Но если вы заглянете сюда поздним вечером, то увидите, что душа его настоятельно требует приключений и особого уважения, а он, ни много ни мало, местный Аль Капоне и всех вокруг кое-где видел и вертел. Речь свою начинает с избитого стандарта: «Вечер в хату! Часик в радость, чифир в сладость, ногам ходу, голове приходу. Матушку удачу, сто тузов по сдаче».
Вот тут-то на сцену и выходит Бурят.
Не ходите в такие места с девушкой, как бы сильно вы не хотели купить пепси-колу ночью или сигареты утром, знайте, тут круглосуточный экшн-режим.
— О-па. Ну всё, я пошел.
— Пожалуй, да, настало время перемены мест. Примкну и тоже покину эту прелестную таверну. Надо бы к одному приятелю завернуть, должок забрать, — объявил в свою очередь Гумоз.
Мы вышли как раз в тот момент, когда в зале воинственно вскрикнул первый из вахтовиков, радостно отправившийся на смертный бой.
— Не пришиб бы.
— Бурят опытный. Да и Ринатовна не даст, — успокоил меня собутыльник. — Значит, ты в «Макао»? Странная традиция, что мешает накидаться здесь?
— Там я практически не пью. Чуть-чуть коньяка, горячее от приличного шеф-повара, вкусный бурундийский кофе, лёгкая музыка. Этим регламентом я охватываю весь спектр впечатлений и ощущений. Так и должен поступать каждый русский писатель.
— И публика другая, да? — с неожиданной горечью бросил Гумоз.
Я даже несколько растерялся, услышав в голосе собутыльника столь необычные для него нотки, но он тут же вывел меня из ступора, продолжив еще более неожиданно:
— Никита, тебе пистолет нужен?
Ни хрена себе! Остановился.
— Ты что, Гумоз, новый бизнес поднял?
— Не, просто кто-то ломанул партию малую, несколько штук бродит возле посёлка… Могу поспособствовать. — Сейчас он был необыкновенно серьёзен, собран и, складывалось такое впечатление, преисполнен торжественности, будто собирался в ближайшие минуты посвятить меня в рыцари.
А ведь Гумоз не кинет и не подставит.
— Что за ствол хоть? Наган, поди?
Он хорошенько огляделся по сторонам, даже за угол заглянуть не поленился, убеждаясь в том, что здесь даже случайной никто не услышит, и только тогда ответил:
— Пистолет ТТ, тульский Токарева. И две полные обоймы, патронов мало. Но добыть можно. Со временем, есть подвязки у кое-каких людей.
— Раритет… Эти кое-какие забрались на склады длительного хранения?
— Ты же знаешь, Никита, я лишних вопросов не задаю, да и тебе не советую. Так что скажешь, Бекетов? Муха не сидела, даже консервация полностью не удалена. Все железно, без гумоза.
С ответом я замешкался.
В тайге хватает нелегального оружия. Чаще всего это якобы утерянные или утопленные во время рыбалки ружья. Не скажу, что таких единиц на душу населения Эвенкии много, но они есть. Нельзя жить в дикой местности без огнестрельного оружия, это противоестественно, да и опасно. Чаще всего люди нормально оформляют свои стволы, однако есть такие, кто либо не желает этим озаботиться, либо по тем или иным причинам-обстоятельствам не имеет законной возможности приобрести ружьё или карабин легально. Например, отсидка за спиной, или проблемы с медицинскими справками от психиатра или нарколога — не пройти такому проверку ЛРО.
Встречается и нелегальное армейское оружие, оставшееся порой ещё с Гражданской. Именно такой революционный наган имеется у Гумоза, показывал. Меня удивило, что револьвер был в отличном состоянии. Впрочем, что только не находят таёжники в схронах, оставшихся со времен партизанской войны против колчаковцев. Но чтобы ТТ…
Смутные терзания захватили душу, в голове закипела внутренняя борьба чистого разума с греховным искушением.
— А нужно? Вроде бы уже есть у меня хороший ствол… Комбинированный «Sauer-3000», два гладких ствола 12/70, а нарезной в калибре .30–06. Юбилейный дриллинг, к пятидесятилетию фирмы, с рук брал у хорошего человека. Прицел панкратический, «Nikon MONARCH 1-4x24», на единичке мушку в прицел видно, навскидку — без проблем. Сведение стволов просто замечательное, когда оптику пристреливал, то офигел. Кучность такая, что хоть на турнир езжай… А уж на охоте — от рябчика до лося. Медведя пока не стрелял.
Эту длинную фразу я почему-то закончил совершенно неуместным в данном контексте аргументом. Растерялся!
— Сам выбирал? — насмешливо поинтересовался он.
— Я же не охотник, больше рыбалку уважаю. По совету друзей брал, всё чётко.
— Скажи мне, кто твои друзья…
— Ой, да ладно! Насмотрелся я на ваш таёжный снобизм, который ничуть не уступает московскому.
— А патроны такие где брать будешь? Или загодя цинк прибрал?
Я не ответил, подумав о другом. Ведь он точно не сдаст, нет тут подставы. Гумоз может легко соврать в мелочах, взять в долг немного денег и забыть вернуть. Он никогда не проявит инициативу в оплате скоротечной совместной попойки, предпочитая угощаться исключительно за мой счёт. Может опоздать, а появившись, намутить лишнего в дурацких оправданиях. В серьёзном же деле Гумоз не подставит, и обусловлено это, вероятней всего, той самой странной общностью душ.
Этот бич-ветеран, ровно как и я, с годами стал весьма хреновенько переносить общество других людей. А со мной он поладил, и выпить ему нравится, и поговорить можно о чём угодно. Впрочем, это взаимное.
— Ствол как ствол. Может, и пафосный. Но зато с таким точно можно обороняться от мамонта.
— Крестовские сказали бы по-другому: «Охотиться на мамонта». Такую пушку постоянно при себе носить ты не будешь, тяжёловато придётся, — усмехнулся в полумраке змей-искуситель. — Тем более, если не охотник. А тут при случае и на пояс повесить можно, скрытно. Разные вещи.
— Тяжеленькое, это есть. Так ведь калибр .30–06 и лягается прилично, с оптикой оно под четыре с половиной килограмма будет, так что даже хорошо, что увесистое.
— Ну, ведь понимаешь, о чём говорю.
— Понимаю. Гадство, да ты просто совратитель! Давай, так: я подумаю. Серьёзная тема, согласись, тут с кондачка нельзя.
— Думать оно всегда полезно, спору нет. Ты, мил человек, про живорезов последние новости слышал?
— Что-то уловил краем, тётки в