уточнения.
Ямпольский недоуменно посмотрел на Алексея, стоявшего под стенкой.
— Он там совсем рехнулся, что ли? Какой марафон, Леша?
Он — это… мэр? Олю бросило в жар.
— Марафон «СТОП СПИД», — ответил из-за ее спины Алексей, — проводится в городе как профилактика борьбы со СПИДом и другими заболеваниями.
— Ясно, тогда пускай проводят, — Ямпольский повернулся к Ольге. — Ольга Михайловна, прошу прощения, что вынудил вас к такому позднему визиту, но мне нужна ваша помощь. Думаю, нет нужды представляться официально, вы меня знаете. А я теперь знаю вас. Могу я попросить вас довериться и следовать за мной?
— Подозреваю, что вы можете все независимо от моего ответа, — храбро ответила Ольга, и Ямпольскому ее ответ явно понравился.
— У вас прекрасное чувство юмора, — похвалил он. — Почему говорят, что у врачей он черный?
Оля не стала отвечать, молча последовала за Ямпольским. Замыкал процессию Алексей.
Глава 5
Снова долго шли по коридору. Ямпольский так и шел впереди, Оля старалась приспособиться к его широким шагам, пока не убедилась, что это в принципе невозможно.
«Кого я обманываю? Он выше, и ноги у него длиннее…»
Размышления прервала открывшаяся дверь, и она очутилась в просторной комнате, посреди которой стояла высокая кушетка. На кушетке лежал молодой человек, Оля отметила характерную бледность кожи и покрытый мелкими капельками пота лоб парня. На левом плече белела повязка с проступившими красными разводами.
Увидев вошедших, молодой человек попытался привстать.
— Арсен Павлович…
— Лежи Сережа, — остановил его Ямпольский, — постарайся меньше разговаривать. Я привел тебе врача, сейчас Ольга Михайловна тебя прооперирует, зашьет и будешь как новый.
«Ольга Михайловна… что?»
— Как вы себе это представляете? — непонимающе посмотрела на мужчин Оля. — Почему вы не хотите отвезти его в больницу?
Алексей ответил вместо босса, и Ольга сама не поняла, зачем спрашивала. Ясное дело, почему.
— Потому что это огнестрельное ранение. Ему обработали рану, но пуля застряла в кости, без хирургического вмешательства не обойтись. Была б она сквозной…
— Парни на охоте случайно подстрелили товарища, — вмешался Ямпольский.
— Абсолютно случайно, — подтвердил раненый, приподняв голову.
— Ничьей вины нет, но полиция наверняка посчитает иначе.
Что там была за охота, Ольга прекрасно понимала, но почему понадобилась именно она? Это не давало покоя и мешало сосредоточиться, пока, наконец, она сумела отогнать все мысли и осмотрела рану.
Перевязали раненого достаточно умело, кровь остановили, хоть из-за этого не придется переживать.
— Мне нужен рентген… — начала было перечислять, загибая пальцы, но, увидев одинаково безмолвные лица мужчин, поняла, что придется искать пулю наощупь.
— Вам лучше было не меня позвать, а Голубых, — устало вздохнула Оля. Присутствующие мужчины напряженно переглянулись и подобрались.
— Не надо, — забормотал пациент, — я тогда лучше сам… Арсен Павлович! — жалобно глянул он на Ямпольского, тот повернулся к Оле, причем развернулся всем корпусом.
— Ольга Михайловна, я и представить не могу, что вызвало подобные ассоциации, но уверяю вас….
И тут до Ольги дошло.
— Да нет же! — с досадой проговорила она и даже головой качнула. — Антон Голубых, наш новый хирург, он военный врач и привык работать в полевых условиях. Я ни разу не делала операцию вне операционной.
Лица мужчин оставались по-прежнему напряженными.
— Благодарю, — Ямпольский перестал жевать губу, — но мы, пожалуй, обойдемся без Голубых, вы нас вполне устраиваете.
Он это проговорил, и все облегченно выдохнули.
— Тогда мне нужно хорошее освещение, стерильная одежда и ассистент, — в свою очередь выдохнула она.
— Есть запечатанный одноразовый комплект, — отчитался Алексей, — что касается ассистента…
— Я буду ассистировать Ольге Михайловне, — прервал его Ямпольский, Оля удивленно подняла глаза.
— Вы уже ассистировали? У вас есть опыт? Вы знакомы с терминологией?
— Я даже оперировал, — по глазам Ямпольского вообще не было видно, он шутит или говорит серьезно, — но с терминологией знаком не так близко, поэтому предлагаю вам давать краткую описательную характеристику нужного инструмента. К примеру, длинная штука, похожая на шило, с набалдашником.
— Я правильно понимаю, что выбор у меня не слишком большой? — попытала судьбу Оля.
«Судьба» даже не потрудилась моргнуть, стояла как памятник.
— Тогда покажите, где я могу помыть руки?
Глава 6
— Ольчик, привет, — голос подружки звучал беззаботно и действовал на Ольгу успокаивающе. Может, она зря себя накрутила?
— Лен, можно я заскочу на пять минут? У тебя много пациентов?
— Ты не заболела, Олька? Что-то у тебя с голосом не то, хрипишь. Горло не болит?
— Ну, Лен, даже если и болит, то у тебя я его лечить точно не буду!
Они обе посмеялись, потому что Лена работала врачом-эндоскопистом в гастроэнтерологическом отделении частной клиники.
— Приезжай, сейчас никого нет.
С Ленкой они вместе учились на первом курсе, а потом разделились по специальностям. Лена долго работала в государственной больнице, но в конце концов сдулась и ушла по ее выражению «сдаваться в рабство».
Рабство неплохо оплачивалось, так что к жалобам подружки Ольга относилась философски. Но сейчас ей нужна была не сама Лена, а ее муж Виктор, работающий в областной прокуратуре помощником прокурора. К Волошину она по понятным причинам обратиться не могла — тот не отстанет, пока не вытряхнет из нее правду.
А правда заключалась в том, что она уже голову себе сломала, но так и не придумала, зачем понадобилась на ночь глядя олигарху и миллиардеру Ямпольскому. И не просто понадобилась, ее специально поджидали у больницы, если верить Алексею.
Раненого парня подстрелили на каких-то их бандитских разборках, к бабке не ходи. Но то, что его побоялись везти в клинику, что испугались полиции — россказни для дураков. Тут кинь клич,