Был обед, состоящий из салата, щедро приправленного майонезом и пирожка. Салат я не доела, слишком жирно, а вот пирожок слопала, запив большой кружкой чая, рассеяно слушая болтовню подружек.
Живот заурчал, напоминая, что поесть нормально не мешало бы. Тем более в таком заведении, когда за тебя платит шеф.
— Тебе понравится, — присаживаясь напротив, ответил он, и глаза опасно блеснули в свете камина.
— Лягушачьи лапки будешь есть сам, — на всякий случай предупредила я.
Есть, конечно, хотелось, но не до такой степени.
— Я заказал кое-что повкуснее.
Музыка, романтичная обстановка — всё это нервировало и заставляло всё время быть настороже. Еще и шеф улыбался так, что у меня внутри всё сжималось от ощущения надвигающейся беды.
Официант, высокий молодой человек совершенно обычной наружности с радушной улыбкой на губах, перед тем как войти, постучал и дождался разрешения. Я сначала не поняла зачем, а потом догадалась. Диванчик то мягкий, удобный, мало ли чем гости тут занимались в потёмках в окружении лепестков и свечей.
Пока я приходила в себя от осознания всей компрометирующей ситуации, официант поставил перед каждым широкое блюдо, на котором одиноко возвышалось произведение искусства — кусочек мяса, зелень, три кружочка картофеля, ярко-зелёные стебельки спаржи и много соуса насыщенного винного цвета, который был красиво размазан по тарелке.
Пахло вкусно.
Молодой человек тем временем открыл шампанское, от лёгкого хлопка сердце замерло на мгновение, и разлил по высоким изящным бокалам.
— Если что-нибудь понадобится, вызывайте, — сообщил мужчина, прежде чем удалиться, плотно прикрыв за собой дверь. — Приятного вечера.
— Измайлова, выпьем? — улыбнулся хищник, поднимая бокал.
— На работе не пью.
— Твоя работа закончилась почти час назад. Всего один глоток.
Пришлось подчиниться.
— За тебя, — провозгласил Ник, чокаясь, и я не нашлась, что ответить.
Шампанское действительно было вкусным, пузырьки приятно защекотали во рту, но спокойнее не становилось.
— Ник, — не выдержала я загадочного поведения начальника. — Что тебе нужно?
— Ты попробуй мясо, очень вкусно.
Попробовала. Вкусно, мясо просто таяло во рту, но насладиться до конца, отпустив ситуацию, я не могла.
— Ник, спасибо за всё, но может поговорим?
Недовольно глянул, но спорить не стал, продолжая ловко орудовать столовыми приборами.
— Через неделю новый год.
— И мои выходные, — напомнила ему, сделав еще глоток шампанского. — Мои законные четыре выходных дня. Ты мне обещал!
За долгожданный отдых я готова была сражаться до последнего. И были планы. Грандиозные! Я хотела съездить домой, побыть с родителями, навестить младшую сестру, потискать Милу. Как же я по всем соскучилась. Даже несмотря на то, что вновь и вновь придётся доказывать дальним родственникам и соседям, что двадцать шесть лет это еще не приговор и старой девой называть меня пока еще рано.
И если Н’Ери попытается лишить меня отдыха, я уволюсь. И пусть такую работу и зарплату мне уже не найти, но всему должен быть предел.
Хотя странно всё это, отнимать выходные, пытаясь компенсировать их ужином в шикарном ресторане. Нет, это совсем непохоже на Ника.
— Я хочу, чтобы ты провела их со мной.
«Раз, два, три, четыре, пять…решил хищник поиграть».
— Нет, — спокойно ответила ему.
— И тебе даже не интересно зачем?
Интересно, конечно, но я отчётливо понимала, что какой бы не была причина для меня это плохо. А фраза меньше знаешь — лучше спишь, сейчас была как никогда актуальна.
— Нет, — я покачала головой, убирая за ушко прядь волос, которая выскочила из аккуратного пучка.
— Я ожидал такой ответ. Поэтому, — Н’Ери достал из кармана небольшой клочок с циферками и протянул мне, — вот.
— Что это? — от количества нулей у меня зарябило в глазах.
Это ведь не может быть то, о чём я думаю.
— Денежное вознаграждение за помощь.
— Ты кого-то убил?
— Нет, — тихо хохотнул он.
Не поверила.
— Я должна обеспечить тебе алиби?
— Снова мимо.
— Избавиться от трупа?
— Измайлова, — раздраженно фыркнул Н’Ери, потирая ладонью стриженый затылок. — Я никого не убивал и уж точно не стал бы привлекать тебя к заметанию следов.
— Точно? — переспросила я, подавшись вперёд и пытливо вглядываясь в его волевое лицо.
— Точно.
— Хорошо. Тогда всё равно нет.
Шеф снова фыркнул, зыркнул, отобрал бумажку и играючи пририсовал ей нолик, ручкой, которую так же достал из внутреннего кармана пиджака, увеличивая сумму в десять раз. У меня глаза на лоб полезли.
— Это что? — голос предательски сел.
Никогда не была алчной и к деньгам относилась спокойно. Но тут даже моей выдержки не хватило.
— Денежное вознаграждение.
Я сглотнула и вновь пересчитала циферки. Господи, это же такие деньги.
— Я поняла, — произнесла тихо, когда с подсчётами было закончено, и я смогла нормально говорить. — Ты никого не убил. Ты хочешь, чтобы это сделала я.
Ник едва воздухом не подавился, как-то странно крякнул и покачал головой.
— Нет. Просто хочу ангажировать тебя на неопределённый срок.
— Ты говорил о четырёх днях, — тут же уцепилась я за даты.
— Это ты про них сказала. Но начнём мы уже завтра.
— Начнём что?
— Готовить тебя в мои невесты, — торжественно провозгласил Н’Ери.
Наверное, он ожидал радостных вздохов, счастливых обмороков и визгов счастья. Не получил.
— Ага, — повторила я, закидывая ногу на ногу и хохотнула. Точно розыгрыш. Предновогодний. — Всё понятно, ты сошёл с ума.
— Это еще почему? — обиделся Ник.
— Потому что, — я схватила бумажку и ткнула ему в нос. — За эти деньги я могу окупиться только в виде органов.
— Каких органов?
— Для трансплантации.
— Фу, Измайлова. А говорят еще хищники кровожадные. Раньше я за тобой такого не замечал.
— Ник, за такие деньги обычно просят сделать что-то противозаконное.
— Или противоестественное, — вставил тот, опираясь локтями о стол и сцепив пальцы в замок. — А иметь невесту для меня противоестественно. От тебя требуется лишь хорошо сыграть мою избранницу и получить за это энную сумму денег.
— У тебя же есть подружка, — я покопалась в памяти, пытаясь вспомнить, на чьё имя буквально вчера заказывала роскошный букет роз. Я же помню, что имя было какое-то длинное и вычурное. Почему-то вспомнилась книжная полка. А ведь точно. Маргарита. — Почему ты не попросишь об этом Маргариту?
Ник глянул на меня как на сумасшедшую.
— Потому что я не собираюсь жениться. А отвязаться потом от Марго будет сложно, почти невозможно. В отличие от тебя.
— В смысле?
— Ты меня не любишь.
У меня даже дар речи пропал от такого заявления.
— Что, прости?
— Ты меня не любишь, — повторил он.
— Я и не должна. Ты